Оригинальную запись комментария смотрите на нашем ютуб-канале

Восьмая сутта Мадджхима Никая. На палийском языке её название звучит как «Cаллекха Cутта». А перевести это можно примерно как «Cтирание».

Традиционно я хочу напомнить, что я буду читать адаптированную версию сутты, то есть этот текст был изменён с тем, чтобы облегчить его восприятие для современного читателя и слушателя. И хочу, опять же традиционно, призвать всех читать или, по крайней мере, ознакомиться с различными вариантами переводов сутт, этой сутты и других сутт. И помнить, что идеальных переводов не бывает, в силу того, что мышление древней Индии было в значительной степени иное, чем в современном мире. Поэтому понятийный аппарат в древней Индии сильно отличался.

Понятия, которые использовались Буддой или другими древнеиндийскими мыслителями, учителями, очень трудно перевести на современные языки, особенно европейские. Просто в силу того, что процесс мышления был другой. Поэтому, зачастую кажущаяся простота того, что говорил Будда, она только кажущаяся. Или наоборот, загадочность того, что он говорил, тоже лишь кажущаяся. Просто необходимо немножко проникнуть в смыслы, и значит, более адекватным будет именно смысловой перевод, а не буквальный. Создание буквальных переводов с палийского языка или с санскрита, например, на европейские языки, это довольно проблематичное занятие.

Итак, Мадджхима Никая, номер 8, «Стирание».

Однажды один из великих учеников Будды Махачунда задал учителю такой вопрос: «Учитель, может ли случится так, что человек уже на самом начальном этапе практики полностью оставил любые воззрения, связанные с Я?»

О чём здесь идёт речь? Первый момент, надо помнить об обстановке, в которой был задан этот вопрос. Беседы Будды с учениками очень редко происходили с глазу на глаз, практически всегда присутствовала аудитория. И в данном случае Махачунда задал этот вопрос не для себя, то есть это не он сам мучился этим вопросом, а он задал этот вопрос для аудитории. Почему? Потому что на тот момент вот в данной аудитории, в данной группе монахов появились, так сказать, появилась такая тенденция, что даже самые начальные монахи стали считать, что они уже оставили все воззрения относительно Я, то есть оставили «яшность».

Мы говорили в комментариях к предыдущим суттам, что даже на первой стадии пробуждения отваливается окова фиксированности на яшности. Фиксированности на яшности. То есть, человек получает непосредственный опыт того, как жить вообще вне я. И пусть мимолётный опыт, но он действует таким образом, что переворачивает его мировосприятие. Очень сильно, очень глубокий след оставляет на мировосприятии. Но при этом не значит, что у Сотапанны, у человека на первом этапе пробуждения уже полностью отваливается Я. Нужно представить себе, есть ли такая ситуация, в которой мы сможем обидеться, например, или впасть в какое-то страстное желание чего-то там такого приятного и желательного, или ещё что-то в этом роде. Если это есть, значит, яшность у нас ещё есть.

И часто человек интеллектуально – особенно современный человек –интеллектуально очень хорошо понимает, что Я это, в общем-то, фикция, что на самом деле нет никакого постоянного Я, а Я это просто смена каких-то психических состояний. Но это понимание именно интеллектуальное, на практике оно не работает. Человек по-прежнему впадает в негативные, в помрачённые состояния. Если его задеть – он начинает беситься. Или там если возникает какая-то тревожная ситуация, он начинает беспокоиться, и, в общем, становится сам не свой, и так далее.

И Махачунда как раз об этом спрашивает: «Правда ли, что все воззрения о Я, то есть яшность может отвалиться у человека на самом началом этапе пути?». Что отвечает учитель?

«Чунда, воззрения, связанные с Я, оказываются полностью оставленными только тогда, когда человек со всей ясностью видит, что ни в чём нет никакого Я».

Невооружённому взгляду этот ответ кажется тавтологией какой-то. Воззрения, связанные с Я, отваливаются тогда, когда у человека больше нет никаких воззрений, связанных с Я. То есть он со всей ясностью видит, что ни в чём нет никакого Я. Однако, на самом деле, это очень чёткий и ясный ответ. Что он означает? Что это такое – вот эта вот ситуация, когда человек со всей ясностью видит, что ни в чём нет никакого я? Это описание окончательного пробуждения, то есть состояния араханта. Только в этом состоянии человек полностью со всей ясностью абсолютно точно, ясно, чётко и навсегда видит, что ни в чём, ни в каких явлениях нет никакого Я, нет никакой яшности. Никакие явления не способны захватить его.

Иными словами, Будда отвечает: «Чунда полностью освобождается от всех воззрений, связанных с Я, только арахант». То есть, не на начальной стадии пути, а наоборот только на конечной. До этого ни о каком окончательном освобождении от воззрений о Я, от яшности речи нет. Мы, кстати, это видели в первой сутте, там как раз об этом говорится – что у обычного человека присутствует яшность, он отождествляется со всем подряд. Ученик работает над тем, чтобы не отождествляться, чтобы оставить эту яшность. И только арахант, окончательно пробуждённая личность, он полностью уже пребывает вне Я, то есть вне яшности.

Это вот, кстати, тоже проблема перевода. Слово «атта» мы переводим как «я», да, как местоимение. А местоимение, оно по функциям в европейских языках, по сути, является существительным, то есть это предмет некий. А в древней Индии мыслили процессами, поэтому в них «атта» или «атман», это не Я, это процесс, то есть – «яшность». Поэтому это правильнее переводить как яшность.

Так вот, мы видели в первой сутте, как раз вот речь об этом. То есть, здесь он просто вот ещё раз утверждает эту мысль, далее он продолжает: «Бывает так, Чунда, что человек достигает какой-либо джаны и сферы глубоких медитативных состояний, хоть бы это была даже сфера тонкого сознания, это самое тонкое медитативное состояние. И полагает, что достиг таким образом полного оставления воззрений о Я. Что его помрачения полностью стёрты. Но это не соответствует учению благородных. Согласно учению, всё это просто приятные состояния».

Надо понимать, что в медитации мы можем иногда испытывать весьма такие глубокие состояния, когда мы пребываем в полном безмолвии, покое, нет ничего, что мы бы могли назвать «я», и так далее. И тогда вот нам может посетить такая идея, что мы уже достигли опыта пребывания вне Я. Но Будда говорит, что на самом деле это просто приятные состояния. То есть, эти состояния являются опытом пребывания вне яшности. Почему? Потому что яшность в этих состояниях продолжает пребывать в скрытом, латентном, состоянии. У животных тоже нет чётко оформленного Я, у них есть яшность как потенциал. То есть, в каких-то ситуациях они начинают действовать именно исходя из помрачённых состояний, из ярости и прочего.

И будь у животного более развитый интеллект, он бы легко себе сделал Я, яшность. Поэтому тихие, спокойные, безмолвные состояния, они хороши, они приятны, но это не опыт пребывания вне Я. Опыт пребывания вне Я, это, по сути, опыт ниббаны. На каждой стадии пробуждения человек получает опыт ниббаны. И только потом, когда пробуждение становится окончательным, этот опыт, собственно, становится в его жизни непрерывным, да. И это, на самом деле, весьма и весьма глубокий опыт, когда ум начинает по-настоящему иначе смотреть на всё: на этот мир и на Я, на себя.

Интересный момент, ещё немножко отвлекаясь. Мы видим, что здесь Учитель, и вообще не только здесь, называет своё Учение – Учением Благородных. А путь – Путь Благородных, Четыре Истины Благородных. Я уже тоже об этом говорил где-то, связано это со следующими вещами. «Благородный» это «ария», то есть ариец. Арийцами были индоевропейские племена, которые вторглись в те земли Северной Индии за несколько веков до Будды, подчинили местные народы, более темнокожие и принадлежащие вообще к другой расе, и заняли, в общем, господствующее положение, они стали аристократами. Но Будда говорил следующее, что арийцами, истинными ариями являются не те, кто обладают светлой кожей и является аристократом по своей родословной, а те, кто следует Пути Благородных, следует пути ариев. То есть, взращивает в себе добродетели, взращивает в себе нравственность, очищает свой ум, стремится избегать злого, стремится взращивать доброе. Именно такие люди являются ариями, именно такой путь является арийским, истинно благородным.

Вот если взять, допустим, вот европейскую традицию, почему нельзя творить зло? Ответ такой: «Потому что это плохо». Ну, вот Бог так сказал, что это нельзя делать, или что это принесёт зло там кому-то, что это там неразумно и так далее. Будда же говорил, что это, прежде всего, неблагородно, это недостойно благородного человека. Благородного своим сердцем, своим умом благородного. То есть, человек на этом пути взращивал, по сути, своё благородство, он становился всё более благородным человеком, настоящим арием, да. Будда последовательно выступал против вот этих вот расовых кастовых притеснений, дискриминаций, которые в те времена в Индии имели место. Они имели место там по полной программе. Он последовательно выступал против этого, мы это увидим. И вот смысл его высказываний, того, что он именует свой Путь – Путём Благородных, именно в этом. Благороден тот, кто следует этому пути, независимо от его цвета кожи, независимо от его родословной, независимо от его прошлого. Если ты следуешь этому пути, если ты взращиваешь в себе благородные качества – ты Благородный. Ты ученик Благородных, ты принадлежишь к сообществу Благородных, ты арий, да.

Итак, и вот, значит, он говорит, что человек может достигнуть какой-нибудь джханы или сферы даже, может быть, самой что ни на есть тонкой, и после этого полагает, что он достиг полного оставления воззрения Я, что его помрачения полностью стёрты. Но, говорит Будда, в учении Благородных это не так. Далее он продолжает:

«Что же тогда является стиранием помрачений в Учении Благородных? Когда человек соблюдает нравственные предписания, практикует Восьмеричный Благородный Путь, совершенствует своё внешнее и внутреннее поведение с намерением делать это, даже если все остальные люди не буду это делать. Вот тогда он практикует стирание помрачений».

И мы видим, что опять он в первую очередь говорит о нравственности, о взращивании добродетелей. Практика Восьмеричного Пути начинается с добродетели.

В оригинале здесь перечисляется 44 пункта. Не просто вот «совершенствует своё внешнее и внутреннее поведение», а 44 пункта перечисляются. Например:

«Даже если все другие будут жестокими, мы не будем жестокими. Даже если все другие будут убивать живых существ, мы не будем убивать живых существ. Даже если все другие будут брать то, что не было дано, мы не будем брать то, что нам не было дано. Даже если все другие не будут соблюдать целомудрие – мы будем целомудренным. Даже если все другие будут лгать – мы не будем лгать. Даже если все другие будут говорить со злобой – мы не будем говорить со злобой. Даже если все другие будут говорить грубо – мы не будем говорить грубо.

Даже если все другие будут сплетничать – мы не будем сплетничать. Даже если все другие будут алчными – мы не будем алчными. Даже если все другие не будут доброжелательными – мы будем доброжелательными. Даже если у всех других не будет гармоничных воззрений – мы будем придерживаться гармоничных воззрений. Даже если у всех других не будет гармоничных намерений – мы будем придерживаться гармоничных намерений. Даже если у всех других не будет гармоничного общения – мы будем придерживаться гармоничного общения. Даже если у всех других действия будут не гармоничными – мы будем придерживаться гармоничного образа действия. Даже если у всех других не будет гармоничного образа жизни – мы будем придерживаться гармоничного образа жизни.

Даже если у всех других усилие не будет гармоничным – мы будем придерживаться гармоничного усилия. Даже если у всех других осознанность не будет гармоничной – у нас будет гармоничная осознанность. Даже если у всех других собранность ума не будет гармоничной – у нас будет гармоничная собранность ума. Даже если у всех других знание будет не гармоничным – у нас будет гармоничное знание. Даже если у всех других не будет освобождения от гармоничного освобождения – у нас будет гармоничное освобождение. Даже если все другие не будут свободны от лени и апатии – мы будем свободны от лени и апатии.

Даже если все другие будут неугомонными – мы не будем неугомонными. Даже если все другие будут охвачены сомнениями – мы не будем сомневаться. Даже если все другие будут злыми – мы не будем злыми. Даже если все другие будут негодующими, мы не будем негодующими. Даже если все другие будут презрительны – мы не будем презрительными. Даже если все другие будут высокомерными – мы не будем высокомерными. Даже если все другие будут завистливыми – мы не будем завистливы. Даже если все другие будут скупыми – мы не будем скупыми. Даже если все другие не будут искренни – мы будем искренни.

Даже если все другие будут мошенничать – мы не будем мошенничать. Даже если все другие не будут послушными – мы будем послушными. Даже если все другие будут наглыми – мы не будем наглыми. Даже если всем другим будет невозможно сделать замечание – нам будет легко делать замечание. Даже если у всех других будут дурные друзья – у нас будут хорошие друзья, или мы будем придерживаться хорошей компании. Даже если все другие будут небрежными – мы будем прилежными. Даже если все другие будут нетвёрды в следовании пути – мы будем тверды в следовании пути. Даже если все другие не будут скромны – мы будем действовать со скромностью. Даже если все другие не будут бояться совершить проступок – мы будем бояться совершить проступок. Даже если другие не будут совершенствоваться учёности – мы будем совершенствоваться учёности.

Даже если все другие не будут усердны – мы будем усердны. Даже если другие не будут утверждать себя в осознанности – мы будем утверждать себя в осознанности. Даже если все другие не будут мудрыми – мы будем взращивать мудрость. Даже если все другие будут привязаны к собственным воззрениям, будут прочно за них держаться, будут с трудом оставлять их – мы не будем привязаны к собственным воззрениям, не будем прочно за них держаться, будем оставлять их с лёгкостью».

Вот эти 44 пункта здесь перечисляются в качестве тех, которые мы взращиваем как вот нравственную основу. Это своего рода такая памятка. Можно проходить прямо по этим 44-м пунктам.

И далее Будда продолжает:

«Чунда, я говорю тебе, что даже простое намерение освободиться от помрачённых состояний ума уже является великим благом. Так что уж говорить, если мы совершаем соответствующие поступки. Ученик Благородных взращивает намерение следовать по этому пути».

И далее он опять повторяет эти 44 пункта, абсолютно так же, как было до этого. «Даже если другие будут жестокими – мы не будем жестокими», и так далее.

Смотрите, что он говорит. «Даже само намерение следовать по пути взращивания добродетелей, оно уже дорогого стоит». Почему? Это связано с концепцией кармы. Мы уже говорили на прошлой лекции, что согласно Учению Будды, карма это то, что мы делаем, только то, что мы делаем физически или мысленно. Причём, потом мы увидим, что в основе лежит именно мысленное действие, то есть намерение. Именно намерение создаёт карму. Если есть просто физическое действие, и мы при этом не намеревались его совершить, то это действие не создаёт карму как таковую. Может создать карму наша реакция на то, что мы сделали, но не само действие.

Скажем, ну самый крайний случай, это непреднамеренное убийство. Когда человек вообще совершенно ничего такого не имел в уме, ну и просто вот по какой-то нелепой случайности получилось так, что его действия привели к смерти человека. Вот это действие само не создаёт карму.

Что такое карма? Карма – это определённый след в уме, который порождает при повторении привычку. Привычка порождает судьбу, да. Поэтому важно то намерение, которое мы прилагаем к своим действиям. И если у нас есть намерение достичь свободы от помрачённых состояний, намерение взращивать добродетель, то уже это намерение зарождает семена, которые потом прорастут неизбежно, если мы будем повторять это намерение раз за разом. Это удивительная вещь, на самом деле. Мы мало чем можем управлять в себе. Наши реакции во многом автоматичны. Да, вот мы привыкли реагировать на какие-то вещи, которые нам не нравятся, с гневом. И этот гнев возникает на автомате, нам очень трудно его остановить, если он возник.

Однако у нас есть такая штука как намерение. Если мы намереваемся изменить эту свою реакцию, и это намерение у нас неизменно и повторяется постоянно, возобновляется, то рано или поздно оно чудесным образом начинает действовать, и эта реакция изменяется. Намерение это огромная сила, и мы это ещё увидим. Это то самое Гармоничное Намерение из Восьмеричного Пути. Когда мы чётко формулируем каждый раз намерение преодолеть то или иное помрачённое состояние, помрачённую привычку, рано или поздно она отступает. Мы начинаем всё раньше, на всё более раннем этапе наступления этой реакции, вспоминать, что мы хотим оставить эту привычку. И чем раньше мы просыпаемся, чем раньше мы вспоминаем о том, что мы хотим отпустить эту реакцию, тем легче её отпустить.

И вот наступает день, когда мы останавливаемся, вместо того, чтобы реагировать. И это великий день. В этот день произошла трансформация ума под действием чего? Под действием нашего намерения. Само намерение очень важно. Оно создаёт карму, оно изменяет ум, оно не пропадает. Даже если на практике у нас всё равно ещё не получается, намерение уже само по себе дорогого стоит. Постепенно эта чаша переполнится, произойдёт качественный скачок. Надо просто не прекращать попытки. Повторюсь. В дальнейшем, когда мы будем некоторые другие сутты рассматривать, мы увидим этот механизм в деталях, как он работает, как его надо применять на практике.

Далее. Будда продолжает.

«У каждого человека, который действует сознательно, есть выбор: избегать злотворных действий или совершать их. Ученик благородных совершает выбор избегать злотворных действий».

И далее учитель повторяет все эти 44 пункта в таком духе: «У того, кто подвержен жестокости, есть воздержание от жестокости, чтобы избежать её». Ну и далее по всем остальным 44-ём пунктам.

Что это значит? Если у нас есть, скажем, привычка к жестокости, к жестким реакциям, жестокому отношению, к людям, ну или к себе, кстати, у нас есть добродетель не-жестокости. И каждый раз, когда возникает ситуация, в которой мы обычно проявляли жестокость, нужно вспомнить, что эта ситуация это прекрасная возможность для чего? Для практики не-жестокости. О! Вот сейчас я буду практиковать не-жестокость. Добродетель не-жестокости. И это станет опорой. Потому что просто отрицать жестокость, да, то есть просто как бы пытаться её отпустить и всё, это очень неэффективно, это даст мало результатов.

Необходимо опираться на что-то позитивное, что-то взращивать на этом месте позитивное. Поэтому, опираясь на не-жестокость, на добродетель не-жестокости, мы тем самым можем преодолеть жестокость, привычку к жестокости, и так далее. Опираясь на добродетель правдивости, мы преодолеваем привычку ко лжи. Или опираясь на добродетель доброжелательности, мы преодолеваем привычку недоброжелательности, и так далее. Каждый раз, когда возникает соответствующая ситуация, мы вспоминаем: «О, это возможность для практики соответствующей добродетели, конкретно вот этой, этой и этой». Это очень помогает, это даёт опору.

Далее. Учитель продолжает:

«Если человек следует неблагому пути – он идёт вниз. Если он следует благому пути – он идёт вверх. Ученик Благородных следует пути вверх».

И далее он опять повторяет эти 44 пункта, как бы прописывает их просто в умы аудитории. В таком духе, что опять: «У того, кто подвержен жестокости, есть воздержание от жестокости, чтобы идти ввысь». Опять то же самое идёт, да, опора на соответствующее положительное качество.

Что это значит «идёт вниз, идёт вверх»? Это можно интерпретировать несколькими способами. Первый способ, самый простой, имеется в виду, соответственно, деградация и развитие, да. Тот, кто следует негативным качествам, злотворным действиям, он постепенно неизбежно деградирует, претерпевает одно несчастье за другим, может быть не внешнее, а внутреннее, это не важно. Но этот человек идёт от несчастья к несчастью, от несчастливости к несчастливости ещё более глубокой. И постепенно теряет всё.

Если же человек, соответственно, взращивает добродетель, он идёт от радости к радости. Он развивается, он постоянно улучшает себя. Через год он будет другим, чем сейчас. Через два года совсем другим, и так далее. Человек, который следует злотворным деяниям, к старости, если он доживает до старости, становится совершенной развалиной. Как правило, лишившимся разума ещё к тому. Старость человека, взращивающего добродетель, прекрасна. В старости всё, чем мы жили, проявляется в полной мере. В каждом движении, во внешности. Человек, который следовал злотворным действиям, умирая, оглядываясь назад, понимает, что он просто пустил свою жизнь коту под хвост. Человек, который взращивал добродетель, в конце жизни, оглядываясь назад, понимает: «Я жил хорошей жизнью. Я прожил отличную жизнь».

Можно эти слова интерпретировать и по-другому. Вернее, не то чтобы по-другому, а немножко в русле древнеиндийской традиции. Вниз, это значит, в нижние миры. То есть, такой человек полным ходом движется к перерождению в неблагоприятных условиях, неблагоприятных состояниях в виде животного, или в виде голодного духа, в виде адского существа. Человек, который следует добродетели, движется к перерождениям в более благоприятных условиях. Но, по сути, сказать так, означает сказать то же самое, что я говорил до этого. Это значит, продвигаться к менее гармоничным состояниям, то есть ко всё более дисгармоничным, или к более гармоничным. Это значит деградировать или развиваться.

Если человек жил как животное, да, по сути своей, то есть обслуживал какие-то примитивные хотелки вот этой вот психофизиологической системы, а потом он постепенно перестал жить такой жизнью, а начал жить жизнью более высокой, начал задумываться, начал развиваться, начал наблюдать за собой, рефлексировать, искоренять в себе злотворные тенденции, привычки, то можно сказать, что этот человек уже при жизни переродился в другом мире, в более высоком.

Далее учитель продолжает:

«Помочь другому человеку освободиться от помрачений, Чунда, может лишь тот, кто сам освободился от них. Лишь тот, чьи помрачения угасли. Ученик Благородных гасит свои помрачения».

И дальше учитель опять повторяет эти 44 пункта, но уже в таком варианте: «У того, кто подвержен жестокости, есть воздержание от жестокости, чтобы погасить её», и так далее. Он говорит, что: «Помочь другому человеку освободиться от помрачений может лишь тот, кто сам освободился от них».

Часто встречается такая ситуация, что ученик вот только начиная свой путь, да собственно не только ученик, и даже и обычный человек, это вообще черта обычного человека, начинает поучать других, как жить. Почему-то ему кажется, что он может научить других как жить, он видит их ошибки и так далее. Это один из тех способов, которым действует яшность. Поэтому самопровозглашённые учителя это всегда очень опасно. В традициях учитель, преподаватель это тот, кого назначили преподавать. Кто назначил? Его преподаватель. А того преподавателя назначил его преподаватель. И это позволяет хотя бы как-то избежать вот этой ситуации. Ситуации, когда преподавателем становится просто обычный человек, обыватель по своей сути, который просто, таким образом, самоутверждается.

Ещё тем самым Будда говорит: «Если ты хочешь помогать другим – работай над собой, очищай себя, остальное придёт». Не надо заботиться о том, чтобы причинить пользу другим. Если ты работаешь над собой, если ты очищаешь себя – всё остальное будет прилагаться. Ты живёшь в обществе. Твой путь, твои качества, они будут заметны, люди будут заражаться этим в любом случае, если ты действительно следуешь этому пути. Поэтому не нужно стремиться помогать другим, как ни странно. Нужно стремиться следовать пути благородных. Есть такой изречение хорошее, оно применимо к очень многим аспектам нашей жизни. «Следуй Дхамме – остальное камма». Камма это на языке пали, карма – на санскрите. Следуй Дхамме, остальное камма. Это значит, что мы просто следуем Пути, остальное оставляем на волю обстоятельств, и так или иначе очень много факторов складывается вместе и даёт те или иные обстоятельства, которые от нас никак не зависят.

Это очень важно понять, это очень сильно упрощает жизнь. От нашей воли, от нашего контроля зависит очень немногое. Следуем ли мы Дхамме? Именно – намереваемся ли мы, вырабатываем ли мы вот это намерение следовать Дхамме? Пытаемся ли мы следовать Дхамме? Это от нас зависит. Всё остальное от нас не зависит. Тру-буддист не заботится о будущем, да, об обстоятельствах каких-то, о том, чтобы всё контролировать в своей жизни. Он заботится о том, чтобы просто следовать Дхамме каждый день. Совершать то, что необходимо, что его власть, да. Остальное просто оставляет как есть – результаты, обстоятельства и прочее. Если есть какой-то вызов, который необходимо встретить, мы просто делаем всё от нас зависящее к тому, чтобы приготовиться к этому вызову, а дальше мы просто принимаем всё как есть. Поэтому здесь нет такого, что мы просто складываем лапки, но здесь нет и попыток контролировать то, что от нас не зависит. Таким образом, мы можем сохранять спокойствие.

И, наконец, учитель говорит:

«Итак, Чунда, я рассказал тебе о стирании помрачений, о намеревании, об избегании, о восхождении вверх, об угашении. Всё, что нужно было рассказать о практике, я рассказал. Сейчас самое время приступить к медитации. Будь усерден, Чунда, медитируй, не откладывай, иначе потом будешь сожалеть».

Опять нужно понимать, что он, говоря это формально Чунде, адресуется аудитории, ко всем им адресуется. Часто в суттах, мы это увидим ещё, бывает такое, что Будда в своих речах обращается к конкретному человеку, вот, например, к тому, кто задал вопрос. Но реально он при этом адресуется ко всем присутствующим.

Просто, видимо, это была такая манера в регламенте общения в Древней Индии, что при общении надо всегда обращаться к тому, кто задаёт вопрос, кто является собеседником. Это, видимо, просто была форма вежливости. Поэтому хотя и говорил он о Чунде, «Чунда, медитируй, иначе потом будешь сожалеть», он адресуется ко всем присутствующим монахам. Каждый из монахов, который это слышал, принял сказанное на свой счёт. После этого они, видимо, все разошлись помедитировать.

Вот такая замечательная сутта. Я надеюсь, что всё сказанное принесёт благо всем живым существам прямо или косвенно. За сим откланиваюсь, всего доброго.

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.