Маджхима Никая 99
Субха Сутта
К Субхе

1. Так я услышал. Возвышенный пребывал близ Саваттхи, в саду Анатхапиндики, что в Джетаване.

2. И в то время браминский ученик Субха, сын Тодеййи, пребывал в Саваттхи по некоему делу, [проживая] в доме некоего мирянина. И тогда браминский ученик Субха, сын Тодеййи, спросил мирянина, в доме которого он проживал: «Мирянин, я слышал, что в Саваттхи есть араханты. К какому духовному страннику или брамину мы могли бы сегодня пойти и выразить своё почтение?»

[Мирянин ответил:]

«Почтенный, в Саваттхи, в саду Анатхапиндики, что в Джетаване, живёт Возвышенный. Ты можешь пойти и выразить своё почтение этому Возвышенному, почтенный».

3. И тогда, согласившись с мирянином, браминский ученик Субха, сын Тодеййи, отправился к Возвышенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и спросил Возвышенного:

4. «Господин Готама, брамины говорят так: “Мирянин исполняет истинный путь, Дхамму, которая истинно блага. Ушедший в бездомную жизнь не исполняет истинного пути, Дхаммы, которая истинно блага”. Что Господин Готама скажет на это?»

[Возвышенный ответил:]

«Ученик, я говорю, подвергнув предмет анализу. Я не говорю однобоко. Я не восхваляю ошибочного пути практики ни у мирянина, ни у ушедшего в бездомную жизнь. Ведь будь то мирянин или же ушедший в бездомную жизнь – если он вступил на ошибочный путь практики, то из-за этого ошибочного пути практики он не исполняет истинного пути, Дхаммы, которая истинно блага. Я восхваляю гармоничный путь практики и у мирянина, и у ушедшего в бездомную жизнь. Ведь, будь то мирянин или же ушедший в бездомную жизнь, если он вступил на гармоничный путь практики, то из-за этого гармоничного пути практики он исполняет истинный путь, Дхамму, которая истинно блага».

5. [Тогда браминский ученик Субха, сын Тодейи, сказал:]

«Господин Готама, брамины говорят так: “Поскольку работа в мирской жизни подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, то это приносит великий плод. Поскольку работа тех, кто ушёл в бездомную жизнь, подразумевает мало активности, мало деятельности, мало вовлечений, мало дел, то это приносит малый плод”. Что Господин Готама скажет на это?»

[Возвышенный ответил:]

«Ученик, опять-таки я говорю, подвергнув предмет анализу. Я не говорю однобоко.

Бывает работа, которая подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае провала приносит малый плод.

Бывает работа, которая подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество осуществлений и которая в случае успеха приносит великий плод.

Бывает работа, которая подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел и которая в случае провала приносит малый плод.

Бывает работа, которая подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел, но которая в случае успеха приносит великий плод.

6. Ученик, и какая работа подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае провала приносит малый плод? Земледелие – это работа, которая подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае провала приносит малый плод.

И какая работа подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае успеха приносит великий плод? Земледелие – это, опять же, та работа, которая подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае успеха приносит великий плод.

И какая работа подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел и которая в случае провала приносит малый плод? Торговля – это работа, которая подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел и которая в случае провала приносит малый плод.

И какая работа подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел, но которая в случае успеха приносит великий плод? Торговля – это, опять же, та работа, которая подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел, но которая в случае успеха приносит великий плод.

7. Подобно тому, ученик, как земледелие – это та работа, которая подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае провала приносит малый плод, такова и работа в мирской жизни: она подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но в случае провала приносит малый плод.

Подобно тому как земледелие – это та работа, которая подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но которая в случае успеха приносит великий плод, такова и работа в мирской жизни: она подразумевает бурную деятельность, множество вовлечений, множество дел, но в случае успеха приносит великий плод.

Подобно тому, ученик, как торговля – это та работа, которая подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел и которая в случае провала приносит малый плод, такова и работа тех, кто ушёл в бездомную жизнь: она подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел и в случае провала приносит малый плод.

Подобно тому как торговля – это та работа, которая подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел, но которая в случае успеха приносит великий плод, такова и работа тех, кто ушёл в бездомную жизнь: она подразумевает мало деятельности, мало вовлечений, мало дел, но в случае успеха приносит великий плод».

8. [Тогда браминский ученик Субха, сын Тодейи, сказал:]

«Господин Готама, брамины предписывают пять действий для приобретения заслуг, для исполнения благого».

«Если тебе не трудно, ученик, будь добр, расскажи собранию об этих пяти действиях, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого», – [сказал Возвышенный].

«Для таких достопочтенных, как Вы и другие присутствующие, мне это не трудно, Господин Готама».

«Тогда расскажи о них».

9. «Господин Готама, следование истине – это первое действие, которое предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого. Аскеза – это второе действие, которое предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого. Целомудрие – это третье действие, которое предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого. Изучение – это четвёртое действие, которое предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого. Щедрость – это пятое действие, которое предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого. Таковы пять действий, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого. Что Господин Готама скажет на это?»

[Возвышенный в ответ спросил:]

«И как, ученик, есть ли среди браминов хоть один брамин, который говорит так: “Я заявляю, что результат этих пяти действий такой-то, ведь я реализовал его сам на личном опыте”?»

«Нет, Господин Готама», – [ответил браминский ученик Субха, сын Тодейи].

«И как, ученик, есть ли среди браминов хоть один учитель или учитель учителя до седьмого колена в линии учителей, который говорит так: “Я заявляю, что результат этих пяти действий такой-то, ведь я реализовал его сам на личном опыте”?»

«Нет, Господин Готама», – [ответил браминский ученик Субха, сын Тодейи].

«И как, ученик, древние браминские провидцы, создатели гимнов, сочинители гимнов, чьи древние гимны, которые декламировались вслух, произносились и составлялись ранее, декламируются вслух, произносятся и составляются браминами и в наши дни без изменений, – то есть Аттхака, Вамака, Вамадэва, Вессамитта, Яматагги, Ангираса, Бхарадваджа, Васеттха, Кассапа и Бхагу, – говорили ли даже эти древние браминские провидцы так: “Мы заявляем, что результат этих пяти действий такой-то, ведь мы реализовали его сами на личном опыте”?»

«Нет, Господин Готама», – [ответил браминский ученик Субха, сын Тодейи].

«Выходит, ученик, что среди браминов нет даже и одного брамина, который говорит так: “Я заявляю, что результат этих пяти действий такой-то, ведь я реализовал его сам на личном опыте”. И среди браминов нет даже и одного учителя или учителя учителя до седьмого колена в линии учителей, который говорит так: “Я заявляю, что результат этих пяти действий такой-то, ведь я реализовал его сам на личном опыте”. И древние браминские провидцы, создатели гимнов, сочинители гимнов, чьи древние гимны, которые декламировались вслух, произносились и составлялись ранее, декламируются вслух, произносятся и составляются браминами и в наши дни без изменений, – то есть Аттхака, Вамака, Вамадэва, Вессамитта, Яматагги, Ангираса, Бхарадваджа, Васеттха, Кассапа и Бхагу, – даже эти древние браминские провидцы не говорили так: “Мы заявляем, что результат этих пяти действий такой-то, ведь мы реализовали его сами на личном опыте”.

Представь вереницу слепцов, каждый из которых держался бы за следующего: первый не видит, средний не видит, последний не видит. Точно так же, ученик, и в отношении их утверждения. Брамины похожи на вереницу слепцов: первый не видит, средний не видит, последний не видит».

10. После этого, браминский ученик Субха, сын Тодеййи, стал недовольным, раздражённым из-за сравнения с вереницей слепцов. Он оскорбил, унизил, осудил Возвышенного, сказав: «Духовный странник Готама, ты потерпишь поражение». И далее он сказал Возвышенному: «Господин Готама, брамин Поккхарасати из клана Упаманньи, владелец Рощи Субхаги, говорит так: “Некоторые духовные странники и брамины заявляют о [достижении] сверхчеловеческих состояний, исключительности в знании и видении, что достойна Благородных.” Но то, что они говорят, является ерундой, является пустыми и лживыми словами. Ведь как человеческое существо может знать, или видеть, или реализовать сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных? Ведь это невозможно.»

11. [На это Возвышенный спросил:]

«И как, ученик, познал ли брамин Поккхарасати умы всех духовных странников и браминов, охватив их своим собственным умом?»

[Браминский ученик Субха, сын Тодейи, ответил:]

«Господин Готама, брамин Поккхарасати не знает ума даже своей рабыни Пунники, охватив её [ум] своим собственным умом. Так как он может так познать умы всех духовных странников и браминов?»

12. [Возвышенный сказал:]

«Ученик, представь слепого от рождения человека, который не мог бы видеть ни тёмных, ни светлых форм, ни голубых, ни жёлтых, ни красных, ни розовых форм; который не мог бы видеть ровного и неровного; который не мог бы видеть ни звёзд, ни солнца, ни луны. Он бы сказал: “Нет тёмных или светлых форм. Нет никого, кто видит тёмные и светлые формы. Нет голубых, жёлтых, красных, розовых форм. Нет никого, кто видит голубые, жёлтые, красные, карминовые формы. Нет ничего ровного или неровного. Нет никого, кто видит ровное или неровное. Нет звёзд и нет солнца и луны. Нет никого, кто видит звёзды, солнце и луну. Я не знаю [всего] этого, я не вижу [всего] этого, и потому этого не существует”. Говоря так, ученик, правильно бы он говорил?»

[Браминский ученик Субха, сын Тодейи, ответил:]

«Нет, Господин Готама. Есть тёмные и светлые формы, есть те, кто видят тёмные и светлые формы, голубые, жёлтые, красные, розовые формы; есть те, кто видят ровное и неровное; есть те, кто видят звёзды, солнце и луну. Если бы он говорил: “Я не знаю [всего] этого, я не вижу [всего] этого, и потому этого не существует”, – то он бы говорил неправильно».

13. [Тогда Возвышенный продолжил:]

«Точно так же, ученик, брамин Поккхарасати слеп и незряч. Не может быть такого, чтобы он мог бы знать или видеть или реализовать сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных. Как ты думаешь, ученик? Что лучше для тех зажиточных браминов из Косалы, таких как брамин Чанки, брамин Таруккха, брамин Поккхарасати, брамин Джануссони или твой отец, брамин Тодеййя: чтобы те утверждения, которые они делают, были бы общепринятыми или чтобы они шли вразрез с общепринятым мнением?»

«[Лучше,] чтобы их утверждения были бы общепринятыми, Господин Готама».

«Ученик, что для них лучше? Чтобы утверждения, которые они делают, были бы содержательными или необдуманными?»

«Содержательными, Господин Готама».

«Ученик, что для них лучше? Чтобы они делали свои утверждения, подвергнув предмет анализу, или без анализа?»

«Подвергнув предмет анализу, Господин Готама».

«Ученик, что для них лучше? Чтобы утверждения, которые они делают, были бы полезными или неполезными?»

«Полезными, Господин Готама».

14. [Тогда Возвышенный спросил:]

«Скажи, ученик, если это так, то утверждение, которое сделал брамин Поккхарасати, общепринято или же идёт вразрез с общепринятым мнением?»

«Идёт вразрез с общепринятым мнением, Господин Готама».

«Скажи, ученик, то утверждение было содержательным или необдуманным?»

«Необдуманным, Господин Готама».

«Скажи, ученик, то утверждение было сделано после анализа или без анализа?»

«Без анализа, Господин Готама».

«Скажи, ученик, то утверждение было полезным или неполезным?»

«Неполезным, Господин Готама».

15. [Тогда Возвышенный продолжил:]

«Ученик, есть пять помех, а именно:

  • помеха чувственного желания,
  • помеха недоброжелательности,
  • помеха сонливости и тупости,
  • помеха неугомонности и сожаления,
  • помеха сомнения.

Таковы пять помех.

Брамин Поккхарасати оказался в ловушке этих пяти помех. Не может быть такого, что он мог бы знать, или видеть, или реализовать сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных.

16. Есть пять каналов чувственного удовольствия, а именно:

  • формы, познаваемые глазом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть;
  • звуки, познаваемые ухом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть;
  • запахи, познаваемые носом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть;
  • вкусы, познаваемые языком, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть;
  • телесные ощущения, познаваемые телом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть.

Таковы пять каналов чувственного удовольствия.

Брамин Поккхарасати привязан к этим пяти каналам чувственных удовольствий, очарован ими, всецело предан им. Он наслаждается ими, не видя опасности в них и не понимая спасения от них. Не может быть такого, что он мог бы знать, или видеть, или реализовать сверхчеловеческое состояние, исключительность в знании и видении, что достойна Благородных.

17. Скажи, ученик, у какого из этих двух видов огня [лучшее] пламя, цвет, сияние – у огня, который питается таким топливом, как трава и древесина, или у огня, который не питается таким топливом, как трава и древесина?»

[На это браминский ученик Субха, сын Тодейи, ответил:]

«Господин Готама, если бы было возможным, чтобы огонь горел бы вне зависимости от такого топлива, как трава и древесина, то у такого огня было бы [лучшее] пламя, цвет, сияние».

[Возвышенный продолжил:]

«Ученик, не может быть такого, не может произойти так, чтобы огонь не питался таким топливом, как трава и древесина, за исключением [горения], обусловленного [приложением] сверхъестественных сил. Радость, которая происходит от пяти каналов чувственного удовольствия, подобна такому огню, который питается таким топливом, как трава и древесина, я говорю тебе. А радость, которая отделена от чувственных удовольствий, отделена от нездоровых состояний, подобна такому огню, который не питается таким топливом, как трава и древесина.

Ученик, и что это за радость, которая отделена от чувственных удовольствий, отделена от нездоровых состояний? Вот, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], монах входит в первую джхану и пребывает в ней, которая сопровождается думанием об объекте медитации и удержанием внимания на нём, с радостью и довольством, которые возникли из-за [этой] отстранённости. Это радость, которая отделена от чувственных удовольствий, отделена от нездоровых состояний.

Далее, с угасанием направления и удержания [ума на объекте] монах входит и пребывает во второй джхане, в которой наличествуют внутренняя уверенность и единение ума, отсутствуют думание и удержание, но есть радость и довольство, которые возникли посредством собранности ума. Это также радость, которая отделена от чувственных удовольствий, отделена от нездоровых состояний.

18. Из тех пяти действий, ученик, которые предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого, какое они предписывают как наиболее плодотворное для приобретения заслуг, для исполнения благого?»

[На это браминский ученик Субха, сын Тодейи, ответил:]

«Из тех пяти действий, Господин Готама, которые предписывают брамины для приобретения заслуг, для исполнения благого, они предписывают щедрость как наиболее плодотворную для приобретения заслуг, для исполнения благого».

19. [Возвышенный продолжил:]

«Допустим, ученик, некий брамин совершает великое пожертвование, а другие два брамина отправятся туда, думая о том, чтобы получить часть от этого великого пожертвования. Один из этих браминов подумает: “Ох, только бы мне досталось лучшее сиденье, лучшая вода, лучшая еда как подаяние в трапезной. И чтобы никакому другому брамину не досталось бы лучшее сиденье, лучшая вода, лучшая еда как подаяние в трапезной!” И может статься так, что другой брамин, а не этот, получит лучшее сиденье, лучшую воду, лучшую еду как подаяние в трапезной. Думая об этом, первый брамин станет злым и недовольным. Каким, по мнению браминов, будет результат в этом случае?»

«Господин Готама, брамины не дают дары так, думая: “Пусть другие станут злыми и недовольными из-за этого”. Но брамины дают дары исходя из милосердия».

«Если это так, ученик, то не является ли это необходимым условием для приобретения заслуг, для исполнения благого, а именно сострадательная мотивация?»

«Если это так, Господин Готама, то это – необходимое условие для приобретения заслуг, для исполнения благого, а именно сострадательная мотивация».

20. [Возвышенный спросил:]

«Ученик, что касается тех пяти действий, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого: где ты чаще видишь эти пять действий – среди мирян или среди тех, кто ушёл в бездомную жизнь?»

[На это браминский ученик Субха, сын Тодейи, ответил:]

«Что касается тех пяти действий, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого, то я чаще их вижу среди тех, кто ушёл в бездомную жизнь, и реже среди мирян. Ведь у мирянина бурная деятельность, множество вовлечений, множество дел. Не так оно, что он постоянно и неизменно говорит [только] правду, практикует аскезу, соблюдает целомудрие, занимается изучением, практикует щедрость. Но у того, кто ушёл в бездомную жизнь, мало деятельности, мало вовлечений, мало дел. Он постоянно и неизменно говорит [только] правду, практикует аскезу, соблюдает целомудрие, занимается изучением, задействует щедрость. Что касается тех пяти действий, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого, то я чаще их вижу среди тех, кто ушёл в бездомную жизнь, и реже среди мирян».

21. [Тогда Возвышенный продолжил:]

«Те пять действий, ученик, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого, – их я называю оснащением ума для развития ума, свободного от враждебности и недоброжелательности.

  • Ученик, вот монах говорит правду. Думая: “Я говорю правду”, он обретает вдохновение в значении, обретает вдохновение в Дхамме, обретает радость, связанную с Дхаммой. Именно эту радость, связанную с благим, я называю оснащением ума.
  • Ученик, вот монах соблюдает аскезу. Думая: “Я соблюдаю аскезу”, он обретает вдохновение в значении, обретает вдохновение в Дхамме, обретает радость, связанную с Дхаммой. Именно эту радость, связанную с благим, я называю оснащением ума.
  • Ученик, вот монах соблюдает целомудрие. Думая: “Я соблюдаю целомудрие”, он обретает вдохновение в значении, обретает вдохновение в Дхамме, обретает радость, связанную с Дхаммой. Именно эту радость, связанную с благим, я называю оснащением ума.
  • Ученик, вот монах усерден в изучении. Думая: “Я усерден в изучении”, он обретает вдохновение в значении, обретает вдохновение в Дхамме, обретает радость, связанную с Дхаммой. Именно эту радость, связанную с благим, я называю оснащением ума.
  • Ученик, вот монах практикует щедрость. Думая: “Я практикую щедрость”, он обретает вдохновение в значении, обретает вдохновение в Дхамме, обретает радость, связанную с Дхаммой. Именно эту радость, связанную с благим, я называю оснащением ума.

Поэтому те пять действий, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого, – их я называю оснащением ума для развития ума, свободного от враждебности и недоброжелательности».

22. После этого браминский ученик Субха, сын Тодеййи, сказал Возвышенному: «Господин Готама, я слышал, что ты знаешь путь к свите Брахмы».

«Как ты думаешь, ученик? Далеко ли отсюда деревня Налакара, или же она неподалёку?»

«Воистину, Господин, деревня Налакара недалеко отсюда».

«Ученик, представь человека, родившегося и выросшего в деревне Налакары. Вскоре после того, как он ушёл из Налакары, его бы спросили о пути к деревне. Медлил бы он, колебался бы с ответом?»

«Нет, Господин Готама. Ведь этот человек родился и вырос в Налакаре, хорошо знаком со всеми путями к деревне».

«И, несмотря на это, человек, родившийся и выросший в Налакаре, мог бы медлить, колебаться с ответом, когда его спросили бы о пути к деревне. Но когда Татхагату спрашивают о мире Брахмы или о пути, ведущем в мир Брахмы, он никогда не станет медлить, колебаться с ответом. Я знаю Брахму, ученик, я знаю мир Брахмы, и я знаю путь, ведущий в мир Брахмы, и я знаю, как следует практиковать, чтобы переродиться в мире Брахмы».

23. [Браминский ученик Субха, сын Тодейи, сказал:]

«Господин Готама, я слышал, что ты знаешь путь к свите Брахмы. Было бы хорошо, если бы ты научил меня пути к свите Брахмы».

[Возвышенный сказал:]

«В таком случае, ученик, слушай внимательно то, что я буду говорить».

«Да, Господин», – ответил тот.

Возвышенный сказал следующее:

24. «И каков, ученик, путь к свите Брахмы?

Вот, ученик, монах пребывает, наполняя первую сторону света умом, насыщенным любящей добротой, равно как и вторую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполняет весь мир умом, насыщенным любящей добротой, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Когда освобождение ума любящей добротой развито таким образом, то не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. Подобно тому как сильный горнист мог бы без труда сделать так, что его услышали бы во всех четырёх сторонах света, точно так же, когда освобождение ума любящей добротой развито таким образом, не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. Таков путь к свите Брахмы.

25. Далее, монах пребывает, наполняя первую сторону света умом, насыщенным милосердием, равно как и вторую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполняет весь мир умом, насыщенным милосердием, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Когда освобождение ума милосердием развито таким образом, то не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. Подобно тому как сильный горнист мог бы без труда сделать так, что его услышали бы во всех четырёх сторонах света, точно так же, когда освобождение ума милосердием развито таким образом, не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. И это тоже путь к свите Брахмы.

26. Далее, монах пребывает, наполняя первую сторону света умом, насыщенным всепроникающей радостью, равно как и вторую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполняет весь мир умом, насыщенным всепроникающей радостью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Когда освобождение ума всепроникающей радостью развито таким образом, то не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. Подобно тому как сильный горнист мог бы без труда сделать так, что его услышали бы во всех четырёх сторонах света, точно так же, когда освобождение ума всепроникающей радостью развито таким образом, не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. И это тоже путь к свите Брахмы.

27. Далее, монах пребывает, наполняя первую сторону света умом, насыщенным спокойствием, равно как и вторую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполняет весь мир умом, насыщенным спокойствием, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Когда освобождение ума спокойствием развито таким образом, то не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. Подобно тому как сильный горнист мог бы без труда сделать так, что его услышали бы во всех четырёх сторонах света, точно так же, когда освобождение ума спокойствием развито таким образом, не остаётся ничего, что бы препятствовало, никаких препятствий не остаётся. И это тоже путь к свите Брахмы».

28. После этого браминский ученик Субха, сын Тодеййи, сказал Возвышенному: «Великолепно, Господин Готама! Великолепно, Господин Готама! Как если бы кто-то поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий мог видеть, точно так же ты, Господин Готама, всесторонне прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в тебе, Господин Готама, в Дхамме и в Сангхе монахов. Господин Готама, помни меня как своего мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь.

29. А теперь, Господин Готама, нам нужно идти. Мы очень заняты, у нас много дел».

[Возвышенный сказал:]

«Ты можешь отправляться, ученик, когда сочтёшь нужным».

И тогда браминский ученик Субха, сын Тодеййи, восхитившись и возрадовавшись словам Возвышенного, встал со своего сиденья, поклонился Возвышенному и покинул его, обойдя его с правой стороны.

30. И в то время брамин Джануссони выехал днём из Саваттхи в своей белоснежной колеснице, запряжённой белыми лошадьми. Издали он увидел браминского ученика Субху, сына Тодеййи, и спросил его: «Откуда же это средь бела дня ты идёшь, господин Бхарадваджа -»

«Почтенный, я иду от духовного странника Готамы».

«Позволь узнать, господин Бхарадваджа, что ты думаешь о чистоте мудрости духовного странника Готамы? Мудрый ли он, или нет?»

«Почтенный, кто я такой, чтобы знать чистоту мудрости духовного странника Готамы? Вне сомнений, нужно быть равным ему, чтобы знать чистоту его мудрости».

«Воистину, ты восхваляешь духовного странника Готаму наивысшей похвалой, господин Бхарадваджа!»

«Почтенный, кто я такой, чтобы восхвалять духовного странника Готаму? Духовного странника Готаму восхваляют те, кого [все остальные] восхваляют как наилучших существ среди людей и божеств. Почтенный, те пять действий, которые брамины предписывают для приобретения заслуг, для исполнения благого, – их духовный странник Готама называет оснащением ума для развития ума, свободного от враждебности и недоброжелательности».

31. После этих слов брамин Джануссони спустился со своей белоснежной колесницы, запряжённой белыми лошадьми и, закинув верхнее одеяние за плечо, сложил руки в почтительном приветствии Возвышенного и произнёс это изречение: «Какое благо для царя Пасенади Косальского! Какое великое благо для царя Пасенади Косальского, что Татхагата, совершенный и полностью просветлённый, проживает в его царстве!»

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.