Комментарий к сутте Маджхима Никая 148

Олег Павлов

Отекстовка аудиозаписи.

 

Данная беседа посвящена сутте МН 148 – Чачакка Сутта, «Шесть шестёрок».

Прежде всего, хотелось бы сказать вот что. Некоторые сутты, в частности сутты Маджхима Никая (МН), особенные. Они являются рабочим инструментом в медитации.

Вообще сутты можно разделить на несколько типов, если брать хотя бы МН. Есть сутты, которые повествуют о каких-то событиях; есть сутты, которые раскрывают какие-то концепции; есть сутты, которые служат детализации отдельных элементов учения. А есть сутты, которые являются рабочим инструментом в медитации: они призваны для того, чтобы их слушать в медитативном состоянии и примерять на себя то, что там описывается. Такие сутты обычно заканчиваются словами, что в ходе слушания данной лекции Будды столько-то монахов достигли просветления. Чачакка Сутта – одна из таких сутт.

Бханте Вималарамси рассказывает, что в Юго-Восточной Азии есть монах, у которого всё обучение людей Дхамме состоит в том, что он читает им эту сутту раз за разом. Проблема в том, что надо понимать, о чём мы читаем, понимать, о чём идёт речь в этой сутте. Иначе весь эффект сходит на нет. Какие бы то ни было механические проговоры, повторения сутт без понимания, о чём идёт речь, ни к чему не приведут. Это не волшебные слова, вся их магия в смысле – в том смысле, который вкладывал в них Будда. Именно поэтому бесполезно, например, читать эти сутты на языке пали, если ты не понимаешь этого языка. Нужно читать сутты на том языке, который тебе понятен и лингвистически, и терминологически. Данная лекция посвящена именно тому, чтобы разъяснить смысл 148-й сутты МН так, чтобы он был полностью прозрачен и понятен тем, кто её читает.

«1. Так я услышал. Однажды Возвышенный пребывал близ Саваттхи, в саду Анатхапиндики, что в Джетаване. Там Возвышенный обратился к монахам так: «Монахи!»

«Учитель!» – ответили они. Возвышенный сказал следующее:

2. «Монахи, я научу вас Дхамме, которая прекрасна в начале, прекрасна в середине и прекрасна в конце, правильна и в духе и в букве. Я раскрою вам святую жизнь, которая всецело совершенна и чиста. Это учение о шести группах шестёрок. Слушайте внимательно то, о чём я буду говорить». «Да, Учитель», – ответили монахи. Возвышенный сказал следующее:…»

Тут сделаем паузу. Ещё раз: «Я научу вас Дхамме, которая прекрасна в начале, прекрасна в середине и прекрасна в конце». Здесь использовано слово «прекрасна». В оригинале этот термин более многозначен, он означает «приятная», «милая» и т.п. Это не утверждение превосходства над другими учениями, это описание качества учения в том, как оно ощущается. Это учение приятно вначале, приятно в середине и приятно в конце. Это не реклама, не восхваление своего учения. Будда даёт критерий. Он говорит, что «моё учение приятно с самого начала, приятно в середине и приятно в конце. Если это не так, значит, это не моё учение, а что-то другое». Если вы практикуете что-то, что приносит вам боль, и вам говорят, что вы вот сейчас потерпите, а потом вам будет хорошо, то это не то учение, не учение Будды. Если это Дхамма Будды, то, когда мы начинаем практиковать её, мы сразу ощущаем, что это действительно приятная вещь, что мы действительно можем наслаждаться ею, получать удовольствие. Потом, когда мы продолжаем ей заниматься, мы продолжаем ощущать наслаждение – оно развивается, становится глубже. И когда мы уже в конце, мы видим, что и конец этого Пути замечателен. И процесс, и завершение его на этом Пути прекрасны и всё более прекрасны, и чем дальше, тем больше. Не устаю повторять: Путь Будды – это путь от радости к радости, к ещё большей радости. И если это не так, значит, мы делаем что-то не то.

Итак, ещё раз повторю этот абзац:

«Монахи, я научу вас Дхамме, которая прекрасна в начале, прекрасна в середине и прекрасна в конце, правильна и в духе и в букве…»

«…правильна и в духе и в букве…»

То есть, когда мы знакомимся с Дхаммой и читаем то, что говорил Будда, в нас не возникает возражений, потому что всё, что там сказано, очевидно – и логически, и если примерить это на свою жизнь.

«Я раскрою вам святую жизнь, которая всецело совершенна и чиста».

Эта святая жизнь, о которой говорит Будда, – это свобода от помрачений, а не какие-то догмы и слова, типа «следуйте этим догмам, и будет вам счастье». Это очевидная чистота от помрачений, с которой просто невозможно спорить.

«Это учение о шести группах шестёрок. Слушайте внимательно то, о чём я буду говорить».

Когда Будда или его ученики произносят такие слова, это значит, что сейчас последует квинтэссенция, суть, ядро учения. Сначала он даёт краткий обзор этих шестёрок, их перечисление. Это одна из манер раскрывать тему, которой следовал Будда: сначала он даёт краткое описание, потом – более детализированное, а затем развивает это. Зачастую бывало так, что он просто давал краткий обзор, затем смотрел, не возникли ли у кого вопросы, и уходил. А люди потом мучились: что же мы его не спросили?

«3. «Нужно понять, что такое Шесть внутренних сфер. Нужно понять, что такое Шесть внешних сфер. Нужно понять, что такое Шесть классов сознания. Нужно понять, что такое Шесть классов контакта. Нужно понять, что такое Шесть классов переживания. Нужно понять, что такое Шесть классов страстного желания».

Вот он назвал эти шесть шестёрок:

6 внутренних сфер

6 внешних сфер

6 классов сознания

6 классов контакта

6 классов переживания

6 классов страстного желания

Далее чуть подробнее – он описывает, из каких шести элементов состоит каждая из этих шестёрок.

«4. (i) «Нужно понять, что такое Шесть внутренних сфер», – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Есть сфера глаза, сфера уха, сфера носа, сфера языка, сфера тела, сфера ума. В отношении этого и было сказано: «Нужно понять, что такое Шесть внутренних сфер». Такова первая шестёрка».

Это физические органы восприятия, в том числе сфера ума. Ум здесь рассматривается как орган восприятия, причём именно как физический носитель, в данном случае это мозг. Надо понимать, что в этой сутте, когда речь заходит об уме, имеется в виду орган восприятия, при помощи которого мы воспринимаем внутренние объекты: мысли, образы и прочее. Далее.

«5. (ii) «Нужно понять, что такое Шесть внешних сфер», – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Есть сфера формы, сфера звука, сфера запаха, сфера вкуса, сфера телесного ощущения, сфера умственного объекта. В отношении этого и было сказано: «Нужно понять, что такое Шесть внешних сфер». Такова вторая шестёрка».

Здесь перечислено то, что воспринимается с помощью физических органов чувств из первой шестёрки. То есть сфера глаза воспринимает сферу форм, сфера уха воспринимает сферу звука, нос воспринимает запах, язык – вкус, тело – телесное ощущения, ум воспринимает умственный объект. Далее.

«6. (iii) «Нужно понять, что такое Шесть классов сознания», – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Слуховое сознание возникает, если есть ухо и звук. Обонятельное сознание возникает, если есть нос и запах. Вкусовое сознание возникает, если есть язык и вкус. Телесное сознание возникает, если есть тело и телесное ощущение. Умственное сознание возникает, если есть ум и умственный объект. В отношении этого и было сказано: «Нужно понять, что такое Шесть классов сознания». Такова третья шестёрка».

Здесь Будда начинает раскрывать процесс Зависимого Возникновения (ЗВ) в его видимой форме. Сейчас пока идёт речь об образовании так называемого сознания. Что это такое? Когда есть орган глаза, который работает и воспринимает всё (имеется в виду и часть мозга, которая обрабатывает поступающие сигналы; т.е. глаз – это не просто глазное яблоко, это весь комплекс, который воспринимает информацию), и есть форма, которую он видит, то в этот момент возникает так называемое зрительное сознание.

Если мы в данный момент видим что-либо и наш мозг через глаз получается сигнал об этом, мы понимаем, что видим это, то наше сознание становится зрительным в этот момент. Это не просто некое сознание вообще – это сознание, воспринимающее формы, зрительное сознание. В следующий момент оно может стать слуховым, например, если будет обрабатываться слуховой сигнал. Вот эти импульсы от разных органов чувств сменяются очень быстро, неимоверно быстро, и они не одновременно происходят и обрабатываются мозгом. Каждый отдельный мизерный момент времени сознание либо зрительное, либо слуховое, либо обонятельное и т.д. И вот эта смена в комплексе даёт нам иллюзию того, что мы одновременно всё видим, слышим и прочее. Но реально это происходит одно за другим. Наше сознание постоянно пульсирует – от зрительного к телесному, обонятельному, умственному и т.д. И эти моменты пульсации становятся видны в медитации непосредственно. Это особенность 6-й джханы, когда мы начинаем видеть работу нашего «компьютера», который обрабатывает разные виды информации.

Это была третья шестёрка.

«7. (iv) «Нужно понять, что такое Шесть классов контакта»…»

Вот с контакта начинается видимая часть Зависимого Возникновения. Т.е. та часть, которая видна в повседневной жизни, а не только в медитации.

«…– так было сказано. В отношении чего так было сказано? Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Сочетание этих трёх — это контакт. Слуховое сознание возникает, если есть ухо и звук. Сочетание этих трёх — это контакт. Обонятельное сознание возникает, если есть нос и запах. Сочетание этих трёх — это контакт. Вкусовое сознание возникает, если есть язык и вкус. Сочетание этих трёх — это контакт. Телесное сознание возникает, если есть тело и телесное ощущение. Сочетание этих трёх — это контакт. Умственное сознание возникает, если есть ум и умственный объект. Сочетание этих трёх — это контакт. В отношении этого и было сказано: «Нужно понять, что такое Шесть классов контакта». Такова четвёртая шестёрка».

Иными словами, когда есть глаз, форма и когда возникает зрительное сознание – когда оно схватило эту форму, зацепилось за неё, – вот это и есть то, что называется контактом. Наш ум липучий. Он постоянно прилепляется то к одному объекту, то к другому: к форме, звуку, к мысли. Отлепляется от одного и тут же прилепляется к другому. Вот это «прилепление» и есть контакт. Когда мы в ходе практики знакомимся со способностью отпускать контакт, прекращать его, то это не значит, что мы перестаём воспринимать всё вокруг. Просто наш ум перестаёт прилипать, он становится неподвижен. Это очень интересное ощущение: сознание, ум остаётся неподвижным, что бы ни происходило – звук, картинка, ещё что – он к этому не цепляется. Нет контакта – это значит, нет этой липучести.

Далее.

«8. (v) «Нужно понять, что такое Шесть классов переживания», – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. Слуховое сознание возникает, если есть ухо и звук. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. Обонятельное сознание возникает, если есть нос и запах. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. Вкусовое сознание возникает, если есть язык и вкус. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. Телесное сознание возникает, если есть тело и телесное ощущение. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. Умственное сознание возникает, если есть ум и умственный объект. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. В отношении этого и было сказано: «Нужно понять, что такое Шесть классов переживания». Такова пятая шестёрка».

Итак, это продолжение цепи ЗВ. Когда в нас возникает контакт, когда ум прилепляется к какому-либо объекту, то практически в этот же момент, если человек не тренирован в буддийской Дхамме, возникает переживание: эта форма приятна, или неприятна, или ни приятна, ни неприятна – т.е. по отношению к этому можно оставаться равнодушным. То же самое происходит по отношению к звукам, запахам и т.д. Постоянно, фоном, в нас возникает этот процесс, эти переживания: зрительный ли это контакт, слуховой ли и т.п. – возникает переживание, практически сразу. Вот это переживание и есть начало страстного желания. А страстное желание есть начало страдания. И в следующей шестёрке речь идёт именно о страстном желании. Он заканчивает это учение страстным желанием, поскольку именно оно и есть собственно тот предмет, с которым работает учение Будды. Это начало нашего страдания, нашей неудовлетворённости.

«9. (vi) «Нужно понять, что такое Шесть классов страстного желания», – так было сказано. В отношении чего так было сказано? Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание…»

Будда проговаривает эту схему снова и снова, чтобы мы начали её видеть. Когда человек медитативно слушает эту речь и понимает, о чём она, постоянно эту схему воспроизводит – слышит и воспроизводит, то в конце концов начинает её постоянно отслеживать. Именно в этом цель: научиться её отслеживать. Если мы начинаем видеть эту цепочку, то мы получаем возможность её остановить, пресечь. Каким образом? С помощью Правильного Усилия – 6Р. Всё то же самое. 6Р применяется для того, чтобы отпустить, расслабить каждую из этих цепочек. Если мы её расслабили, дальше она не развивается. По мере практики мы учимся останавливать эту цепочку на всё более ранней стадии. Останавливая её на более ранней стадии, мы становимся всё более свободными от страдания. Если мы останавливаем её на стадии контакта в повседневной жизни, наше сознание перестаёт подвергаться аффектам, очаровывающему действию реальности, очаровывающему действию явлений – они перестают на нас влиять.

И вот здесь речь идёт о страстном желании. Если есть контакт, если сознание прилепилось к чему-то, появилось практически сразу переживание по отношению, допустим, к зрительной форме какой-то, – она приятна – и сразу же появляется страстное желание. Что это такое? Это напряжение: я хочу этого. Оно очень тонкое может быть, но оно появляется. И мы начинаем думать о том, как бы получить это. Либо наш ум перескакивает к следующему объекту и по отношению к нему опять происходит этот же процесс. И фоном возникает процесс думания о каком-то объекте, который нас зацепил до того, и мы продолжаем мечтать о нём, о том, как хорошо было бы это иметь. Всё это – цепочка ЗВ, так она и разворачивается в нашей жизни. Дальше всё это приводит к ещё более плачевным результатам: из этого рождается какое-то действие периодически, и это действие приводит нас и других к боли в конечном итоге.

Итак, ещё раз:

«…Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание. Слуховое сознание возникает, если есть ухо и звук. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание…»

Страстное желание возникает на базе переживания, из переживания вытекает. Нет переживания – нет страстного желания. Если мы отпускаем этот процесс на стадии переживания, не будет страстного желания, а если отпускаем на стадии контакта, то не будет переживания и всех остальных звеньев цепи ЗВ.

«…Обонятельное сознание возникает, если есть нос и запах. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание. Вкусовое сознание возникает, если есть язык и вкус. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание. Телесное сознание возникает, если есть тело и телесное ощущение. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание. Умственное сознание возникает, если есть ум и умственный объект. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание. При условии наличия переживания возникает страстное желание. В отношении этого и было сказано: «Нужно понять, что такое Шесть классов страстного желания». Такова шестая шестёрка».

Это первая часть 148-й сутты. Далее Будда будет рассказывать о том, что каждый из вышеперечисленных элементов не содержит в себе ничего, что можно было бы назвать «я». Всё будет проговариваться им по одной и той же схеме по отношению к каждому объекту – чтобы человек учился всё это воспринимать, всё это прилагать к себе. Это тренировка. Это не учебник, не сообщение какой-то информации – это тренировка. Именно так надо воспринимать эту сутту.

Итак.

«10. (i) Если кто-либо скажет: «Глаз – это «я»», – то это будет неразумно. Можно различить возникновение и прекращение глаза. Поскольку можно различить его возникновение и прекращение, то получилось бы: «Моё «я» возникает и прекращается». Вот почему было бы неразумно говорить: «Глаз – это «я»». Поэтому глаз – это не «я»».

О чём здесь речь? У человека, не практикующего Дхамму Будды, очень сильно отождествление с телом, особенно с органами чувств. Потерю глаза физического человек ощущает как трагедию, как повреждение чего-то очень личного, чего-то, что является «я», с чем он отождествляется. По умолчанию обычно человек говорит: «глаз – это я», т.е. «это я, и глаз – мой». Будда же говорит, что глаз как орган физического зрения может появляться (у, скажем, развивающегося плода)  и исчезать (если человек теряет по какой-то причине этот орган). Но если «глаз – это я», то выходит, что это «я» появляется в момент возникновения глаза, а в момент его исчезновения – исчезает. Иными словами, это «я» зависит от существования данного физического органа. И это «я» непостоянно: то оно есть, то его нет – это некое явление.  Тогда как мы привыкли считать, что «я» – это что-то постоянное: я был 10 лет назад, я есть вчера, я буду завтра. Какое же тогда «я», если оно то исчезает, то появляется. А если мы уснули, забыли о зрении или по какой-либо причине оно временно у нас отсутствует (завязали нам глаза, например), то в этот момент «я» исчезает? Поэтому глаз – это не «я».

Далее Будда говорит:

«Если кто-либо скажет: «Формы – это «я»», – то это будет неразумно. Можно различить возникновение и прекращение форм. Поскольку можно различить их возникновение и прекращение, то получилось бы: «Моё «я» возникает и прекращается». Вот почему было бы неразумно говорить: «Формы – это «я»». Поэтому глаз – это не «я» и формы – это не «я»».

О чём здесь речь. Опять же, нетренированный человек, не обученный Дхамме, по умолчанию обычно отождествляется с тем, что он видит. Например, он видит свой дом – форму, и для него это часть его «я», часть его самоидентификации, он говорит: «это моё». Если он эту форму теряет, то для него это оказывается трагедией в силу утраты этой части самоидентификации. Однако Будда говорит, что мы можем различать появление формы и исчезновение формы. Был момент, когда данного дома или данного тела не было, в какой-то момент оно исчезает или изменяется – исчезает в том виде, в каком было. Если «я» – это и глаз, и форма, значит, в моменты, когда всё это исчезает, то и «я» исчезает? Но мы привыкли считать «я» чем-то постоянным. Значит, это тоже не «я». Это просто форма, которую глаз воспринимает, не более того. Где здесь «я», в чём здесь «я»?

«Если кто-либо скажет: «Зрительное сознание – это «я»», – то это будет неразумно. Можно различить возникновение и прекращение зрительного сознания. Поскольку можно различить его возникновение и прекращение, то получилось бы: «Моё «я» возникает и прекращается». Вот почему было бы неразумно говорить: «Зрительное сознание – это «я»». Поэтому глаз – это не «я», формы – это не «я» и зрительное сознание – это не «я»».

И опять же, когда мы осознаём, что видим что-либо, мы зачастую склонны отождествляться с самой способностью видеть. Бывает так, что орган зрения работает исправно и форма, которую он мог бы воспринимать, есть. Но мы при этом не видим её, не замечаем её, не понимаем, что мы что-то видим. В этот момент это зрительное сознание, с которым мы отождествляемся и которое нам так дорого, исчезает – получается, что и «я» тоже исчезает? Но мы-то привыкли считать своё «я» чем-то вечным. Опять нестыковка. Поэтому и зрительное сознание, которое возникает, когда мы видим что-то, и которое исчезает, когда мы переключаемся на что-то другое, на слух например, – это тоже не «я», это просто явления.

«Если кто-либо скажет: «Зрительный контакт – это «я»», – то это будет неразумно. Можно различить возникновение и прекращение зрительного контакта. Поскольку можно различить его возникновение и прекращение, то получилось бы: «Моё «я» возникает и прекращается». Вот почему было бы неразумно говорить: «Зрительный контакт – это «я»». Поэтому глаз – это не «я», формы – это не «я», зрительное сознание – это не «я» и зрительный контакт – это не «я»».

Как мы уже говорили, зрительный контакт – это тот момент, когда наш ум, наше внимание прилепляется к той или иной видимой форме. Т.е. когда мы не просто видим что-то, но и обращаем на это внимание. И в этом тоже нет никакого «я», потому что этот момент зрительного контакта абсолютно мимолётен: он появляется и исчезает, появляется и исчезает, потом появляется слуховой контакт, вкусовой, ещё какой-то – и всё это сменяется много раз в течение каждого момента. Получается тогда, что и «я» тоже возникает и исчезает, если есть в этом какое-то «я»? Т.е. если человек скажет: «я вижу что-то, я обращаю на что-то внимание, это и есть я», то тогда, если это прекращается, то «я» нет?

Дальше мы поговорим о других сферах и придём к любопытной параллели из западной философии в связи с этим.

Далее Будда говорит:

«Если кто-либо скажет: «Чувство – это «я»», – то это будет неразумно. Можно различить возникновение и прекращение переживания. Поскольку можно различить его возникновение и прекращение, то получилось бы: «Моё «я» возникает и прекращается». Вот почему было бы неразумно говорить: «Чувство – это «я»». Поэтому глаз – это не «я», формы – это не «я», зрительное сознание – это не «я», зрительный контакт – это не «я», переживание – это не «я»».

Под переживанием здесь имеется в виду именно то переживание, которое возникает сразу после контакта или почти в один момент с ним: мне нравится, мне не нравится или мне «глубоко фиолетово». Если «я» содержится в этом моменте, в этом «мне нравится» или «мне не нравится», то получается нестыковка, потому что эти переживания мимолётны, они меняются по многу раз за мгновение. Получается, что вот это «я» возникает и прекращается многократно в течение момента. Нет ничего, что можно было бы назвать «я», есть просто явления: есть контакт, есть глаз, есть форма, есть переживание. Просто явления. Нет смысла вкладывать в них какое-то «я».

Далее – страстное желание.

«Если кто-либо скажет: «Страстное желание – это «я»», – то это будет неразумно. Можно различить возникновение и прекращение страстного желания. Поскольку можно различить его возникновение и прекращение, то получилось бы: «Моё «я» возникает и прекращается». Вот почему было бы неразумно говорить: «Страстное желание – это «я»». Поэтому глаз – это не «я», формы – это не «я», зрительное сознание – это не «я», зрительный контакт – это не «я», переживание – это не «я», страстное желание – это не «я»».

Страстное желание: я хочу это. После переживания «мне нравится это» возникает страстное желание «я хочу этого». После переживания «мне это не нравится» возникает страстное желание «я не хочу этого», «я хочу быть подальше от этого». После переживания «мне всё равно» возникает страстное желание «я хочу это проигнорировать». Так вот, и эти явления меняются. Появляются и исчезают по много раз за мгновение. Это импульс, просто явление, в котором не никакого делателя, никакого «я». Нет никакого актора, который был 10 лет назад, вчера, сегодня, будет завтра. Есть эти явления, но где «я» в этом?

И далее Будда проходит по всем остальным сферам: слух, обоняние, вкус, телесные ощущения и умственное восприятие. И тут мы как раз подходим к интересному моменту в западной философии. Вспомним изречение Декарта: «Мыслю – следовательно, существую». Декарт отождествляется с мышлением, с умственными объектами и умственным восприятием. Если у меня есть умственный контакт, умственное восприятие, значит, я существую. Т.е. «я» – это мышление, это умственный процесс. Но за 2000 лет (или чуть больше) до Декарта Будда ему возразил: он точно так же говорит, что ум – это не «я», умственные объекты – это не «я», умственное сознание – это не «я», умственный контакт – это не «я», переживание, связанное с умственным объектом, – это не «я», и страстное желание по отношению к умственному объекту – это не «я». Всё это – мимолётно, оно появляется и исчезает, всё это просто явления. Где здесь «я»? Что-то существует, есть поток этих явлений – это мы можем сказать. Но что в этом «я»? Что это такое? Где эта постоянная, эта константа, которая была, есть и будет? Нет никакой константы. Есть лишь постоянная смена этих явлений. И Будда, перечисляя все эти явления, говорит, что во всём этом нет «я».

Он перечисляет все эти явления почему? Потому что по сути всё наше бытие, всё, о чём мы можем только сказать, существует только в этих шести сферах. Вне этого ничего нет. Вернее, мы не можем ничего сказать – есть ли что-либо, или нет чего-либо,  – не имеет смысла говорить о чём-либо вне этих шести сфер восприятия.

В одной из сутт Будда говорит как раз о том, что такое «всё». Всё – это вот эти шесть сфер, вне которых невозможно о чём-либо говорить. Если кто-либо рассуждает о том, что за пределами этих сфер, он занимается пустым и никчёмным умствованием. Есть зрительная сфера. Есть орган восприятия. Есть формы, которые он воспринимает. Причём неважно, на самом ли деле есть эти формы, или это галлюцинация. Здесь даже вопроса такого не ставится. Есть глаз, есть форма и есть контакт – в тот момент, когда мы обращаем внимание на эту форму. Есть переживание, мы можем это констатировать. Есть страстное желание. То же самое со слухом. То же самое с обонянием, вкусом, телесными ощущениями, умственными восприятиями. Всё это и есть «всё». И во всём этом нет никакого «я». Вот о чём говорит Будда. Какой бы элемент из своего бытия мы ни взяли, в нём нет «я». Есть просто явление.

В следующем разделе сутты Будда разбирает процесс возникновения личностности, «яшности». Он говорит, что «я» нет, но есть личностный способ существования, который свойственен людям, не обученным Дхамме. Люди склонны воспринимать всё личностно. Говорить: это я, это моё, таково моё «я». Они склонны так всё воспринимать, у них такой ум, и это тоже можно констатировать. Есть «яшность», есть личностность, но «я» при этом нигде нет. Есть личностный режим существования человека. И теперь Будда разбирает, как происходит возникновение этого «яшного» восприятия режима жизни, возникновение личностного ума.

Он говорит:

«16. Теперь, монахи, вот каков путь, ведущий к возникновению личностности.

(i) Человек относится к глазу так: «Это моё, это я, я таков». Человек относится к формам так: «Это моё, это я, я таков». Человек относится к зрительному сознанию так: «Это моё, это я, я таков». Человек относится к зрительному контакту так: «Это моё, это я, я таков». Человек относится к чувству так: «Это моё, это я, я таков». Человек относится к страстному желанию так: «Это моё, это я, я таков»».

О чём здесь говорит Будда? Он говорит о том, что личностность в нас начинается с отождествления с тем или иным явлением в нашем бытии. Мы видим что-то и отождествляемся с этим, оно для нас становится дорогим, частью того, что мы считаем «я», мы называем это своим. Или мы отождествляемся с органом зрения, или с тем переживанием, которое возникает в связи с этим – «это я чувствую, мне нравится это». Вот это «мне» и есть отождествление. Не «есть приятное переживание», а «мне нравится», или не «есть неприятное переживание», а «мне не нравится». И дальше: не «есть страстное желание», напряжённость страстного желания, а «я хочу». Вот это «я» и есть отождествление. Именно так, говорит Будда, и возникает личностность. И далее он проходит по всем остальным пяти сферам: слуха, обоняния, вкуса, телесных ощущений и умственного восприятия.

А далее он рассказывает нам о том, как личностность прекращается. То есть он говорит о том, что личностность может быть прекращена:

«22. Теперь, монахи, вот каков путь, ведущий к прекращению личностности.

(i) Человек относится к глазу так: «Это не моё, это не я, в этом нет «я»». Человек относится к формам так: «Это не моё, это не я, в этом нет «я»». Человек относится к зрительному сознанию так: «Это не моё, это не я, в этом нет «я»». Человек относится к зрительному контакту так: «Это не моё, это не я, в этом нет «я»». Человек относится к чувству так: «Это не моё, это не я, в этом нет «я»». Человек относится к страстному желанию так: «Это не моё, это не я, в этом нет «я»».

Понятно, что прекращение личностности, «яшности» происходит в тот момент, когда мы перестаём отождествляться с этим явлением, внутренним или внешним. То есть мы начинаем наблюдать данное явление как явление, а не как «я», «моё» и прочее. Не «я хочу», а «есть желание», не «мне нравится», а «есть переживание». «Есть переживание» – это просто объективное наблюдение: имеет место такое явление, как переживание, положительное отрицательное или нейтральное. Есть напряжённость страстного желания – это тоже просто объективное наблюдение. Да, есть эта напряжённость. ОК. То есть мы тем самым учимся наблюдать явления нашей психики, нашей жизни объективно, не отождествляясь с этим, не вовлекаясь в это, не накручивая вокруг этого излишних эмоций и напряжения. Явление – это просто явление, в этом нет никакого «я», нет ничего, с чем имеет смысл отождествляться. И далее Будда проходит по оставшимся пяти сферам.

В следующем разделе сутты он подробно рассказывает нам о том, как происходит рождение вовлечённости в то или иное явление бытия. Вот он говорит:

«28. (i) Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание – приятное, болезненное или ни-болезненное-ни-приятное. Когда человек затронут приятным переживанием, если он наслаждается им, приветствует его, пытается удержать его, то это значит, что в нём есть скрытая склонность к влечению. Когда человек затронут болезненным переживанием, если он грустит, горюет и плачет, рыдает, бьёт себя в грудь, становится обезумевшим, то это значит, что в нём есть скрытая склонность к отторжению. Когда человек затронут ни-болезненным-ни-приятным переживанием, если он не осознаёт с ясностью возникновение и исчезновение этого переживания, потворствование ему, его опасность и спасение от него, то это значит, что в нём есть скрытая склонность к неведению.

Монахи, не бывает так, чтобы кто-либо здесь и сейчас положил конец страданию, не отбросив скрытой склонности к влечению по отношению к приятному чувству, не уничтожив скрытой склонности к отторжению по отношению к болезненному чувству, не истребив скрытой склонности к неведению в отношении ни-болезненного-ни-приятного переживания, не оставив неведения и не пробудив истинного знания. Такое невозможно».

Итак, в нас имеет место работающий глаз, имеет место форма, контакт (восприятие формы глазом, возникновение зрительного сознания и всё вместе – это контакт), на основе контакта возникает переживание. Вот в этот самый момент в нас и возникает «яшность», отождествление. Надо сказать, что весь процесс Зависимого Возникновения имеет фрактальный характер. В каждом из этих звеньев имеет место та же цепочка ЗВ, в каждом из звеньев присутствует страстное желание, напряжение, и далее всё это развивается на новом уровне. Например, в отождествлённости с глазом уже присутствует страстное желание, в отождествлённости с формой уже присутствует страстное желание, то же с контактом и переживанием… Но в данном фрагменте идёт речь об уровне более явном. Когда имеет место контакт, на его основе возникает переживание – приятное, допустим, и если мы цепляемся за это переживание, отождествляемся с ним, то в этом случае мы к нему стремимся. И это Будда называет скрытой склонностью к влечению. Почему «скрытой»? Потому что, даже если этого переживания нет, мы готовы к тому, что если оно появится, мы с ним отождествимся. В нас есть потенциальная склонность к тому, чтобы вовлекаться в приятное переживание, хотеть его. То же самое с неприятным переживанием.

А вот с нейтральным переживанием интересный момент. «Если человек затронут ни-приятным-ни-болезненным переживанием, – говорит Будда, – если он не осознаёт с ясностью возникновение и исчезновение этого переживания, потворствование ему, его опасность и спасение от него, то это значит, что в нём есть скрытая склонность к неведению». Что это значит? Это значит, что когда в нас возникает нейтральное переживание – равнодушие по отношению к какому бы то ни было объекту, – мы склонны его игнорировать. Игнорирование какого-то явления бытия – это и есть неведение по сути своей. Это и есть то, что по-английски называется ignorens, однокоренное с «игнорировать». Оно означает, что мы какое-то явление бытия упускаем, а это значит, что в нас в этот момент нет осознанности. В этом заключается «опасность» вот этого нейтрального переживания.

«Потворствование ему» как раз означает, что мы потворствуем склонности игнорировать то, что нам не интересно. А «опасность» – в том, что мы в этот момент теряем осознанность, если мы её вообще имели. «Спасение от него» в том, чтобы культивировать осознанность. По сути, равностность – то, что называется равностностью, один из факторов просветления или одна из брахмавихар, – это переживание глубокого внутреннего покоя, почти равнодушия. Но существенная разница с равнодушием в том, что в этом чувстве присутствует острая осознанность. Человек полностью бодрствует. Это не равнодушие. Равностность – это нейтральное переживание плюс осознанность. Осознанность  в нейтральном чувстве. Именно это приводит к тому, что человек становится способен наблюдать работу ума даже в те моменты, когда, казалось бы, ничего не происходит. Это очень важно в практике. Это очень важно вообще для просветления. Потому что опыт Нибаны происходит в тот момент, когда мы после ниродхи – после прекращения восприятия и переживаниевания – наблюдаем, как наш ум опять рисует мир. Но мы можем это наблюдать только в том случае, если наша осознанность достаточно сильна. Вот этот момент после ниродхи обычный нетренированный ум пропускает – именно потому, что он вообще склонен пропускать всё, что не вызывает в нём переживания или вызывает нейтральное переживание. Именно из-за этого он пропускает момент, когда ум начинает рисовать мир. И именно из-за того у человека не происходит просветления.

На самом деле парадокс заключается в том, что каждый человек испытывает момент ниродхи. Он испытывает его как минимум в момент смерти – имеет место очень краткий момент ниродхи. Если бы человек был достаточно тренирован в Дхамме Будды, то в этот момент он сумел бы обрести просветление или перейти на следующую ступень просветления. Собственно, именно это и происходит с практикующими Дхамму: в момент смерти испытывая ниродху, они переходят на следующую ступень просветления. Если вы при жизни обладали Плодом сакадагами, то в момент смерти вы становитесь анагами. Анагами, по крайней мере, с Путём. Если вы всю жизни были сотапанной с Путём, то в момент смерти ваше достижение закрепляется – вы достигаете Плода сотапанны. А обычный человек ничего такого не переживает. У него есть ниродха, но он выплывает из неё в бессознательном состоянии, неосознанном состоянии, и продолжает свой путь согласно своей карме. Вот об этом Будда и говорит, что «не бывает так, чтобы кто-либо здесь и сейчас положил конец страданию, не отбросив скрытой склонности к влечению по отношению к приятному чувству, не уничтожив скрытой склонности к отторжению по отношению к болезненному чувству, не истребив скрытой склонности к неведению в отношении ни-болезненного-ни-приятного переживания, не оставив неведения и не пробудив истинного знания».

То есть в ходе практики мы учимся, во-первых, воспринимать явления как явления: переживание как переживание, а не как «я чувствую», «мне нравится». Соответственно, мы перестаём увлекаться приятным переживанием, вовлекаться в него, или бежать от неприятного, – мы наблюдаем просто эти явления и культивируем осознанность. Мы остаёмся осознанными даже тогда, когда ничего «интересного» не происходит – ничего из того, что вызывает у нас переживание. Именно таким образом мы и уничтожаем неведение.

Что такое Ниббана? По сути, это уничтожение неведения. Неведения относительно чего? Относительно того, как работает наш ум, как он рисует этот мир. Именно таким образом мы уничтожаем неведение в момент после ниродхи, если у нас есть осознанность. Мы уничтожаем неведение и пробуждаем истинное знание. Истинное знание относительно чего? Относительно того, как работает наш ум, как он рисует этот мир.

Далее Будда точно так же проходит по оставшимся пяти сферам: слуховой, обонятельной, вкусовой, телесной и умственной. Всё то же самое, во всех этих сферах точно так же возникают скрытые склонности к влечению, к отторжению и к неведению. Разделение на шесть сфер номинальное, по сути это явления одного порядка. Их можно просто функционально разбить на эти шесть сфер.

О чём говорит Будда дальше? О том, как эти скрытые склонности в нас прекращаются. Прекращаются они культивированием того, что называется равностностью или невозмутимостью – того, что на пали называется словом «упеккха». Вот как он это описывает:

«34. (i) Зрительное сознание возникает, если есть глаз и форма. Сочетание этих трёх — это контакт. При условии наличия контакта возникает переживание – приятное, болезненное или ни-болезненное-ни-приятное. Когда человек затронут приятным переживанием, если он не наслаждается им, не приветствует его, не пытается удержать его, то это значит, что в нём нет скрытой склонности к влечению. Когда человек затронут болезненным переживанием, если он не грустит, не горюет и не плачет, не рыдает, не бьёт себя в грудь, не становится обезумевшим, то это значит, что в нём нет скрытой склонности к отторжению. Когда человек затронут ни-болезненным-ни-приятным переживанием, если он осознаёт с ясностью возникновение и исчезновение этого переживания, потворствование ему, его опасность и спасение от него, то это значит, что в нём нет скрытой склонности к неведению».

Так, если возникает приятное переживание, человек не влечётся к нему, удерживается от влечения к нему каким образом? Применяя Правильное Усилие, применяя 6Р. Если возникает болезненное переживание, он не оказывается пойманным в негативные реакции относительно этого переживания, не пытается от него сбежать; и если возникает нейтральное переживание, он не теряет осознанности, наблюдения за умом, – это и есть, по сути, описание той невозмутимости, равностности, которую достигает практикующий. Это описание свободы от воздействия тех факторов в окружающей среде, так сказать, которые вызывают у нас приятное, неприятное или равнодушное переживание. Мы становится людьми, которых это не затрагивает, которые не выстраивают своё поведение в зависимости от реакций на эти переживания. Которые не реагируют на приятное, болезненное или нейтральное. Которые действуют исходя из других мотиваций. И далее Будда говорит:

«Монахи, положить конец страданию здесь и сейчас может только тот, кто отбросил скрытую склонность к влечению по отношению к приятному чувству, уничтожил скрытую склонность к отторжению по отношению к болезненному чувству, истребил скрытую склонность к неведению по отношению к ни-болезненному-ни-приятному чувству, оставил неведение и пробудил истинное знание. Именно так и происходит».

То есть именно через это происходит избавление от страдания, через этот путь. Мы, естественно, не сразу оказываемся способны полностью оставлять привычные реакции на приятное, болезненное и нейтральное. Мы этому учимся постепенно. Но мы учимся этому с помощью Правильного Усилия – с помощью метода 6Р. От приятного или от болезненного мы отводим внимание, мы не позволяем уму цепляться за приятное или болезненное. Мы расслабляем страстное желание, эту хватку, это цепляние. Мы возвращаемся к гармоничному состоянию ума, улыбаемся. Раз за разом мы производим это действие. Именно практика. Это только вопрос практики. Раз за разом повторяя, мы обучаем свой мозг действовать именно так, учим себя жить именно так. И этот режим жизни оказывается намного более спокойным, наш ум становится всё более спокойным. Спокойный ум – это более счастливый ум. Мы становимся всё более счастливыми.

Это может показаться странным. Мы привыкли к тому, что счастливый человек – тот, кто получает приятное и избегает того, что неприятно. Но реально это в жизни невозможно. В жизни всегда будет приятное и неприятное, и это не свойство окружающего мира. Сам по себе мир никакой. Например, холод. По сути, это просто явление, просто низкая температура. И всё. Неприятным его делает наше переживание. Эта окраска, которая придаётся этому явлению нашим восприятием. Мы видим холод как неприятное, но реально, сам по себе, холод никакой. Это просто явление.

Так вот, всегда будут приятные и неприятные явления, как бы мы ни пытались бежать за одним и убегать от другого. Поэтому тот идеал счастливого человека, который складывается у нас по умолчанию,  недостижим. Таким образом счастье не достигается. А как оно достигается? Через невозмутимость, через то, что мы принимаем неприятное и отпускаем приятное. Если есть приятное явление, мы не пялимся на него, не устремляем к нему другой орган чувств, связанный с этим, – вкус или ещё что-то. Это явление есть, мы отметили приятное переживание, отвели своё внимание, ослабили внутреннюю хватку, напряжение, улыбнулись, вернулись в гармоничное состояние. Так раз за разом. Это прямо по мелочам, постоянно встречается в нашей жизни, буквально на каждом шагу. Если мы встречаем что-то неприятное, мы просто не фиксируем на это внимание. Люди привыкли, что, если есть что-то неприятное, они начинают думать об этом – о том, как же оно неприятно и как от этого избавиться, чтобы не было таких неприятных чувств больше. Не надо об этом думать. Нужно просто увести от этого внимание, расслабить это напряжение, вернуться в гармоничное состояние.

И далее Будда проходит по всем остальным сферам. Всё то же самое. Человек не наслаждается приятным. Но как же можно не наслаждаться приятным? Мы же упускаем такую возможность – насладиться приятным! Дело в том, что, когда мы сталкиваемся с тем, что приятно, мы можем просто наблюдать: это приятное переживание. Но не цепляться, не пытаться получить его опять. Это просто явление в нашей жизни. Вот это приятно, ОК. Идём дальше и больше не думаем об этом. Это неприятно, ОК. Идём дальше, больше не думаем об этом. Всё это не какой-то суровый аскетизм, что мы отказываемся от всего приятного, нет. Мы просто не фиксируемся на этом. Не пытаемся удержать приятное.

Далее Будда говорит о том, как происходит окончательное освобождение:

«40. Видя так, монахи, хорошо обученный Благородный ученик освобождается от очарованности глазом, освобождается от очарованности формами, освобождается от очарованности зрительным сознанием, освобождается от очарованности зрительным контактом, освобождается от очарованности переживанием, освобождается от очарованности страстным желанием».

И опять проходит по всем шести сферам. Что значит «освобождается от очарованности»? Дело в том, что для обычного человека явления обладают своего рода чарами, они приковывают его внимание – приятные и, равно, неприятные. А те, которые ни приятные и ни болезненные, они будто бы скрыты за пеленой невидимости. Мы их не замечаем. Это тоже своего рода чары. В ходе практики мы освобождаемся от этих чар. Приятное перестаёт нас привлекать. Неприятное перестаёт вызывать в нас отторжение. Мы видим мир более спокойно и более внимательно. Мы начинаем замечать то, что раньше игнорировали. Мы живём более спокойно, более уравновешенно, более невозмутимо и более внимательно. Вот это – освобождение от чар.

«Освободившись от чар, он становится бесстрастным».

Это та самая невозмутимость. Человек перестаёт автоматически на всё реагировать, перестаёт очаровываться приятными и неприятными вещами, перестаёт игнорировать то, что не вызывает у него интереса. На определённой стадии практики мы реально сталкиваемся с тем, что мы будто бы теряем вкус ко всему этому – к тому, что раньше нас привлекало или пугало. Иногда людям кажется это непривычным и они начинают беспокоиться. Как так – раньше мы получали удовольствие от того или другого, а теперь оно какое-то приглушённое. Или, наоборот, то, чего раньше боялись, сейчас нас не пугает. Некоторые люди привыкли бояться, и их это тоже начинает беспокоить. Но это лёгкое беспокойство, и оно тоже проходит. Это всё плоды практики. А дальше возникает бесстрастие, когда человек перестаёт беспокоиться вообще и начинает в этом состоянии жить. Жизнь протекает, он наблюдает, он внимателен и бесстрастен. Он перестаёт реагировать.

«Через бесстрастие достигается окончательное освобождение. Когда освобождение достигнуто, приходит знание: «Освобождение достигнуто». Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние вовлечённости»».

Здесь речь идёт о том, что таким образом человек достигает окончательного просветления. Потому что эта формула описывает окончательное просветление, то есть состояние араханта. Это существо, которое никогда уже не будет никуда вовлекаться. А это значит, что оно не будет рождаться. Потому что рождение, согласно буддийскому учению, происходит через вовлечение в тот или иной мир: мир людей, мир животных… Сознание привлекается, вовлекается в тот или иной мир и воплощается в нём, рождается. И начинается новый цикл круговращения бытия – рождение и смерть. Но это так же верно и на среднем уровне: у араханта полностью исчезает возможность того, что он будет вовлечён в какую-либо ситуацию. Что значит «вовлечён»? Это значит, что он будет отождествляться с этой ситуацией, говорить «это я, это моё, я таков, меня обидели, меня прославили» и т.д. Вот этого вовлечения в нём уже нет, даже возможность такого вовлечения в нём отсутствует. Вот это освобождение. На самом деле это огромное счастье, огромная радость. Это не та возбуждённая, эмоциональная радость, которую мы знаем, а радость невозмутимая. Полностью невозмутимый ум, а значит, полностью счастливый ум. Арахант – это совершенно счастливое существо, свободное от любых страданий. Но это не значит, что он становится бесчувственным поленом. Нет. На смену этих страстным реакциям приходят совсем другие. Состояния джхан, состояние брахмавихар для такого существа становятся естественными состояниями, он живёт в них – в любящей доброте, в сострадании,  радости,  невозмутимости. Вот это состояние освобождения. И эта сутта как раз об этом. И заключительные слова в ней такие:

«Так сказал Возвышенный. Монахи были довольны и восхитились словами Возвышенного. И по мере произнесения этой лекции умы шестидесяти монахов освободились от помрачений через нецепляние».

В самом начале я говорил, что эта сутта относится к разряду сутт, которые являются инструментом для практики. Медитативное прослушивание этой сутты как раз и ведёт нас к тому, что мы, постоянно воспроизводя то, что говорит Будда, и применяя это к себе, по сути, занимаемся практикой и достигаем освобождения, всё более глубокого освобождения от цепляний, от страстей, от того, что приносит нам страдание.

Спасибо за внимание.

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.