Дигха Никая 16
Махапариниббана Сутта
Великое окончательное угасание

Часть 1

Так я услышал. Однажды, когда Учитель находился близ города Раджагаха, на холме Пик Коршунов, царь Магадхи Аджатасатту Ведехипутта вознамерился захватить страну, принадлежащую народу ваджжей.

Царь Аджатасатту попросил своего советника, брахмана Вассакару, отправиться к Учителю и спросить его совета относительно этого его намерения.

Условия процветания общества

Брахман Вассакара отправился к Учителю и поведал тому о планах царя Аджатасатты. Во время их разговора позади Учителя стоял Ананда, его личный помощник, и обмахивал Учителя веером. Когда Вассакара закончил говорить, Учитель обратился к Ананде:

– Ананда, правда ли, что ваджжи часто собираются вместе для обсуждения и решения насущных дел?

– Да, Учитель, я слышал, что всё именно так, – отвечал Ананда.

– А правда ли, что собрания ваджжей проходят чинно и мирно, что они не ругаются между собой?

– Да, Учитель, и это правда.

– А правда ли, что они не меняют свои издревле установленные законы, не принимая того, чего прежде не было, и не отменяя то, что было раньше?

– Именно так, Учитель.

– Чтут ли ваджжи своих старейшин и мудрецов, с почтением принимая их мнение и поддерживая их?

– Да, Учитель.

– Избегают ли ваджжи насилия над женщинами?

– Избегают, Учитель.

– Уважают ли ваджжи свои святыни?

– Уважают, Учитель.

– Создают ли ваджжи благоприятные условия для арахантов, так, что араханты из других стран находят у них приют и благоденствие?

– Всё именно так, Учитель.

После этого Учитель сказал:

– Ананда, до тех пор, пока ваджжи выполняют эти семь условий, а именно –

  1. Решают насущные дела, регулярно собираясь вместе и обсуждая их;
  2. Не ругаются и не ссорятся между собой;
  3. Не меняют свои законы;
  4. Чтут своих старейшин и мудрецов;
  5. Избегают насилия над женщинами;
  6. Уважают свои святыни;
  7. Создают благоприятные условия для арахантов,

– пока они будут соблюдать эти семь условий, их общество с высокой вероятностью будет процветать, Ананда.

Затем Учитель обратился к брахману Вассакаре:

– Однажды, брахман, когда я был стране ваджжей, в Весали, я научил их этим семи условиям процветания общества. Пока они будут их держаться, их страна наверняка будет процветать.

– Итак, друг Готама, нам следует ожидать процветания ваджжей, а не упадка, – проговорил Вассакара, – следовательно, царь Магадхи вряд ли одолеет их.

После этого брахман Вассакара спешно откланялся и покинул Учителя.

Условия процветания монахов

Вскоре после того, как Вассакара ушел, Учитель попросил Ананду собрать всех монахов, находящихся в окрестностях Раджагахи, в зал для собраний.

Когда монахи собрались, Учитель обратился к ним с такими словами:

«Монахи, я расскажу вам об условиях, ведущих монахов к процветанию. Слушайте меня внимательно.

Вот семь условий, ведущих монахов к процветанию:

  1. Регулярно собираться вместе и решать сообща насущные дела.
  2. Не ругаться и не ссориться между собой, действовать во всём согласно правилам Винаи.
  3. Не менять своих установлений.
  4. Чтить своих старейшин, людей умудрённых, отцов и руководителей общины.
  5. Не поддаваться чувственным желаниям, снова и снова приводящим к повторным существованиям.
  6. Превыше других способов жить ценить уединение.
  7. Развивать доброжелательность и добродетель, чтобы добрые и добродетельные монахи могли приходить к ним и проживать среди них в благополучии.

Если соблюдаются эти семь условий, можно ожидать процветания монашества.

Теперь – семь условий процветания монахов, которые касаются внутренней дисциплины.

  1. Не развлекаться повседневной деятельностью.
  2. Не развлекаться разговорами.
  3. Не спать чрезмерно много.
  4. Не проводить время в компаниях.
  5. Не давать пристанища нездоровым желаниям.
  6. Избегать любых контактов с дурными людьми.
  7. Не останавливаться на полпути.

Таковы семь условий процветания монаха касаемо самодисциплины.

Теперь – семь качеств, способствующих процветанию монахов:

  1. Уверенность в Учителе, Учении и Общине.
  2. Стыд при нарушении нравственных предписаний.
  3. Боязнь нарушить нравственные предписания.
  4. Гармоничное стремление к обучению.
  5. Непоколебимость в следовании Пути.
  6. Памятование.
  7. Мудрость.

Таковы семь качеств, способствующих процветанию монахов.

Теперь о семи факторах пробуждения.

  1. Памятование.
  2. Исследование состояний.
  3. Усердие.
  4. Радость.
  5. Успокоение.
  6. Собранность ума.
  7. Спокойствие.

Таковы семь факторов пробуждения, монахи.

Далее – о семи видах избирательного восприятия.

  1. Восприятие непостоянства.
  2. Восприятие не-личностности.
  3. Восприятие непривлекательности тела.
  4. Восприятие недостатков.
  5. Восприятие отречения.
  6. Восприятие бесстрастия.
  7. Восприятие прекращения.

Таковы семь видов избирательного восприятия.

Вот, также, шесть качеств, достойных взращивания, которые тоже ведут к процветанию, монахи: необходимо обращаться со своими товарищами по святой жизни с добротой (1) в делах, (2) в словах, (3) в мыслях – как прилюдно, так и наедине. (4) Необходимо делиться с другими монахами любыми приобретениями, если они были получены должным путём, и ничего не хранить для себя, вплоть до содержимого своей чаши для подаяния. (5) Необходимо жить в соответствии с предписаниями, разделяя их со своими товарищами по святой жизни, как прилюдно, так и наедине. (6) Необходимо жить в соответствии с гармоничными взглядами, ведущими к полному освобождению от страданий – разделяя их со своими товарищами по святой жизни как прилюдно, так и наедине.

Таковы шесть качеств, достойных взращивания, ведущих вас к процветанию, монахи.

И таковы условия, ведущие монахов к процветанию».

*  *  *

Находясь в Раджагахе, на Пике Коршуна, Учитель часто давал наставления монахам таким образом:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Пробыв в окрестностях Раджагахи некоторое время, Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Амбалаттхику.

В Амбалаттхике Учитель остановился в царских покоях. Здесь он тоже часто наставлял монахов следующим образом:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Побыв в Амбалаттхике некоторое время, Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, направился в Наланду, где остановился в Манговой Роще Паварики.

Часть 2

Львиный рык Сарипутты

Сарипутта, один из величайших учеников Будды, навестил его в Манговой Роще. С почтением поприветствовав Учителя, он сел рядом и сказал:

– Учитель, я уверен, что никогда не было, нет и не будет кого бы то ни было, кто превзошёл бы тебя в добродетели и мудрости.

На это Учитель сказал:

– Это весьма сильное заявление, Сарипутта. Настоящий львиный рык. Но знаешь ли ты, какова добродетель и мудрость всех арахантов прошлого, настоящего и будущего?

– Нет, Учитель.

– Тогда на каком основании делаешь ты это утверждение, Сарипутта?

– Учитель, я действительно ничего не знаю о добродетели и мудрости арахантов прошлого, настоящего и будущего. Мне достаточно того, что я пришёл к пониманию совершенной полноты Учения. Это можно сравнить вот с чем: допустим, есть крепость, вход в которую охраняет опытный человек. Этот человек обошёл всю крепость, и убедился, что даже кошка не сможет проникнуть в крепость иначе, чем через те врата, которые он охраняет, настолько совершенны оборонительные сооружения этой крепости. Так же безупречно твоё Учение.

Все араханты прошлого, настоящего или будущего освободились или освободятся от пяти препятствий – умственных загрязнений, омрачающих мудрость. Все они основательно укрепились или укрепятся в четырёх приложениях памятования, все они должным образом взрастили или взрастят семь факторов пробуждения, и все они обрели или обретут наивысшее Пробуждение. Этого же в совершенстве достиг и ты, Учитель, и выше этого продвинуться невозможно. Именно поэтому я уверен, что никогда не было, нет и не будет кого бы то ни было, кто превзошёл бы тебя в добродетели и мудрости.

В тех краях Учитель также часто давал наставления монахам таким образом:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Пробыв некоторое время в окрестностях Наланды, Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Паталигаму.

Убытки от безнравственности

Ученики-миряне из Паталигамы пригласили его в свой зал собраний, и Учитель молча согласился. Когда всё было готово, Учитель отправился к залу для собраний, омыл ноги, вошёл в зал и сел у центральной колонны, лицом к востоку. Монахи, пришедшие с ним, сели у западной стены, лицом к востоку, а ученики-миряне из Паталигамы сели перед Учителем, у восточной стены, лицом к западу.

И вот Учитель обратился к ученикам-мирянам из Паталигамы: «Миряне, есть пять видов убытка, который настигает того, кто не следует добродетели кто творит злое, кто забыл о совести.

  1. Такой человек из-за своей безнравственности впадает в нищету.
  2. О нём распространяется дурная молва.
  3. К людям добродетельным он подходит боязливо и со смущением.
  4. Его гложет страх смерти.
  5. После смерти он перерождается в мирах скорби и страдания.

Таковы, миряне, пять видов убытка для того, кто не следует добродетели.

Прибыль от добродетели

Далее, миряне, есть пять видов прибыли, которую приобретает тот, кто следует добродетели.

  1. Благосостояние такого человека преумножается.
  2. О нём распространяется добрая молва.
  3. Он подходит к добродетельным людям спокойно и без смущения.
  4. Он свободен от страха смерти.
  5. После смерти он перерождается в счастливых мирах.

Таковы, миряне, пять видов прибыли, которую приобретает тот, кто следует добродетели».

Учитель давал наставления ученикам-мирянам до глубокой ночи, после чего отпустил их, а сам удалился в предоставленные ему покои.

Часть 3

Паталипутта

В то время Сунидха и Вассакара, главные советники в Магадхе, строили укрепления в Паталигаме, чтобы предупредить опастность со стороны ваджжей. Эта деятельность была вдохновлена божествами, которые во множестве низошли в эти края. Учитель увидел это, и рассказал об этом Ананде, после чего добавил:

– С умножением числа людей здесь вырастет прекрасный торговый город Паталипутта. Три опасности будут грозить ему: огонь, вода и раздоры.

И вот Сунидха и Вассакара нанесли визит Учителю и пригласили его с монахами на обед на следующий день. Учитель молча согласился.

На следующее утро Учитель с монахами отправился к Сунидхе и Вассакаре, где им был накрыт обильный стол, а сами советники лично обслуживали Учителя и монахов. После того, как Учитель закончил трапезу, хозяева сели рядом с ним на более низкие сиденья. Учитель сказал:

«Где бы ни жил человек благородный, пусть он заботится о добродетельных, о тех, кто обуздал себя. Пусть он чтит местных богов, а боги позаботятся о нём. Если же к нему будут благосклонны боги, его будет ждать благоприятная судьба».

Выразив таким образом своё благословение советникам, Учитель вознамерился уходить. Сунидха и Вассакара проводили его, сказав: «Те врата, через которые ныне выходит отшельник Готама, назовутся вратами Готамы, и тот паром, на котором переплывет он реку, назовется паромом Готамы». И действительно с той поры врата, через которые вышел отшельник Готама, стали именоваться вратами Готамы. Однако, с паромом вышло иначе.

Когда Учитель приблизился к Гангу, оказалось, что эта река переполнена из-за наводнения. Люди, желавшие переправиться на другую сторону, искали какое-нибудь средство – плот, лодку или сами пытались связать тростник в связки чтобы сделать плот.

Подойдя к берегу, Учитель вместе с монахами мгновенно перенёсся на другой берег. Взглянув на людей, сновавших на том берегу, Учитель сказал:

«Путь человека пролегает через стремнину скорби. Но если ты знаешь верную дорогу, ты сможешь пересечь этот поток. Лучшее средство для переправы – мудрость. Мудрец уже на другом берегу, в то время как люди мира сего суетливо вяжут плоты из тростника».

Четыре факта Благородных

После этого Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Катигаму и остановился в самом этом селении. Там Учитель обратился к монахам с такими словами:

– Монахи, непонимание Четырёх фактов, постигаемых Благородными – вот из-за чего мне и вам пришлось блуждать в перерождениях. Что это за Четыре факта? Факт о страдании; факт о происхождении страдания; факт о прекращении страдания; факт о пути к прекращению страдания. Теперь же, когда факты постигнуты, перерождений больше не будет.

После этого Учитель добавил:

«Тот, кто не ведает Факты, скитается из рождения в смерть и снова к рождению – и так без конца. Лишь когда эти Факты постигнуты – корень страдания вырван, и больше нет для рождений причины, перерождений больше не будет».

В Китигаме Учитель также наставлял монахов о добродетели, собранности ума и мудрости:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Часть 4

Смерти в Натике

Пробыв в Катигаме некоторое время, Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в селение Натика, остановившись там в Каменной Обители.

Через некоторое время Ананда приступил к Учителю с вопросами относительно умерших в Натике монахов и мирян – чтобы Учитель сказал, какова посмертная участь того или иного из них.

Учитель отвечал, что один умерший монах по имени Сальха стал арахантом, освободившись от всех оков. Относительно других он отвечал, что такие-то монахи и миряне стали анагами, освободившись от пяти нижних оков, другие стали сакадагами, единожды возвращающимися, чьи нижние три оковы полностью разрушены, а ещё две – сильно ослабли; другие же стали сотапанна, освободившись от трёх нижних оков и вступив на путь неизбежного освобождения.

Зеркало Учения

После этого Учитель сказал:

«Ананда, люди часто умирают. Если каждый раз ты будешь бежать ко мне с такими вопросами, то это может стать утомительным. Поэтому я расскажу тебе о Зеркале Учения, посмотревшись в которое, сам человек сможет определить, что больше не родится в низших мирах, и что спасение его неизбежно.

Итак, что это за Зеркало Дхаммы?

Вот человек, в котором присутствует непоколебимая уверенность в качествах Будды:

  1. Завершенный.
  2. В высшей степени просвещенный.
  3. Безупречный в поведении и понимании.
  4. Реализованный.
  5. Знающий миры.
  6. Идеальный учитель.
  7. Учитель богов и человека.
  8. Будда / бодрствующий.
  9. Возвышенный / Святой.

Также в нём присутствует непоколебимая уверенность в шести качествах Дхаммы:

  1. Ясно объясненная.
  2. Её действие можно увидеть сразу же.
  3. Одинаково работает во все времена.
  4. Приглашающая попробовать и увидеть самому.
  5. Ведущая за пределы (к Ниббане).
  6. Может быть понята каждым, если приложить разум.

Также в нём присутствует непоколебимая уверенность в девяти качествах Сангхи, которая представляет собой четыре пары или восемь групп пробужденных:

  1. Хорошее поведение / хорошая практика
  2. Прямая практика / честное поведение
  3. Проницательная практика / мудрое поведение
  4. Целостная практика / смиренное поведение
  5. Достойная даров
  6. Достойная гостеприимства
  7. Достойная подношений
  8. Достойная уважения
  9. Неисчерпаемый источник неизмеримых заслуг для мирян.

И он одарен добродетелями Благородных, полными и совершенными, незапятнанными, чистыми, освобождающими, прославляемыми мудрецами, незагрязнёнными желанием будущих жизней и верой в силу пустых обрядов, способствующими собранности ума.

Если всё это присутствует в человеке, то о нём можно сказать, что он больше не родится в низших мирах, и что спасение его неизбежно.

И также в Натике, в Каменной Обители, Учитель также наставлял монахов о добродетели, собранности ума и мудрости:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Спустя некоторое время Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Весали, где остановился в манговой роще, принадлежавшей наложнице Амбапали.

Находясь там, Учитель обратился к монахам с такими словами:

«Монахи, вам следует памятовать и бодрствовать — таково моё наставление вам.

Что значит – памятовать? Это значит, памятовать о том, чтобы наблюдать

  • тело как тело
  • переживания как переживания
  • ум как ум
  • явления ума как явления ума

– внимательно, с бодрствованием, не упуская из вида эту практику, оставив желания и отторжения по отношению к чему бы то ни было в мире. Вот что значит памятовать.

А что значит – бодрствовать? Вот монах сохраняет внимательность в различных ситуациях – когда идёт куда-то и возвращается; когда смотрит вперёд или в сторону; когда сгибает или разгибает конечности; когда несёт внешние одежды, чашу и одеяние; когда ест, пьёт, откусывает и пробует; когда мочится и испражняется; когда идёт, стоит, сидит, спит, просыпается, говорит и хранит молчание. Вот что значит бодрствовать.

Итак, монахи, вам следует памятовать и бодрствовать – таково моё наставление вам».

Часть 5

Наложница Амбапали

Наложница Амбапали узнала, что в их края прибыл Учитель и остановился в Манговой Роще. Она, в сопровождении свиты, отправилась к Учителю и беседовала с ним об Учении. В конце их встречи Амбапали почтительно попросила Учителя и монахов посетить её дворец на следующий день для трапезы. Учитель молча согласился. После этого Амбапали попрощалась с Учителем и удалилась.

Когда она ехала обратно, её процессию встретила не менее роскошная процессия родовитых жителей Весали, принадлежащих к народу личчхавов, которые как раз направлялись к Учителю.

Личчхавы спросили Амбапали, куда она ездила, и та ответила, что была у Учителя, пригласив того назавтра на трапезу в свой дворец. Личчхавы попросили её уступить им эту трапезу за крупное вознаграждение, но Амбапали ответила, что нет такого вознаграждения, за которое она бы уступила честь принимать у себя Учителя. Раздосадованные, личчхавы всё же продолжили свой путь к Учителю.

Учитель издалека увидел приближение роскошной кавалькады личчхавов, и обратился к монахам:

– Монахи, если кто-то из вас хочет увидеть богов из мира Тридцати Трёх – посмотрите на этих личчхавов. Очень похоже.

Насколько позволяла дорога, личчхавы проехали на своих колесницах, а остаток пути проделали пешком. Почтительно поприветствовав Учителя, они расселись по сторонам от него, и Учитель какое-то время беседовал с ними об Учении.

После этого личчхавы пригласили его на трапезу назавтра, но Учитель ответил, что уже приглашён наложницей Амбапали. Расстроенные, личчхавы с почтением удалились.

Ночью во дворце Амбапали приготовили самые изысканные яства, и наутро к Учителю примчался вестник с приглашением на трапезу. Учитель в сопровождении монахов направился во дворец Амбапали, где она собственноручно подавала им блюда и напитки пока они не насытились. После этого Амбапали села рядом с Учителем на более низкое сиденье и сказала:

– Учитель, манговую рощу, в которой ты остановился, я приношу в дар общине монахов – твоих учеников.

Учитель принял дар. Затем он наставлял Амбапали в Учении, после чего поднялся с сидения и удалился.

Пребывая в той манговой роще, Учитель также наставлял монахов о добродетели, собранности ума и мудрости:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Сезон дождей в Велувагаме

Спустя некоторое время, Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Велувагаму и остановился прямо в этом селении. После этого Учитель отпустил монахов искать пристанище в окрестностях Весали на время сезона дождей, а сам обосновался в Велувагаме.

Вскоре Учителя поразил сильный мучительный недуг, из-за которого он оказался на грани смерти. Заболевание он сносил спокойно, с полной осознанностью и бодрствованием, не проявляя беспокойства. Через некоторое время он решил, что уходить ещё рано, и, уравновесив жизненную силу, исцелился.

Когда болезнь сошла на нет, Учитель вышел на веранду своего жилища и сел там на приготовленное сиденье. Ананда приблизился к нему и, с почтением поприветствовав, сел рядом и сказал:

– Учитель, какое счастье, что ты исцелился и чувствуешь себя хорошо. Пока ты был болен, я сам переживаниевал себя больным. Я не понимал, где я, и забыл все твои наставления. Теперь же, когда стало ясно, что ты не уйдёшь, не дав руководящих наставлений, касающихся Общины, я чувствую себя спокойнее.

– Какие же наставления ещё нужны, Ананда? – спросил Учитель, – Я передал вам всё Учение, ничего не сокрыв. Нет никаких учений, которые Татхагата сокрыл бы от Общины. Если кто-то хочет руководить Общиной – пусть он и даёт ей руководящие наставления. А Татхагату не интересует власть.

Далее Учитель продолжил:

– Ананда, я стар, моя жизнь подходит к финалу. Мне уже восемьдесят. Это тело с трудом передвигается, в точности как ветхая колесница, которая того и гляди развалится. Тело перестаёт напоминать о себе лишь когда Татхагата уводит внимание от внешних явлений и ощущений, погружаясь в прекращение различения и переживаниевания.

После этого Учитель сказал:

«Ананда, уединитесь в себе, будьте сами себе прибежищем, и не ищите иного прибежища; уединитесь в Учении, пусть Учение будет вам прибежищем, и ничто иное.

Как это осуществить?

Живите, наблюдая

  • тело как тело
  • переживания как переживания
  • ум как ум
  • Принципы Учения как Принципы Учения

– внимательно, с бодрствованием, не упуская из вида эту практику, оставив желания и отторжения по отношению к чему бы то ни было в мире. Именно так вы уединяетесь в себе, находите прибежище в себе; именно так вы уединяетесь в Учении, находите прибежище в Учении и ни в чём ином.

Ананда, любой монах, сейчас или после моего ухода, кто будет таким образом уединяться в себе, находить прибежище в себе; уединяться в Учении, находить прибежище в Учении и ни в чём ином, – такой монах достигнет наивысшей вершины».

Часть 6

Великий шанс

Как-то утром Учитель, взяв чашу и верхнее одеяние, отправился в Весали за подаяниями. Вернувшись и приняв пищу, он обратился к Ананде:

– Возьми своё покрывало для сидения, Ананда. Пойдём в Священную Рощу Чапалы, чтобы провести там остаток дня.

Когда они пришли в Священную Рощу Чапалы, Учитель сел на подготовленное сиденье. Ананда, поклонившись Учителю, сел рядом. Учитель сказал:

– Здесь очень красиво, Ананда. В этом мире много замечательных мест.

Далее Учитель добавил:

– Ананда, тот, кто взрастил и в совершенстве развил четыре основы сверхспособностей, мог бы продлить свою жизнь до конца эры. Татхагата именно таков. Если бы он пожелал, Татхагата мог бы продлить свою жизнь до конца эры.

Но хотя у Ананды был такой замечательный шанс, в тот момент он не осознал его. Он не стал умолять Учителя, чтобы тот продлил свою жизнь до конца эры, из милосердия к миру. Мара овладел умом Ананды.

Потом Учитель дал ему этот шанс ещё два раза, повторив свои слова, но Ананда упустил эту великую возможность оба раза.

Видя, что Ананда молчит, Учитель сказал:

– Ты можешь идти, Ананда.

– Да, Учитель, – ответил Ананда, встал со своего сиденья, поклонился Учителю и, обойдя его с правой стороны, сел у подножья дерева неподалёку.

Просьба Мары

И вскоре после этого злой дух Мара подошёл к Учителю и сказал ему:

– Господин, пожалуйста, соверши окончательный переход в ниббану! Сделай это прямо сейчас, Возвышенный! Пришло время угаснуть, Святой! Ведь ты, Господин, сам говорил: «Я не уйду, Злой, пока у меня не будет учеников среди монахов, монахинь, мирян и мирянок, которые были бы мудры, дисциплинированы, уверены, свободны от оков, в полной мере обучены, которые являлись бы хранителями Учения, которые жили бы в полном соответствии с Учением, которые могли бы объяснить Учение другим, научить ему других, провозгласить его, утвердить, раскрыть, рассмотреть, прояснить его; которые могли бы тщательно и аргументировано опровергнуть распространённые доктрины других и смогли бы научить действенному Учению». И вот, Господин, у тебя есть такие ученики.

Кроме того, Господин, ты говорил также и так: «Я не уйду, Злой, пока это моё Учение не обретёт успех и процветание, пока оно не станет общеизвестным, распространённым, широко проповеданным среди богов и людей». И это тоже произошло, Возвышенный. Так что, Господин, пришло время полностью угаснуть!

На это Учитель ответил:

– Не суетись, Злой. Не так уж долго осталось тебе ждать. Я уйду через три месяца, считая с этого момента.

Учитель отпускает жизненную силу

И затем, пребывая в Священной Роще Чапалы, Учитель сознательно отпустил жизненную силу. И когда он сделал это, случилось устрашающей силы великое землетрясение, и раскаты грома сотрясли небо.

Тогда Учитель произнёс:

«Сравнив запредельное с продлением жизни,
Мудрец покидает жизнь.
О счастье, о безмятежность, – наконец разорвал он эти оковы,
Словно воин, пробивший доспехи врага».

Причины землетрясения

Ананда приблизился к Учителю, почтительно поклонился и сел рядом, после чего спросил:

– Учитель, из-за чего произошло это ужасающее землетрясение с грозой?

Учитель отвечал:

«Сильные землетрясения, Ананда, могут происходить благодаря одной из восьми причин, а именно:

  1. Эта твердь покоится на жидкости, жидкость подвержена вибрации и ветрам, ветры же пронизывают пространство. И когда возникают могучие ветры, жидкость приходит в движение, и твердь сотрясается. Такова первая возможная причина для землетрясения.
  2. Кроме того, Ананда, отшельник или брахман, обладающие великой духовной силой, развившие великую аскетическую самодисциплину, или бог великой силы и мощи, сосредоточенной мыслью может двинуть, поколебать и сотрясти землю. Вот вторая возможная причина для землетрясения.
  3. Кроме того, Ананда, когда Бодхисатта сознательно покидает небесный мир Туситу и нисходит в утробу матери, в ту минуту земля содрогается. Вот третья возможная причина для землетрясения.
  4. Кроме того, Ананда, когда Бодхисатта сознательно оставляет утробу матери, в ту минуту земля содрогается. Вот четвертая возможная причина для землетрясения.
  5. Кроме того, Ананда, когда Татхагата достигает окончательного и полного пробуждения, в ту минуту земля содрогается. Вот пятая возможная причина для землетрясения.
  6. Кроме того, Ананда, когда Татхагата запускает Колесо Учения, в ту минуту земля содрогается. Вот шестая возможная причина для землетрясения.
  7. Кроме того, Ананда, когда Татхагата сознательно отпускает жизненную силу, завершая свои дни на земле, в ту минуту земля содрогается. Вот седьмая возможная причина для землетрясения.
  8. Кроме того, Ананда, когда Татхагата совершенно и полностью угасает, — тогда тоже, Ананда, земля содрогается. Вот восьмая возможная причина для землетрясения.

Таковы, Ананда, восемь возможных причин для сильных землетрясений.*

Рассказ о визите Мары

Когда-то, Ананда, я обитал в Урувеле, под баньяновым деревом пастуха Нигродхи на берегу реки Нераньджары. Это было вскоре после того, как я достиг великого освобождения. Мара, Злой Дух, пришел тогда ко мне, и сказал: “Оставь эту жизнь, Господин! Уйди, о Возвышенный! Пришло время окончательно угаснуть, Святой!”

Тогда, Ананда, я ответил Маре так: “Я не уйду, Злой, пока у меня не будет учеников среди монахов, монахинь, мирян и мирянок, которые были бы мудры, дисциплинированы, уверены, свободны от оков, в полной мере обучены, которые являлись бы хранителями Учения, которые жили бы в полном соответствии с Учением, которые могли бы объяснить Учение другим, научить ему других, провозгласить его, утвердить, раскрыть, рассмотреть, прояснить его; которые могли бы тщательно и аргументировано опровергнуть распространённые доктрины других и смогли бы научить действенному Учению.

Я не уйду, Злой, пока это моё Учение не обретёт успех и процветание, пока оно не станет общеизвестным, распространённым, широко проповеданным среди богов и людей”.

И сегодня снова, Ананда, здесь, в Священной Роще Чапалы, Мара опять посетил меня и сказал: “Теперь, Господин, все твои условия исполнились. Так что, Господин, пришло время тебе полностью угаснуть!”

И когда он так сказал, я ответил: “ Не суетись, Злой. Не так уж долго осталось тебе ждать. Я уйду через три месяца, считая с этого момента”.

Таким образом, Ананда, сегодня в Священной Роще Чапалы Татхагата отпустил жизненную силу».

Просьба Ананды

Когда Учитель сказал это, Ананда стал умолять его продлить свою жизнь до конца эры, из милосердия к живым существам.

– Ананда, твоя просьба опоздала, – ответил Учитель.

Тем не менее, Ананда продолжал умолять Учителя, и тот отказал в его просьбе ещё два раза, после чего, видя, что Ананда продолжает упрашивать его, сказал:

– Ананда, ты веришь в то, что Татхагата – полностью пробуждённое существо?

– Всем сердцем, Учитель, – отвечал Ананда.

– Тогда как ты можешь упорствовать против слова Татхагаты, да ещё и после троекратного отказа?

Анада ответил:

– Учитель, ты сам сказал, что Татхагата может продлить свою жизнь до конца эры.

– Ты веришь в это, Ананда?

– Всем сердцем, Учитель.

– Тогда почему же ты не попросил меня тогда, когда я говорил об этом? Я говорил тебе об этом много раз, не только сегодня, но каждый раз ты пропускал это мимо ушей. А теперь, когда уже поздно, ты просишь меня. Но дело сделано, слово Татхагаты не вернуть назад, Ананда. Через три месяца я уйду.

После этих слов Учитель добавил:

– Пойдём в Шатёр в Великом Лесу, Ананда.

– Да, Учитель, – отвечал Ананда.

Они отправились в Великий Лес, и когда добрались до Шатра, Учитель попросил Ананду собрать всех монахов, что живут в окрестностях Весали, в общем зале.

Когда монахи собрались, Ананда сообщил об этом Учителю. Тот вошёл в общий зал и сел на приготовленное сиденье, после чего обратился к монахам с такими словами:

«Монахи, тщательно изучайте, храните и развивайте Учение, которое я преподал вам, чтобы чистая жизнь ещё долго пребывала в этом мире на благо живых существ.

Это Учение, монахи, состоит из четырёх опор осознанности, четырёх гармоничных усилий, четырёх составляющих психических сил, пяти корней, пяти сил, семи факторов пробуждения и Восьмеричного Пути Благородных. Это, монахи, аспекты Учения, которые были постигнуты мной напрямую, и которые я преподал вам. Именно их изучайте и развивайте, чтобы чистая жизнь ещё долго пребывала в этом мире на благо живых существ».

Далее Учитель сказал: «Услышьте меня, монахи: помрачённая активность не бесконечна, усердно трудитесь над спасением. Татхагата скоро уйдёт. Через три месяца начиная с этого дня жизнь Татхагаты закончится».

После этого Учитель произнёс:

«Я стар, дни мои подходят к концу. Я ухожу, я всё отпускаю. Монахи, будьте добродетельны и усердны, храните Учение, памятуйте, взращивайте гармоничные мысли, заботьтесь о своих умах. Кто бы ни практиковал с усердием это Учение и эту Дисциплину, тот положит конец страданиям, прекратив перерождения».

Часть 7

Вещий взор

Рано утром Учитель оделся и взяв свою чашу пошел в Весали просить подаяние; приняв пищу, он окинул своим вещим взором Весали и сказал Ананде: «Последний раз Татхагата посетил Весали. Пойдем теперь в Бандагаму, Ананда».

И вот Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Бандагаму. Там Учитель обратился к монахам с такими словами:

– Монахи, непонимание Четырёх фактов, постигаемых Благородными – вот из-за чего мне и вам пришлось блуждать в перерождениях. Что это за Четыре факта? Факт о страдании; факт о происхождении страдания; факт о прекращении страдания; факт о пути к прекращению страдания. Теперь же перерождений больше не будет.

После этого Учитель добавил:

– Тот, кто не ведает Факты, скитается из рождения в смерть и снова к рождению – и так без конца. Лишь когда эти Факты постигнуты – корень страдания вырван, и больше нет для рождений причины, перерождений больше не будет.

И также в Бхандагаме Учитель наставлял монахов о добродетели, собранности ума и мудрости:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Через некоторое время Учитель покинул Бхандагаму и, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Хаттхигаму. После Хаттхигамы он отправился в Амбагаму, а затем в Джамбугаму. В каждом из этих мест он также наставлял монахов о добродетели, собранности ума и мудрости:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Четыре великих проверки

После Джамбугамы Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, направился в Бхоганагару. И там, Учитель обратился к монахам с такой речью:

«Монахи, я расскажу вам о четырёх ситуациях, когда необходимо произвести сверку с Суттами и Винаей. Итак, если некто говорит вам, что он слышал и запомнил нечто относительно того, в чём состоит Учение и Дисциплина,

  1. из моих собственных уст;
  2. от общины моих учеников;
  3. от нескольких старцев и мудрецов, сведущих в Учении и Дисциплине;
  4. от некоего старца и мудреца, сведущего в Учении и Дисциплине,

то вам следует, не принимая и не отвергая сказанное, тщательно сличить сказанное с Суттами и сверить с правилами Винаи. Если эти слова не согласуются с Суттами и Винаей, то следует отбросить сказанное, сделав вывод, что оно не является словом Татхагаты и было понято ошибочно. Если же сказанное согласуется с Суттами и Винаей, то следует принять сказанное, сделав вывод, что оно является словом Татхагаты и понято правильно».

И также в Бхоганагаре Учитель наставлял монахов о добродетели, собранности ума и мудрости:

«Это – добродетель, это – собранность ума, это – мудрость. Когда собранность ума проникнута добродетелью, она плодотворна и благотворна. Когда мудрость проникнута собранностью ума, она плодотворна и благотворна. Когда ум проникнут мудростью, он обретает истинное освобождение от помрачений, а именно – от помрачений чувственных желаний, стремления к существованию и неведения».

Последняя трапеза

Пробыв в Бхоганагаре некоторое время, Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Паву, где остановился в манговой роще, принадлежавшей кузнецу по имени Чунда.

Чунда, узнав, что Учитель прибыл в Паву и остановился в его манговой роще, направился к Учителю. Учитель дал ему наставления в Учении, после чего Чунда пригласил его и монахов к себе на трапезу на следующее утро. Учитель молча согласился, после чего Чунда откланялся.

В жилище Чунды всю ночь готовились замечательные яства – рис и выпечку, а также свинину. Под утро Чунда известил Учителя, что трапеза готова. Придя к Чунде, Учитель сел на своё место, и сказал ему:

– Чунда, свинину буду есть только я, ибо только Татхагата способен переварить это блюдо. Монахов же угости рисом и выпечкой.

Так Чунда и сделал.

Закончив трапезу, Учитель сказал Чунде, что оставшуюся свинину больше нельзя есть никому и её следует зарыть в землю. Так Чунда и сделал.

После этого Учитель некоторое время давал Чунде наставления в Учении, а затем поднялся со своего сиденья и удалился.

Вскоре после этой трапезы Учитель резко попереживаниевал себя плохо, и стало ясно, что смерть уже близко. Учитель переносил смертельный недуг совершенно спокойно, с мудростью и безмятежностью.

Часть 8

Ананда приносит воду

Через какое-то время Учитель, в сопровождении Ананды и большой группы монахов, отправился в Кусинару. По дороге в Кусинару он прервал путь. Отойдя к подножию дерева, он сказал:

– Ананда, прошу тебя, сложи мой плащ и расстели его. Я устал.

Ананда так и сделал. Учитель сел и попросил Ананду принести воды. На это Ананда сказал:

– Учитель, тот ручей, через который мы только что переходили, сейчас взбаламучен, поскольку только что через него проехало много повозок. Но чуть дальше есть река Какудха, и вода в ней чиста и прозрачна, пойдём к ней, Учитель, там можно будет освежиться в волю.

Но Учитель лишь повторил свою просьбу. Ананда попробовал возражать, но Учитель ещё раз повторил свою просьбу. Тогда Ананда отправился к ручью и увидел, что вода в нём, вопреки опасениям, чиста и прозрачна, хотя совсем недавно она была очень мутной. Ананда воздал хвалу чудесной силе Татхагаты и, зачерпнув воды из того ручья, принёс её Учителю, рассказав о чуде.

Пуккуса из клана Маллов

В это самое время, Пуккуса из клана Маллов, ученик Алары Каламы, проходил мимо, возвращаясь из Кусинары в Паву. Он увидел, что Учитель сидит у подножия дерева и приблизился к нему, почтительно поприветствовав и сев рядом. Затем он сказал: «Отшельники, способны развивать невероятную сосредоточенность ума. Я помню, друг, как однажды Алара Калама, будучи в пути, сошел с дороги и присел под деревом отдохнуть, укрывшись от зноя. В то время мимо Алары Каламы проехал большой караван повозок. И караванщик, шедший в хвосте каравана, обратился к нему: “Видел ли ты, что мимо тебя проехало множество повозок?” – “Нет, друг, не видел”. — “Слышал ли ты шум от колес?” ‘Нет, друг, не слышал”. — “Должно быть, ты спал, друг?” — “Нет, друг, я не спал”. — “Стало быть ты бодрствовал?” — “Да я бодрствовал, друг”. — “Итак, друг, ты не спал, а бодрствовал, и однако не видел и не слышал, что караван прошел мимо, — и при этом вся твоя одежда осыпана пылью!”

Тот караванщик был сильно поражён, насколько глубоким может быть сосредоточение отшельника, что он, находясь в полном бодрствовании, может не заметить целую вереницу повозок, которые прошли, почти его задевая».

«Как ты полагаешь, Пуккуса, что удивительнее: если человек в созерцании не заметит проходящий мимо караван, или если он не заметит грозу с ливнем?»

«Я бы сказал, друг, что грозу заметить сложнее!»

«А между тем со мной однажды именно это и произошло. Я находился тогда в Атуме, на току у мельника. Разразился ливень с сильной грозой. Двое братьев из местных жителей были убиты запаниковавшими волами, и большая толпа жителей Атумы собралась вокруг.

Тем временем, Пуккуса, я вышел на улицу и шёл, медитируя. И вот, Пуккуса, некий человек из толпы подошёл ко мне и я спросил его, зачем собрался народ? Тот человек, сказал, только что во время бури волы, испугавшись, убили двух братьев. Сказав это, он удивился, что я не видел и не слышал этого, ведь был такой шум.

– Где же ты был, друг? – спросил тот человек.

– Я всё время был здесь, – ответил я.

– Может быть ты спал?

– Нет, я не спал.

– То есть, ты не спал и был здесь, но не слышал и не видел бури, рёва волов и криков людей?

– Всё верно, друг, – ответил я.

Тот человек был поражён тем, насколько глубоко может быть состояние медитирующего, что он не замечает подобных событий».

Когда Учитель закончил свой рассказ, Пуккуса сказал ему: «Учитель, я преклонялся перед Аларой Каламой, но теперь позволь мне стать твоим мирским учеником отныне и до конца моих дней. Я принимаю прибежище в Тебе, в Учении и в Общине твоих учеников!»

Потом Пуккуса попросил своего помощника принести два златотканых плаща. Один из этих прекрасных плащей Пуккуса накинул на плечи Учителя, а другой – на плечи Ананды. Некоторое время Учитель наставлял Пуккусу в Учении, после чего тот с почтением откланялся.

Когда Пуккуса удалился, Ананда возложил оба этих сияющих плаща на Учителя. И как только он сделал это, сияние плащей поблекло в том свете, который начал исходить от Учителя.

«О Учитель, как ярко светится твой лик!» – сказал Ананда.

На это Учитель ответил:

«Да, Ананда! Кожа Татхагаты сияет лишь в двух случаях: в момент полного и окончательного пробуждения, и в ту ночь, когда ему предстоит окончательно угаснуть.

Сегодня, Ананда, под утро, в Саловой Роще Маллов, поблизости от Кусинары, между двумя саловыми деревьями, Татхагата угаснет окончательно. В путь, Ананда, идем к реке Какудхе».

В сопровождении большой группы монахов, Учитель приблизился к реке Какудхе; спустившись к воде, он омыл тело и утолил жажду, после чего, выйдя на берег, он зашёл в Манговую Рощу.

Там он обратился к монаху по имени Чундака: «Чундака, прошу тебя, сложи накидку вчетверо, расстели на земле. Я устал». Чундака так и сделал. Учитель прилег на правый бок, в позе льва, положив одну на другую утомленные ноги; и так улегшись, сохраняя бдительность и памятование, он погрузился в медитацию, задав себе время для пробуждения. Монах Чундака сел пред лицом Учителя, чтобы охранять его отдых.

Апология кузнеца Чунды

Отдохнув, Учитель обратился к Ананде: «Теперь может статься, Ананда, что кузнец Чунда станет винить себя в том, что именно из-за него Татхагата скончался. Или, может быть, кто-то другой будет обвинять его. Но, Ананда, этот упрёк нужно отклонить от Чунды, говоря: “Благословен ты, о Чунда, славен ты, Чунда, ведь именно у тебя в последний раз вкусил Татхагата пищи.” Скажи ему, что сам Татхагата велел передать, что величайший плод обретает тот, кто поднёс Татхагате угощение перед тем, как он обрёл окончательное пробуждение, и перед тем, как он окончательно угаснет. Скажи кузнецу Чунде, что он обрёл неизмеримое благо тем, что угостил меня тогда».

После этого Учитель изрек:

«Благо дающему! Благо укротившему себя, ибо гнев не восстанет в нём. Благо тому, кто вырвал корни помрачений, ибо в нём пришли к завершению страсть, ненависть и заблуждение. Пришло время угаснуть!»

Саловые деревья

После этого Учитель, в сопровождении Ананды и группы монахов, отправился в Саловую Рощу Маллов, поблизости от Кусинары, по ту сторону реки Хираньявати. Оказавшись на месте, Учитель обратился к Ананде:

«Ананда, прошу тебя, приготовь для меня ложе между этими саловыми деревьями, головой к северу. Я устал». Ананда так и сделал, и Учитель прилег на правый бок, в позе льва, положивши одну на другую утомленные ноги, оставаясь бодрствующим и памятующим.

Те деревья, между которыми лежал Учитель, оказались покрыты цветами, хотя цвести им был не сезон. Лепестки начали падать на тело Татхагаты, укрывая его. А из небесных миров ниспадали божественные цветы Пламенного Древа, и сеялась небесная сандаловая пудра. В тишине раздавались голоса богов и небесная музыка, небожители воспевали славословия в честь Татхагаты.

Тогда Учитель, указав на всё это, сказал Ананде:

– Всё это мишура, Ананда. Истинное почтение Татхагате оказывают не так. Кто же истинно почитает меня? Любой монах или мирянин, следующий этому Учению, следующий этой Практике, живущий в соответствии с Учением. Вот кто истинно почитает меня. Поэтому, Ананда, если вы считаете себя моими учениками, взращивайте в себе непоколебимое намерение следовать этому Учению, следовать этой Практике, жить в соответствии с Учением.

Часть 9

Упавана

В это самое время почтенный монах Упавана стоял пред Учителем, обмахивая его. И вот Учитель сказал Упаване: «Отойди в сторону, монах, не стой передо мной».

Тогда Ананда, полный сострадания к Упаване, обратился к Учителю:

– Почтенный Упавана с давних пор заботился о тебе и служил тебе, Учитель. И вот, в эти последние минуты, ты так суров с ним. В чём он провинился, чем ты не доволен, Учитель?

Учитель ответил:

– Ананда, боги из всех миров явились сейчас сюда, чтобы посмотреть на Татхагату. От богов в округе не протолкнуться, так много их прибыло. И сейчас они возмущаются, сетуя, что не могут видеть Татхагату в эту последнюю ночь, из-за того, что этот монах загораживает весь обзор.

– Что делают эти божества, Учитель?

– Те из них, кто не отрешён от земного, охвачены горем от того, что приближается окончательное угасание Татхагаты. Но есть и те боги, кто обладает бесстрастием, сохраняет бодрствование и памятование. Эти небожители понимают, что всё обусловленное мимолётно, и иначе не бывает.

Четыре места для паломничества

Ананда спросил:

– Учитель, раньше в сезон дождей монахи посещали тебя, тем самым получая от тебя вдохновение и имея возможность увидеться с заслуженными монахами. Но теперь такой возможности не будет.

Учитель отвечал:

«Ананда, для паломничества у преданного мне человека есть четыре места.

Первое место – то, в котором преданный мне человек решит: “Здесь родился Татхагата”.

Второе место – то, в котором преданный мне человек решит: “Здесь Татхагата обрёл полное и окончательное пробуждение”.

Третье место – то, в котором преданный мне человек решит: “Здесь Татхагата произнёс свою первую проповедь, запустив Колесо Учения”.

Четвёртое место – то, в котором преданный мне человек решит: “Здесь Татхагата угас окончательно”.

Тот, кто в будущем совершит паломничество к тем местам, после смерти непременно возродится в небесном мире!»

Вопросы Ананды

После этого Ананда задал Учителю ещё несколько вопросов:

– Учитель, как нам следует вести себя с женщинами?

– Уводите своё внимание от них.

– Но если мы уже видим их, то как поступать?

– Избегайте заговаривать с ними.

– Но если разговор уже начался, то как поступать?

– Храните памятование.

*  *  *

– Учитель, как нам почитать твои останки?

– Не воздавайте почестей моим останкам. Лучше будьте усердны в Учении, стойки, терпеливы в следовании Пути.

– Как следует нам поступить с твоим трупом, Учитель?

– Поступите так, как если бы умер Совершенный Царь. Тело Совершенного Царя подвергают кремации, а на перекрёстке дорог в его честь ставят Ступу.

Ананда, четыре вида личностей достойны Ступы:

  1. Татхагата
  2. Тот, кто самостоятельно достиг пробуждения
  3. Ученик Татхагаты
  4. Совершенный Царь.

Почему этим людям нужно устанавливать Ступы? Ступа будет напоминать живым об этих славных людях, порождая в них благородные переживания и гармоничные состояния, которые помогут им обрести перерождение в мирах, свободных от страдания.

Похвала Ананде

После этого Ананда удалился в уединённое место, чтобы никто не видел его слёз. Он печалился об уходе Учителя, которого так любил, и о том, что сам он, Ананда, до сих пор ещё не достиг окончательного освобождения, в то время как Учитель скоро навсегда их покинет.

Вскоре Учитель спросил монахов, куда делся Ананда. Ему ответили, что Ананда удалился в уединённое место и там плачет. Тогда Учитель попросил одного из монахов сказать Ананде, что Учитель зовёт его. Когда Ананда явился и, поклонившись, сел рядом, Учитель сказал ему:

– Довольно плакать, Ананда! Ведь было и раньше ясно, что всё обусловленное мимолётно, что все, кто нам дорог – уходят, всё, что мы любим – исчезнет. Что рождено – чревато смертью. Не стоит привязываться к дорогому и любимому. Долгое время ты с преданностью и любовью служил Татхагате в своих действиях, словах и мыслях – великодушно, с радостью, от всего сердца. Тем самым ты обрёл великие заслуги, и очень скоро обретёшь окончательное освобождение.

После этого Учитель обратился к монахам:

– У каждого Татхагаты был такой личный помощник, верный спутник и компаньон. У меня это – наш острый умом и рассудительный Ананда. Он всегда точно знал, когда я готов принять его самого или гостей. У Ананды есть качества, свойственные Совершенному Царю: монахи, монахини, миряне и мирянки радуются, завидя его; они радуются, когда Ананда говорит с ними; они огорчаются, когда он смолкает.

Маха Судассана

Далее Ананда сказал:

– Учитель, но зачем тебе умирать в этой глухомани, в этой дикой чащобе? Позволь, мы отвезём тебя в какой-нибудь большой город – в Чампу, Раджагаху, Саваттхи, Сакету, Косамби или Варанаси! Там тебе окажут должные почести!

На это Учитель ответил:

– Напрасно ты называешь это место глухоманью, Ананда. Когда-то здесь была резиденция и столица Совершенного Царя, которого звали Маха Судассаной. Его царство простиралось далеко вокруг. А столица, которую называли Кусавати, была большим и процветающим городом, в котором день и ночь не смолкало веселье.

После этого Учитель сказал:

– Ананда, теперь пойди в Кусинару и извести тамошних маллов о том, что сегодня под утро скончается Татхагата.

И Ананда в одиночку отправился в Кусинару к представителям клана маллов.

Маллы оказывают почтение

В то время маллы в Кусинаре собрались в зале собраний обсуждать общественные дела. И вот, во время этого совещания, Ананда вошел в зал и объявил маллам о том, что приближается кончина Татхагаты.

Когда маллы услышали эту новость, их охватило горе, и они, вместе со своими детьми и жёнами, отправились в Саловую Рощу. Видя такую большую толпу, Ананда решил представлять их Учителю не по одному, а сразу целыми семействами, иначе до утра не хватило бы времени. Так он и сделал, поэтому все маллы из Кусинары были представлены Учителю ещё в первой трети ночи.

Отшельник Субхадда

В это же время неподалёку обитал отшельник по имени Субхадда, который не был учеником Возвышенного. И вот Субхадда узнал, что в эту ночь грядёт окончательное угасание отшельника Готамы, и решил навестить его в надежде, что тот сможет дать ему Учение, ведущее к Освобождению.

Войдя в Саловую Рощу, Субхадда подошёл к Ананде и обратился к нему с просьбой об аудиенции. Но Ананда ответил, что Учитель очень утомлён и не стоит беспокоить его. Субхадда просил Ананду ещё дважды, но Ананда оба раза снова отказал ему.

Учитель услышал их разговор и молвил:

– Ананда, пусти его. Этот человек здесь из жажды познания, а не с тем, чтобы докучать напрасно.

Отшельник Субхадда приблизился к Учителю, почтительно поприветствовал его, представившись, и сел рядом. После этого он спросил:

– Друг Готама, есть много отшельников и брахманов, которые утверждают, что достигли глубокой мудрости – например, Пурана Кассапа, Маккхали Госала, Аджита Кесакамбала, Пакудха Каччаяна, Санчая Беллатхапутта и Нигантха Натапутта. Что ты можешь сказать о них?

– Я не буду говорить о них, Субхадда, – ответил Учитель, – а вместо этого расскажу тебе об Учении. Послушай меня внимательно.

– Да, друг, – отвечал Субхадда.

Учитель сказал:

«Пробуждение возможно лишь в том Учении, где есть Восьмеричный Путь Благородных.

Я отрёкся от мира, когда мне было двадцать девять лет. С тех пор прошёл пятьдесят один год. Всё это время я странствовал путём добродетели и мудрости. Есть четыре ступени пробуждения, и возможны они только там, где есть этот путь».

После этих слов Субхадда изъявил желание стать учеником Возвышенного, приняв прибежище в Учителе, Учении и Общине пробуждённых. На это Учитель ответил:

– Если человек был последователем другого учения, Субхадда, то по правилам он должен сначала пройти испытательный срок в четыре месяца, после чего, если монахи одобрят его кандидатуру, он становится монахом.

– Учитель, я готов проходить испытательный срок хоть четыре года, – отвечал Субхадда.

Тогда Учитель подозвал Ананду, и попросил дать Субхадде посвящение в монашество. Принимая посвящение от Ананды, Субхадда сказал ему:

– Ты счастливый человек, друг, ведь ты принимал монашество из рук самого Учителя.

Став монахом, Субхадда удалился в уединённое место, и ревностно предавался практике, весьма скоро достигнув конечной цели Пути. Так Субхадда стал одним из полностью пробужденных, одним из арахантов.

Часть 10

Последнее слово

Далее Учитель обратился к Ананде с такими словами:

«Может быть, Ананда, кто-то из вас подумает: смолкло слово Наставника, более нет у нас Учителя! Нет, Ананда, не так вы должны думать. То Учение и та Дисциплина, что я провозгласил вам — да будут они вашим Учителем после того как я уйду.

Ананда, когда я уйду, не обращайтесь друг к другу как сейчас – просто “друг”. Старшие монахи могут обращаться к младшим по имени, по роду, или говоря “друг”, — но младшие монахи должны обращаться к старшим со словами: “почтенный” или “досточтимый”.

По кончине моей, Ананда, Община, если пожелает, может отменять все правила, относящиеся к разряду малых».

Далее Учитель добавил:

— По кончине моей, Ананда, пусть на монаха Чанну будет наложена высшая мера наказания.

— Но какова высшая мера наказания, Учитель? – спросил Ананда.

— Пусть Чанна говорит, что хочет, но не подобает монахам ни беседовать с ним, ни одобрять его, ни порицать.

После того Учитель обратился к монахам:

— Может быть, монахи, у некоторых из вас есть неудовлетворенность или сомнения в Будде, в Учении и в Общине, в пути или в практике. Спрашивайте без колебаний, монахи, дабы не сожалели потом, думая: “Учитель наш был с нами, и мы не спросили его, а ведь были с ним лицом к лицу!”

Монахи молчали. И во второй и в третий раз Учитель повторил свой призыв, но монахи по-прежнему молчали.

Тогда Учитель сказал им:

— Может быть, монахи, вы не задаете вопросов из почтения к Учителю? Если так, задайте вопросы друг другу.

Но и когда он сказал так, монахи хранили молчание. Тогда Ананда сказал Учителю:

— Как чудесно, Учитель! Замечательно! Я верю, что среди всех собравшихся здесь монахов нет ни одного, кто бы был неудовлетворён или сомневался в Будде, в Учении, в Общине, в пути или в практике.

— Совершенна твоя вера, Ананда! Да, Ананда, Татхагата знает, что среди этих монахов нет ни одного, у кого были бы неудовлетворённость или сомнения в Будде, в Учении, в Общине, в пути или в практике. Ведь среди этих сотен монахов, даже самый нижайший является вошедшим в поток и не переродится более в области страдания, но с неизбежностью достигнет пробуждения.

Потом Учитель обратился к монахам с такими словами:

— Услышьте меня, монахи: помрачённая активность не бесконечна, усердно трудитесь над спасением.

Таковы были последние слова Татхагаты.

Окончательное угасание

После этого Учитель вошёл в первую джхану, потом во вторую, потом в третью, потом в четвёртую, потом в сферу безграничного пространства, потом в сферу безграничного сознания, потом в сферу отсутствия всего, потом в сферу тонкого сознания, а далее вошёл в прекращение распознавания и переживаниевания.

Тогда Ананда сказал Ануруддхе, который стоял рядом:

— О, почтенный Ануруддха, Учитель угас!

— Нет, друг Ананда, – отвечал Ануруддха, – ещё нет, это лишь ниродха.

И вот Учитель вышел из состояния прекращения распознавания и переживаниевания, и вновь вступил в сферу тонкого сознания, далее – в сферу отсутствия всего, далее – в сферу безграничного сознания, далее – в сферу безграничного пространства, а оттуда перешёл в четвёртую джхану, в третью, во вторую и в первую. И потом вновь из первой джханы он поднялся во вторую, затем в третью и затем в четвёртую. И из четвёртой джханы Учитель мгновенно угас.

И когда Учитель ушёл, в тот же миг произошло мощное землетрясение и громы раскатились в небе. Брахма Сахампати воскликнул громко:

— Все умирают — все, кто рождён, должны сбросить этот мешок костей. Даже Татхагата сего не избежал, и вот – он свободен!

Сакка, предводитель богов, воскликнул громко:

— Непостоянно всё обусловленное! Вслед за рождением неизбежно следует смерть! Успокоение активностей – вот благословенье!

Ануруддха произнёс:

— Дыханье кончилось у мудреца, спокойного сердцем. Невозмутимый и мирный, закончил он свои дни. Безмятежно принимал он удары боли. Освобождение его было подобно тому, как угасает лампа.

Ананда же воскликнул:

— Какой кошмар! Как страшно! Нет больше с нами Учителя, лучшего из людей!

Когда Учитель скончался, те из монахов, кто еще не освободился от страстей, рыдали и причитали о его уходе.

Те же монахи, над кем страсти уже были не властны, оставались спокойны и внимательны, памятуя, что всё обусловленное мимолётно, и не бывает иначе.

Тогда Ануруддха обратился к рыдающим:

— Довольно, друзья! Не надо огорчаться и плакать! Памятуйте о словах Учителя: все, кто нам дорог – уходят, всё, что мы любим – исчезнет. Что рождено – чревато смертью. Не стоит привязываться к дорогому и любимому.

Затем он добавил:

— Боги скорбят вместе с вами, друзья.

— Что сейчас делают боги, почтенный Ануруддха? – спросил Ананда.

— Некоторые боги, друг Ананда, прямо сейчас в отчаянии вздымают руки и рыдают в горе, скорбя об уходе Учителя. Другие же боги, свободные от страстей, остаются спокойны и внимательны. Они памятуют, что всё обусловленное мимолётно, и не бывает иначе.

Остаток ночи Ануруддха беседовал с Анандой об Учении, а потом Ануруддха сказал, что нужно известить маллов о кончине Учителя, и Ананда, в сопровождении одного из монахов, отправился в Кусинару.

Почести останкам

Когда маллы из Кусинары узнали о кончине Учителя, они были безутешны. Шесть дней они воздавали почести Учителю гимнами, цветами, благовониями, музыкой и танцами. На седьмой день они собрались перенести тело Учителя на место кремации, но, как ни пытались, не могли поднять его. Тогда они пошли за советом к Ануруддхе.

— У богов другие планы, – сказал Ануруддха, – Вы хотели вынести тело через южные ворота и кремировать тело к югу от города, а боги хотят, чтобы тело было пронесено через центр города, вынесено через северные ворота, и кремировано у гробницы Макута-бандхана.

Тогда маллы решили повиноваться богам, и весь путь до места кремации оказался по колено усыпан небесными цветами. У гробницы Макута-бандхана они приготовились к торжественной кремации тела Учителя.

Почтенный Махакассапа

В это же время почтенный Махакассапа шел из Павы в Кусинару с большой группой монахов. По пути они остановились у подножия некоего дерева, и увидели обнажённого аскета, идущего по дороге в Паву. Аскет был украшен небесными цветами.

Почтенный Махакассапа окликнул аскета, и спросил, знает ли тот что-либо про то, жив ли и здоров ли Учитель. Аскет ответил, что Учитель скончался семь дней назад, и что вот эти цветы, которыми он украшен, как раз с похорон Учителя.

Некоторые из монахов начали плакать и причитать, но другие сохраняли спокойствие, памятуя о том, что обусловленное мимолётно, и не бывает иначе.

Тогда один монах по имени Субхадда, который стал монахом уже в преклонном возрасте, сказал:

— Зато теперь, братья, над нами нет начальника, и мы можем делать всё, что захотим.

Почтенный Махакассапа же сказал:

— Довольно плакать, друзья. Разве не говорил вам Учитель, что все, кто нам дорог – уходят, всё, что мы любим – исчезнет. Что рождено – чревато смертью. Не стоит привязываться к дорогому и любимому.

*  *  *

В это же время маллы попытались поджечь кремационный костёр с телом Учителя, но не смогли. Тогда они вновь обратились за советом к Ануруддхе.

— Ещё не время, – сказал Ануруддха, – Сюда из Павы идёт почтенный Махакассапа, один из великих учеников Возвышенного. С ним большая группа монахов. Боги хотят, чтобы сначала Махакассапа и сопровождающие его монахи преклонили колени перед Учителем, и лишь после этого его тело будет предано огню.

Тогда маллы стали ждать почтенного Махакассапу, и вскоре тот появился в сопровождении большой группы монахов. Подойдя к телу Учителя, Махакассапа с благоговением преклонился перед его стопами. То же сделали и сопровождавшие его монахи. И как только они это сделали, погребальный костёр вспыхнул сам.

Заключение

Тело Учителя сгорело без копоти и сажи. Из множества слоёв ткани, в которые было обёрнуто тело Учителя, не сгорели два – внешний и внутренний. После кремации похороны длились ещё семь дней.

Через некоторое время семь царей из соседних царств, узнав, что Учитель скончался, вознамерились заполучить частицу его святых останков. Однако, маллы из Кусинары не хотели уступать ни крохи. Ситуация оказалась на грани войны. И тогда брахман Дона обратился к восьми враждующим царям, сказав:

— Будда учил нас принятию. Было бы очень не правильно устроить битву над останками лучшего из людей. Давайте, добрые господа, разделим останки на восемь частей, и пусть каждый возьмёт себе часть – мирно и полюбовно. Пусть в каждой стране будет Ступа во славу Учителя, и от этого будет всем наибольшее благо.

Цари согласились с Доной и попросили его провести разделение останков Учителя. Дона сделал это, и каждый из царей воздвиг в своей стране Ступу в честь Учителя.

Позже другой клан – Мории из Пиппхаливана – изъявили желание получить часть реликвии, но им сказали, что останков более нет. Тогда они взяли золу от погребального костра.

Всего, с великими почестями и празднествами, было воздвигнуто десять Ступ – восемь с останками, одна – с кремационным сосудом и одна – с золой из костра.


* В оригинале здесь добавлено ещё несколько разделов с восьмёрками, которые, кажется, не относятся к делу, и возможно были вставлены декламатором, так сказать, за одно:

Восемь видов собраний

Есть восемь видов собраний, Ананда, — это собрания аристократов, брахманов, обывателей, отшельников, Четырех Великих Царей, Тридцати трех богов, собрание Мар и собрание Брахм.

И когда, Ананда, я входил в те собрания, прежде чем сесть или вступить в беседу, я становился цветом подобен их цвету и голосом, подобен их голосу. И тогда в благочестивой беседе я наставлял их, но они не понимали, кто я, и говорили: «Кто это, что говорит так, он человек или бог?»

Они не узнавали меня и тогда, когда после беседы я исчезал. Они и тогда недоумевали, кто я такой, что исчез так – человек или бог?

Восемь областей мастерства

Существует восемь областей мастерства, Ананда, а именно:

  1. Воспринимая образ внутренне, человек видит внешнее, ограниченное, и прекрасное, и уродливое. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова первая область мастерства.
  2. Воспринимая образ внутренне, человек видит внешнее, безграничное, и прекрасное и уродливое. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова вторая область мастерства.
  3. Не воспринимая образ внутренне, человек видит внешнее, ограниченное, и прекрасное и уродливое. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова третья область мастерства.
  4. Не воспринимая образ внутренне, человек видит внешнее, безграничное, и прекрасное и уродливое. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова четвёртая область мастерства.
  5. Не воспринимая образ внутренне, человек видит внешнее – синее, синего цвета, синей окраски, синего оттенка, подобно цветку льна или хорошо выкрашенной ткани из Варанаси. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова пятая область мастерства.
  6. Не воспринимая форму внутренне, человек видит внешнее – жёлтое, жёлтого цвета, жёлтой окраски, жёлтого оттенка, подобно цветку магнолии или хорошо выкрашенной ткани из Варанаси. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова шестая область мастерства.
  7. Не воспринимая форму внутренне, человек видит внешнее – красное, красного цвета, красной окраски, красного оттенка, подобно алому цветку мальвы или хорошо выкрашенной ткани из Варанаси. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова седьмая область мастерства.
  8. Не воспринимая форму внутренне, человек видит внешнее – белое, белого цвета, белой окраски, белого оттенка, подобно утренней звезде или чистой белой ткани из Варанаси. Овладевая этим, он воспринимает: «Я знаю и вижу». Такова восьмая область мастерства.

Таковы, Ананда, восемь областей мастерства.

Восемь освобождений

Существует восемь освобождений, Ананда, а именно:

  1. Обладая образом, человек видит формы, — таково первое освобождение.
  2. Не воспринимая образ внутренне, человек видит внешнее, — таково второе освобождение.
  3. Он фокусируется исключительно на прекрасном, — таково третье освобождение.
  4. Полностью выйдя за пределы восприятия образа, с окончанием восприятия раздражения, не фокусируясь на восприятии множественности, осознавая, что «пространство беспредельно», человек входит в сферу бесконечного пространства и пребывает в ней, — таково четвертое освобождение.
  5. Полностью выйдя за пределы сферы бесконечного пространства, осознавая, что «сознание нескончаемо», человек входит в сферу бесконечного сознания и остаётся в ней, — таково пятое освобождение.
  6. Полностью выйдя за пределы сферы бесконечного сознания, осознавая, что «ничего нет», человек входит в сферу отсутствия всего и пребывает в ней, — таково шестое освобождение.
  7. Полностью выйдя за пределы сферы отсутствия всего, человек входит в сферу тонкого сознания, — таково седьмое освобождение.
  8. Полностью выйдя за пределы сферы тонкого сознания, человек входит в прекращение распознавания и переживаниевания, — таково восьмое освобождение.

Таковы, Ананда, восемь освобождений.

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.