Маджхима Никая 94
К Гхотамукхе

Адаптированная версия сутты МН 94

Однажды брамин Гхотамукха, прогуливаясь по лесу, увидел монаха по имени Удена, который ходил, медитируя, вперёд и назад. Подойдя к нему и прохаживаясь рядом, он сказал:

– Друг Удена, на мой взгляд, вся эта святая жизнь – сущая ерунда, всё это не соответствует истинному Учению. Я не встречал ни одного аскета, который бы вёл святую жизнь.

Не отвечая, Удена сошёл с дорожки и удалился в свою хижину, где сел на своё сидение. Тогда Гхотамукха вошёл в хижину и остановился в дверях. Удена сказал:

– Здесь есть где присесть, брахман. Если хочешь, располагайся.

– Спасибо, – сказал Гхотамукха и сел. После этого он повторил свой тезис.

– Что же, брахман, – сказал Удена, – давай будем вести полемику по всем правилам, хорошо?

– Да, согласен, – ответил Гхотамукха.

– Прежде всего, брахман, мы можем выделить четыре типа личности: (1) тот, кто мучает себя; (2) тот, кто мучает других; (3) тот, кто мучает себя и других; (4) тот, кто не мучает ни себя, ни других. Какой из этих типов тебе ближе, брахман?

– Первые три типа мне не подходят, друг Удена, но четвёртый подходит.

– Но почему первые три типа тебе не подходят, брахман? – спросил Удена.

Гхотамукха ответил:

– Друг Удена, тот, кто мучает себя, делает это, хотя на самом деле бежит от боли и стремится к удовольствию. Тот, кто мучает других – мучает тех, кто бежит от боли и стремится к удовольствию. Тот, кто мучает себя и других – делает это, хотя и он сам и другие бегут от боли и стремятся к удовольствию. А четвёртый человек не мучает себя и не мучает других, ведь и он сам и другие стремятся избежать боли и обрести удовольствие.

– Замечательно, брахман. Кроме того, бывают люди алчные, которые стремятся заполучить побольше драгоценностей, удовольствий, рабов, земли, а бывают люди не алчные, которые не только не стремятся ко всему этому, но и наоборот оставляют мирскую жизнь. Ты сказал, что четвёртый тип личности, который не мучает ни себя ни других, тебе по душе. Среди каких людей ты скорее его встретишь – среди алчных или не алчных?

– Такого человека, друг Удена, я скорее встречу среди людей не алчных, – ответил Гхотамукха.

– Но только что ты говорил, брахман, что святая жизнь не соответствует истинному Учению, – заметил Удена.

– Конечно, друг Удена, ты прав. Я говорил это лишь для того, чтобы поучиться у тебя. Прошу тебя, будь милосерден и преподай мне Учение. Расскажи мне о тех четырёх типах личности, о которых ты упомянул.

Тогда Удена сказал:

«Что ж, изволь, брахман, слушай меня внимательно.

Что это за люди, которые мучают сами себя? Есть аскеты, предающие себя мучениям. Они голодают, едят пищу только с земли, не принимают ничего из горшка или из чаши, через порог, через палку. Они питаются лишь обрезками шкуры, мхом или коровьим навозом, либо только упавшими фруктами. Они постоянно стоят или сидят, обхватив колени. Они вырывают свои волосы и бороду. Они спят на шипах. Они погружаются в воду три раза в день. В общем, они всячески практикуют мучение и умерщвление тела.

А кто мучает других? Это те, кто умерщвляет животных, ловит их, занимается охотой, рыболовством, также это палачи, воры, тюремные надзиратели и так далее.

А кто мучает и себя и других? Это люди, обладающие властью, кто ради сохранения своей власти и силы обрекают себя и других на мучения, практикуя самоограничения, обряды и жертвоприношения, обрекая других на мучения и смерть. Такой человек не живёт счастливо сам, и не даёт жить другим.

А кто не мучает ни себя, ни других? Кто ни в чём не нуждается, живёт в блаженстве и чистоте, чей огонь страстного желания угас?

Вот, брахман, в мире появился Татхагата, совершенный Учитель. Наш герой, узнав о Татхагате, покинул мирскую жизнь, оставив богатство, большое или малое, родственников, многочисленных или немногочисленных. Он отказался от убийства, от воровства, от сексуальных отношений, от лжи, от речи, вносящей раздоры между людьми, от сплетен и злословия, от грубой речи, от пустой болтовни.

Он отказывается от нанесения вреда растениям, он питается один раз в день утром. Он воздерживается от развлечений и украшений, он не принимает золота, денег, припасов, женщин, рабов и рабынь, скот, полей и хозяйства. Он не принимает на себя роль посыльного. Он воздерживается от купли-продажи, от операций с весами, металлами, валютой; от взяточничества, обмана и мошенничества; от нанесения вреда кому-либо. Он носит лишь самую простую монашескую одежду и имеет лишь минимум необходимого.

Также этот человек практикует сдерживание органов чувств: воспринимая видимую форму, звук, запах, вкус, телесное ощущение или умственный объект, он не цепляется за их особенности и черты, которые могли бы, если не практиковать сдержанность по отношению к ним, спровоцировать появление и укоренение нездоровых состояний, таких как жажда и волнение. Практикуя такую сдержанность органов чувств, этот человек ощущает внутри чистоту.

Также этот человек практикует полную внимательность. Он сохраняет внимательность когда идёт, смотрит куда-либо, двигает конечностями, носит одежду, ест и пьёт, испражняется, стоит, сидит, засыпает и просыпается, говорит и молчит.

Далее, в уединённом месте, он практикует медитацию. Он садится, выпрямив спину и установив осознавание перед собой. Он устраняет пять помех: алчность к миру, недоброжелательность и злость, апатию и сонливость, неугомонность и беспокойство, сомнения.

Оставив эти пять помех, он входит в первую джхану. Это происходит, когда он в достаточной степени освободился от мыслей о чувственных удовольствиях и прочих нездоровых состояний. Первая джхана сопровождается внутренней речью, связанной с объектом медитации, а также – радостью и ощущением физического довольства, которые образуются из-за свободы от помрачённых состояний.

Далее, его внутренняя речь затихает, и он входит во вторую джхану и находится в ней, ощущая уверенность и единение ума, во внутреннем безмолвии, чувствуя радость и довольство, рождённые свободой от помрачений.

Далее, радость стихает, остаётся лишь спокойствие и довольство, осознанность и внимательность, и таким образом он входит в третью джхану и находится в ней. Третью джхану называют “приятной обителью”.

После этого уходит даже ощущение физического довольства. Исчезают все положительные и отрицательные эмоции, приятные и болезненные телесные ощущения, остаётся лишь глубокое спокойствие и чистейшая осознанность. Так благородный ученик входит в четвёртую джхану и находится в ней.

Далее, направив этот совершенно ясный, чистый, гибкий, послушный и спокойный ум на вспоминание прошлых жизней, он обретает это знание. Он видит множество своих прошлых жизней весьма подробно.

Кроме того, он направляет свой ум на знание о том, как живут и перерождаются другие существа. Он видит множество существ и миров, и то, как и при каких обстоятельствах те или иные существа перерождаются в тех или иных мирах.

Далее он направляет свой ум на понимание природы помрачений и того, как они прекращаются. Он непосредственно познаёт, что такое страдание, что такое помрачение, как оно возникает, как оно прекращается, и что нужно делать, чтобы быть способным его прекратить.

Когда он познал и увидел всё это, его ум полностью освобождается от помрачения вовлечённости, от помрачения неведения. Он понимает, что больше никогда не совершит помрачённых действий, что цель его практики достигнута и он больше никогда не окажется вовлечён в какой бы то ни было мир сознания

Такой человек, брахман, не мучает ни себя, ни других. Он ни в чём не нуждается, живёт в блаженстве и чистоте, его огонь страстного желания угас».

Эта беседа произвела на Гхотамукху такое впечатление, что он объявил себя мирским последователем Удены с этого дня и на всю жизнь. Но Удена посоветовал ему стать последователем Учителя. Гхотамукха спросил, где можно его найти сейчас? Удена ответил, что Учитель уже ушёл в окончательную ниббану. Тогда Гхотамукха сказал:

– Если бы Учитель был хоть на другом конце света, я бы нашёл его. Но если он ушёл в окончательную ниббану, мне остаётся лишь принять прибежище в Нём, в его Учении и в его Сангхе.

После этого Гхотамукха сказал:

– Господин, царь Анги выдаёт мне ежедневное пожертвование в золоте и серебре. Позволь я преподнесу тебе одно такое пожертвование.

– Нам непозволительно принимать золото и серебро, брамин.

– Что ж, господин, позволь тогда, я построю монастырь, где ты будешь главой.

– Лучше построй общее прибежище для всех монахов, брамин, если ты хочешь сделать подношение.

– О, я ещё больше доволен тем, что ты предлагаешь сделать подношение не себе лично, а Сангхе. Хорошо, я построю на эти деньги прибежище для монахов в Паталипутте.

Именно так и появилось прибежище для монахов в Паталипутте, которое известно как Зал Гхотамукхи.

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.