Маджхима Никая 35
Малая беседа с Саччакой

Адаптированная версия сутты МН35

Однажды Учитель находился близ города Весали, что в стране рода Личчхави. В этом городе жил некий Саччака из секты нигантхов, которого многие считали святым. Он был умелым оратором и искусным спорщиком, и во всеуслышание заявлял, что никто не может одолеть его в полемике.

Как-то утром монах по имени Ассаджи, один из великих учеников Будды, просил подаяние в Весали, и тогда к нему подошёл Саччака. После обмена приветствиями и вежливыми фразами Саччака попросил Ассаджи рассказать, каким образом странник Готама обычно излагает своё Учение. На это Ассаджи ответил:

– Обычно Учитель излагает Учение так: «Форма непостоянна, переживание непостоянно, распознавание непостоянно, активность непостоянна, восприятие непостоянно. Поэтому в физическом мире нет никакого “я”, в переживании нет никакого “я”, в распознавании нет никакого “я”, в активности нет никакого “я”, в восприятии нет никакого “я”. Все активности непостоянны. Все явления лишены “я”».

Выслушав, Саччака скептически заметил:

– Звучит весьма спорно. Надеюсь, мне удастся встретиться со странником Готамой и переубедить его.

Вскоре в Весали произошло собрание благородных людей из рода Личчхави. Там Саччака заявил о своём решении вызвать Будду на дебаты, поскольку, услышав его Учение, Саччака счёл его ложным. Саччака также заявил о своей лёгкой и несомненной победе над Учителем. Многие из личчхавов захотели присутствовать при этих дебатах.

И вот, Саччака вместе с толпой личчхавов отправились в лес, к шатру, в котором тогда проживал Учитель. Там они увидели монахов, которые прохаживались вперёд и назад, медитируя. Подойдя к ним, Саччака спросил, где можно найти странника Готаму, на что ему сказали, что в данный момент Учитель сидит под деревом в глубине леса.

Саччака и личчхавы отыскали Учителя там, куда им указали монахи. Саччака поприветствовал Учителя вежливо, как и многие из личчхавов. Другие же личчхавы приветствовали Учителя более небрежно, а иные и вовсе не стали приветствовать, поскольку среди Личчхавов бытовали самые разные мнения об Учителе, в том числе и негативные.

Когда все расселись, Саччака, повторив слова Ассаджи, спросил Учителя, правда ли, что он излагает своё Учение именно так. Учитель подтвердил. Тогда Саччака сказал следующее:

– Я утверждаю, брат Готама, что и форма, и переживание, и распознавание, и активность, и восприятие – всё это составляет “я”. Именно здесь “я” проявляет себя, именно здесь “я” совершает свои действия – благие или неблагие. “Я” это весь наш опыт в целом.

– То есть, Саччака, ты утверждаешь, что эти составляющие опыта – форма, переживание, распознавание, активность и восприятие – это “я”?

– Да, брат Готама, я так утверждаю, и не я один такой, это общепринятое мнение.

– Большинство здесь ни при чём, Саччака. Давай будем говорить только о том, в чём убеждён ты сам.

– Хорошо, брат Готама, давай остановимся на том, что это моё личное убеждение.

– Хорошо, Саччака. Тогда я задам тебе встречный вопрос. Как ты думаешь, может ли единовластный царь – скажем, царь Пасенади из Косалы или же царь Аджатасатту Ведехипутта из Магадхи – распоряжаться в своём царстве как ему заблагорассудится? Способен ли он, будучи единовластным правителем, наказывать или награждать тех, кого он захочет?

– Безусловно это так, брат Готама.

– Теперь слушай мой вопрос, Саччака: ты говоришь, что форма это “я” – но можешь ли ты распоряжаться этой формой, как тебе заблагорассудится? Можешь ли ты изменить свою форму? Можешь ли ты приказать ей не быть?

На это Саччака ничего не ответил. Учитель повторил вопрос ещё раз, но Саччака безмолвствовал. Тогда Учитель сказал:

– Саччака, твоё молчание в данной ситуации недопустимо. Помни, что, того, кто трижды не ответил на вопрос Татхагаты, ждёт наказание со стороны божества-громовержца, и его голова разлетится вдребезги.

Саччака очень живо увидел это божество, содрогнулся и в ужасе взмолился к Учителю, чтобы тот повторил свой вопрос. Учитель так и сделал. Саччака ответил:

– Нет, брат Готама, я не могу распоряжаться своей физической формой как мне заблагорассудится.

– Заметь, Саччака, – проговорил Учитель, – что твой ответ противоречит твоему же начальному утверждению. А как насчёт остальных совокупностей – переживания, распознавания, активности и восприятия? Можешь ли ты ими распоряжаться?

– Нет, брат Готама.

– Тем самым ты противоречишь самому себе, Саччака, – сказал Учитель.

Затем он продолжил:

– Скажи, Саччака, что-либо из этого – физическая форма, переживание, распознавание, активность или восприятие – постоянно?

– Нет, брат Готама.

– А то, что непостоянно – самим фактом своего непостоянства – приятно или неприятно?

– Неприятно, брат Готама.

– И вот, мы имеем нечто непостоянное, неприятное, изменчивое. Можно ли явление с такими характеристиками назвать “я”?

– Нет, брат Готама.

После этого Учитель продолжил:

– И вот, некий человек берёт неприятное, и объявляет, что это – “я”, “моё”. Этот человек фактически хватается за страдание, держится за него, очарован им. Может ли такой человек понимать природу страдания, может ли такой человек освободиться от страдания?

– Нет, брат Готама. Это невозможно.

– Но разве это не твой случай, Саччака?

– Получается так, брат Готама, – отвечал Саччака.

– Тогда дебаты закончены, Саччака.

Воцарилась тишина. Саччака сидел с поникшей головой. Тогда один из личчхавов по имени Думмукха сказал:

– Это всё мне напомнило, как дети вытаскивают из воды большого краба, потом вытягивают его ноги и одну за другой ломают их, чтобы краб не мог сбежать в воду. Господин точно так же разбил аргументы Саччаки один за другим, так, чтобы он не мог вернуться к своим убеждениям.

Тогда Саччака воскликнул:

– Да погоди ты, Думмукха! Это дебаты между мной и странником Готамой.

Далее он продолжил, обращаясь к Учителю:

– Ладно, брат Готама. Всё это были глупости. Лучше скажи, каким образом твои ученики достигают освобождения?

– Саччака, мой ученик учится видеть все элементы опыта – форму, переживание, распознавание, активность и восприятие – прошлое ли оно, настоящее или будущее, внутреннее или внешнее, грубое или утончённое, низшее или возвышенное, далёкое или близкое, как то, что не является каким бы то ни было “я”, как то, в чём нет никакого “я”, как то, что не принадлежит никакому “я”.

– А в каком случае можно сказать, что человек в твоём Учении достиг освобождения?

– Тот, кто достиг освобождения, Саччака, уже видит любой элемент опыта как то, что не является каким бы то ни было “я”, как то, в чём нет никакого “я”, как то, что не принадлежит никакому “я”, не цепляясь за что бы то ни было. Такой человек обладает тремя качествами: ясным пониманием, совершенной практикой, полным освобождением от помрачений.

После этого Учитель добавил:

– Но даже такой человек, Саччака, продолжает относиться к Татхагате с уважением.

Тогда Саччака сказал:

– Брат Готама, я вёл себя непозволительно, нахально и дерзко. Я был слишком самонадеян, думая, что могу победить тебя в полемике. Я приглашаю тебя, друг, а также почтенных монахов, на обед завтра.

Учитель принял приглашение, и после этого Саччака призвал присутствующих личчхавов принести подношения для Учителя и монахов.

Следующим утром личчхавы принесли в дом Саччаки множество угощений, и сам Саччака приготовил большое количество яств, после чего прислал Учителю приглашение. Когда Учитель с монахами пришёл, Саччака лично прислуживал им за столом. Затем, когда Учитель закончил есть, Саччака сел рядом на более низкое сиденье, и сказал:

– Пусть эти дары, принесённые Татхагате и его ученикам, послужат счастью дарителей.

На это Учитель ответил:

– Главную пользу получил здесь ты, Саччака, поскольку именно ты непосредственно обслуживал меня и монахов и лично преподносил нам дары.

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.