Глава 15

Смотри, мам, — нет рук: Четвёртая Джхана

В детстве, когда я был достаточно большой, чтобы самостоятельно принять ванну, и достаточно маленький, чтобы вытянуться в ней в полный рост, я любил наполнить её горячей водой с пеной и играть в игрушки. Потом я ложился и расслаблялся, а мои руки плавали в пенистой воде рядом со мной. Мой нос торчал из воды, а уши были под водой, и все звуки были приглушёнными.

Через какое-то время я замечал, что у меня словно бы не было рук: я совсем их не чувствовал. Я двигал пальцами, и они, к моему удивлению, работали хорошо. Малейшее движение — и я чувствовал их отлично.

Меня заинтересовало это явление, и я пытался «заставить руки опять исчезнуть». Это занимало какое-то время. Я мирно покоился в воде. Через несколько минут мои руки, а иногда и ноги исчезали из поля кинестетического восприятия. Это было очень умиротворяюще.

«Смотри, мам, нет рук», — тихо говорил я.

Арупа

После того как мы, расслабляясь всё более глубоко, вошли в третью джхану, можем двигаться дальше, в четвёртую.

Она называется «арупа упеккха». На языке пали «рупа» значит «тело»; «арупа», сответственно, «без тела». «Упеккха» — это равностность. Поэтому «арупа упеккха» означает «равностность без тела». Звучит странно. Но если вы когда-нибудь расслаблялись в ванне и теряли восприятие ладоней, рук или ног, этот опыт вам знаком.

Сидя на стуле или подушке в равностности достаточно долго, мы можем встретиться с тем же явлением, не замочившись.

Если, расслабляясь, ум становится вялым или вовлекается в фантазии, это называется «дрёма». Но если мы остаёмся бодрствующими и пребываем во внутреннем покое, даже когда тело, кажется, исчезает, это арупа упеккха — равностность без тела. Это считается продвинутой стадией медитации. Поздравляю!

Когда я занимался у Бханте, первое моё вхождение в четвёртую джхану не было мягким. Я чувствовал сильную радость — улыбался так, что, думал, моё лицо сломается. Затем внезапно всё это прекратилось. Я сказал Бханте, что это похоже на то, как будто щёлкнули выключателем. Я улыбался, буквально до слёз, а потом это всё исчезло. Если я применял 6Р, волна радости возникала, а затем наступало безмолвие.

Я был уверен, что делаю что-то не так — что я вывалился из поезда под названием «джханы». Но Бханте сказал, что чувство прекращается потому, что теряется контакт с телом. И это хороший знак.

Я подозреваю, что есть много путей вхождения в джхану.

Четвёртая джхана — это первая арупа-джхана. Некоторые полагают, что есть только одна арупа-джхана с четырьмя подразделами, сферами или базами: бесконечное пространство, бесконечное сознание, ничто, ни-восприятие-ни-невосприятие.

Другие выделяют пять отдельных арупа-джхан. Они рассматривают упомянутые четыре базы как пятую, шестую, седьмую и восьмую джханы. Я обучался джханам именно по такой схеме и нашёл её более простой для понимания. Здесь я буду пользоваться именно этим языком.

В восьмой джхане и далее ощущения могут реально отключиться — они временно прекращают функционировать. В четвёртой джхане это явление тоже имеет место, но тоньше. Различные части тела выпадают из поля сознания.

Не совсем арупа

Предтечи потери ощущений могут возникнуть в более ранних джханах.

В ходе первых лет занятий в ретритах я понял, что можно сидеть дольше сорока пяти минут или часа. Когда я расслаблялся в медитации на длительное время, иногда мне казалось, что моё тело наклонялось на угол в сорок пять градусов. Это было странно, потому что гравитация не тянула меня к полу. Открыв на мгновение глаза, я видел, что на самом деле сижу прямо. Моё внутреннее кинестетическое чувство теряло ориентацию.

Сбои в кинестетической настройке могут предшествовать полной потере ощущений. Другие чувства могут также сходить на нет. В одном из ретритов высоко в горах Сьерра окна звенели от ветра снаружи. На первых занятиях это меня раздражало. Несколько дней спустя раздражающий звук исчез. Потом я понял, что в действительности дребезжание есть, просто оно ушло из поля моего восприятия.

Там проходила дорога, ведущая вниз, с горы, на несколько сотен ярдов. Фуры спускались на низкой передаче. Моторы производили такой звук, будто у какого-то великана был метеоризм, и всё это прямо за окном.

Позже в ретрите я всё ещё слышал эти звуки, но они, казалось, были где-то далеко. Переводя целиком на них своё внимание, я убеждался в том, что уровень децибел был прежним. Просто для меня, психологически, они находились на другой стороне горы.

В третьей джхане тело становится настолько расслабленным, что ощущения сходят на нет, пока совсем не перестают регистрироваться — как когда мы плаваем в горячей ванне и наши ладони, ступни или другие части тела исчезают из сознания. Некоторые медитаторы называют это «атаксией» или «сенсорной атаксией», что является неврологической дисфункцией. Но джхана — это не дисфункция. Тело становится настолько расслабленным, что больше не производит сигналов. Оно по-прежнему полноценно функционирует. Иногда всё, что нам нужно сделать, — это привести своё внимание к «потерянной» части тела, и ощущение возвращается. В другой раз по руке может проползти жук и мы внезапно обнаружим, что у нас есть рука.

И даже зная это, я иногда двигал пальцами, просто чтобы убедиться.

Есть некоторые другие причины, по которым мы можем потерять телесные ощущения, однако к четвёртой джхане они отношения не имеют.

Годами у меня была хроническая зажатость в плечах. Это моё любимое место для накапливания напряжения, как и у многих других людей. Напряжение может создать так называемый мышечный панцирь, включая и лёгкое онемение. Когда массажист или физиотерапевт пытаются расслабить мои плечевые мышцы, они даже применяют удары боковой стороной ладони или кулака, чтобы вернуть им чувствительность.

Это не арупа. В четвёртой джхане части тела, исчезающие из сознания, совершенно мягки и расслаблены.

Другое явление, не относящееся к арупе, — это онемение какой-либо части тела. Так бывает, когда мы сидим или лежим таким образом, что в конечности пережимается нерв и в конце концов перестаёт работать. Либо передавлена артерия и нарушено кровоснабжение. В обоих случаях нервы начинают слегка сбоить. Они могут начать посылать ошибочные сигналы, и мы чувствуем покалывание. Или могут полностью занеметь. Когда мы пытаемся подвигать занемевшей ступнёй или встать на неё, она не работает в первые несколько мгновений. Мой отец однажды сломал палец на ноге, когда встал с кровати и упал, потому что его ступня затекла.

Если мы не собираемся сразу же пользоваться занемевшей частью тела, онемение в течение нескольких минут не опасно. Но если оно длится несколько часов, это может привести к повреждению нервов. Поэтому они и подают покалывающие сигналы или боль, давая нам понять, что нужно изменить позу, чтобы восстановить циркуляцию крови.

Но четвёртая джхана — это другое. Тело становится настолько расслабленным, что от него больше не приходит сигналов. Это как если бы тело исчезло. Но если появится какой-либо стимул, ощущения немедленно возвращаются. Какой-либо физической дисфункции не происходит.

Джхана называется арупой не потому, что мы не можем ощущать тело, а потому, что мы не ощущаем его часть или всё тело в течение всё более длительных отрезков времени.

Дольше, тише

Достигнув столь глубокого расслабления, мы обнаруживаем, что теперь способны сидеть всё дольше и дольше — час или свыше того, — оставаясь при этом полностью внимательным.

Ум и тело глубоко взаимосвязаны. Если ум расслабляется, тело тоже расслабляется. И когда тело расслабляется и кажется исчезнувшим, думание тоже может затихнуть.

В углубляющейся равностности мы можем не заметить эти изменения или не придать им значения. Ум становится столь чувствительным, что замечает всё более тонкие явления. Поэтому мы можем не ощущать, что наш ум становится всё тише. «Шум», производимый крупными явлениями, замещается «шумом» более тонких феноменов.

Нам уже легче отслеживать возникновение и исчезновение этих явлений. Мы можем уловить тонкое цепляние или сжатие (танха) и расслабить его до того, как оно произведёт мысль. Мы можем заметить тонкую эмоциональную окраску (ведана) и отпустить её раньше, чем возникнет цепляние. Поток Зависимого Возникновения становится яснее и очевиднее.

Однако ум всё ещё подвержен колебаниям. Он может плыть. Препятствия возникают (желание, отторжение, неугомонность, тупость и сонливость или сомнение). Но теперь легче видеть их ясно и применять к ним 6Р, не попадаясь в их сети так надолго, как это было раньше.

Настройка практики

Четвёртая джхана — это время изменить объект, которому мы посылаем метту, и то, как мы её посылаем. Если мы работаем с хорошим учителем, он или она распознает, когда нужно внести эти изменения. Иногда это возможно в конце периода пребывания в третьей джхане. Но если мы точно находимся в четвёртой джхане с исчезновением осознавания частей тела, то время пришло.

Есть две короткие практики, которые помогают произвести переход. Я про себя их называю «Удаление Барьеров» и «Неразличающая Метта».

Удаление барьеров

Изучать Путь означает изучать «я».

Изучать «я» означает потерять «я».

Потерять «я» означает быть просветлённым среди всех вещей.

Быть просветлённым среди всех вещей означает удалить барьеры между «я» и «не-я».

– Догэн Дзэндзи

Удаление барьеров начинается с того, что мы посылаем метту многим людям. Когда моя практика достигла этой стадии, Бханте сказал, чтобы теперь я не ограничивал метту одним духовным другом, а посылал её троим или четверым. Затем — чтобы я посылал её нескольким членам семьи или друзьям, к которым я испытывал относительно нейтральные чувства. Затем — трём-четырём людям, с которыми у меня лишь шапочное знакомство или, скажем, продавцам в магазине, которых я знал в лицо, но не чувствовал к ним каких-либо особых эмоций. И наконец, он сказал, чтобы я посылал её «врагам» — тем, кого я знал лично, но предпочёл бы не знать, потому что они у меня в печёнке сидели.

Я должен был посылать метту каждому персонально, по одному за раз, и оставаться с ним, пока я не смогу с лёгкостью улыбнуться ему или ей и вообразить их улыбающимися в ответ. Потом я должен был перейти к другому человеку. Не нужно было посылать метту всем, кого я когда-либо знал — только значимым людям. Я решил, что если я не могу определить с уверенностью, значимым был этот человек или нет, то нужно посылать ему метту.

Особенно трудно было делать это с одним родственником. Поэтому я вообразил, что он на смертном одре. Я не желал ему смерти, а просто представил, как бы это выглядело. Я подумал, что он сожалел бы о многом из того, что делал. Это пробудило во мне сострадание. Вслед за этим я увидел, что он отходит в мир иной в более спокойном состоянии. Его улыбка была не широкой и счастливой. В ней была горечь, и я искренне пожелал ему облегчения этого груза. И этого было достаточно.

Всё, что нам надо сделать, это просунуть палец ноги в дверь — найти путь, позволяющий нашему сердцу естественным образом двигаться к этому человеку. Улыбнитесь — и увидите, что человек тоже чуть улыбается в ответ. Потом переходите к следующему.

В жизни каждого из нас есть трудные люди. На работу с ними нам может понадобиться чуть больше времени. Это нормально. Это даёт возможность усилить равностность и благополучие даже с теми, кто нелёгок в общении. Не нужно исправлять сложные взаимоотношения или прорабатывать все подобные случаи — просто найдите способ смягчить барьеры в достаточной степени, чтобы искренне пожелать им благополучия.

Некоторые проходят эту практику за несколько часов. Другим требуется больше. Однако если так, это нормально. Это лишь означает хорошую тренировку.

Бханте сказал, чтобы я нашёл его, когда пройду все эти категории людей. Но к тому времени, как я закончил, наступил поздний вечер, и я не хотел беспокоить его. Мне не спалось, поэтому я прошёл эти категории ещё раз. Я всегда заботился о том, чтобы всё делать правильно. Я решил посмотреть, смогу ли я не только представить того или иного человека улыбающимся, но и увидеть нас смеющимися вместе. Это заняло более длительное время. Но всё же оказалось легче, чем я думал — даже с Джорджем Бушем и Диком Чейни. Я нашёл тему, над которой мы бы могли погоготать: «Не правда ли глупо, что мы оказались во всё это так вовлечены?»

После того как я прошёл через все эти категории несколько раз, я просто начал делать это с любым человеком или даже животным, который всплывал перед моим мысленным взором.

Позже я узнал, что с публичными фигурами работать не обязательно. Мы их не знаем по-настоящему: всё, что нам известно, — это их карикатурное изображение или декларируемые ими взгляды на социальные темы. В терминах же данной практики «врагами» считаются только те, кого мы знаем лично.

Кроме того, не обязательно заниматься этой практикой так долго, как это делал я. Мы просто должны найти способы смягчить ощущение барьера, разделяющего нас и других.

Неразличающая метта

На следующее утро, когда я сообщил о результатах Бханте, он расширил мою практику. Вместо того чтобы адресовать метту кому-то конкретно, я должен был посылать её во всех шести направлениях: вперёд, назад, влево, вправо, вверх и вниз. Чтобы хорошенько прочувствовать это, нужно было посылать метту по каждому из векторов отдельно в течение нескольких минут. Но после того как я с этим освоюсь, я должен был излучать её во всех направлениях одновременно.

Я должен был также посылать метту многим живущим сразу. Для начала я мог делать это по отношению к различным категориям существ: всем мужчинам, всем женщинам, всем четвероногим созданиям, всем птицам, всем насекомым, всем млекопитающим, всем рыбам, всем чувствующим существам, всем святым, всем богам… можно было взять любую группу, которая для меня имела смысл. Или, если мне так было удобнее, я мог просто посылать метту сразу всем существам.

Я занимался этим примерно так же долго, как и при медитации с определёнными людьми. Спешить-то некуда.

Однако по мере того как практика становилась легче и сильнее, я начал чувствовать тягу посылать метту всем существам всё время во всех направлениях. Чувство это пришло из глубокого тихого места. Это стало моей основной практикой, и об этом я расскажу чуть позже.

Удаление барьеров и неразличающая метта — это сильные практики сами по себе. И они дают нам возможность укрепить свою равностность настолько, чтобы быть способным посылать любящую доброту равно каждому существу и каждому виду существ.

Излучение из головы

В четвёртой джхане может оказаться трудно посылать метту из сердца, поскольку тело исчезает. Поэтому Бханте посоветовал мне излучать её из головы. Это звучит странно. Но я почувствовал давление там — будто два пальца жмут на линию волос выше лба. Поэтому посылать метту из этой области было несложно. Однако чаще всего каких-либо телесных ощущений нет совсем, поэтому мы просто посылаем метту из верхушки головы.

Поток доброты и благополучия истекает от нас искренне и неразличающе всем существам повсюду. Этот поток становится объектом нашей медитации и нашей корневой практикой. Как и до того, пока некоторая часть нашего внимания остаётся на этом потоке, мы пребываем с ним, а отвлечениям позволяем болтаться на заднем плане.

Когда ум уплывает и полностью теряет связь с объектом медитации, мы используем 6Р. На данном этапе 6Р могут уже прокатываться вместе как единый поток, вместо того чтобы быть шестью отдельными шагами. Это нормально. 6Р вообще-то и есть единый поток. Он разбит на шесть шагов лишь для нашей уверенности в том, что мы выполняем весь цикл полностью. Но на данной стадии практики они будут естественным образом ощущаться как единый, целостный процесс.

Нимитта

Распространённый побочный эффект четвёртой джханы — появление световых явлений. Субъективный яркий свет возникает перед нашим внутренним взором. Он не интенсивный, как сияющее солнце, а мягче и прохладнее, подобно свету полной луны ясной ночью. Он может быть стабильным или текучим. Иногда видны линии, пересекающиеся в месте возникновения этого пятна. Иногда нет. Кажется, что оно притягивает к себе наше внимание. В некоторых традициях это мягкое свечение называется «нимитта».

Люди, испытавшие клиническую смерть, часто описывают движение к свету, который ощущается как любящее присутствие. В зависимости от их символа веры они могут называть это «Бог», «ангелы», «духи-проводники» и т. д. Многие говорят, что этот опыт изменил их взгляд на жизнь. Мне интересно — и это не более чем спекуляции с моей стороны, — не является ли этот «белый свет околосмертного опыта» тем же самым феноменом, что и нимитта. Не получается ли так, что те, кто уходит в смерть, расслабившись, переходят в четвёртую джхану?

Четвёртая джхана может быть глубоко исцеляющей и начинает изменять наше восприятие жизни. Но эти изменения могут быть тонкими.

Нимитта иногда приковывает к себе внимание весьма сильно. По этой причине она может послужить в качестве объекта медитации, в частности для развития одноточечного сосредоточения. В этом случае световое пятно может стать большим и стабильным.

В суттах также говорится о касинах (например, в Махасакулидайин Сутте, Мадджхима Никая 77), которые могут быть связаны с нимиттами. Касины — это диски различного цвета, которые используются как объекты одноточечного сосредоточения. Они встречались в браминских (индуистских) практиках и, может статься, были добавлены в тексты после смерти Будды.

Практики одноточечного сосредоточения — касины ли это, нимитты или сосредоточение на дыхании — могут вести к глубоко блаженным состояниям. Однако они не ведут к прозрению или к видению потока Зависимого Возникновения, которое является ключом к восхождению. Из-за этого у меня нет желания следовать им.

Тем не менее некоторые формы спонтанной нимитты вполне часты в четвёртой джхане. Если мы воспринимаем нечто подобное, мы можем принять это в качестве признака продвижения, вдохновляющего нас идти дальше. Это подобно тому, как мы взбираемся на гору и натыкаемся на прекрасный водопад, о существовании которого нам известно. Мы прошли уже долгий путь. Нет ничего плохого в том, чтобы насладиться видом водопада в течение какого-то времени. Но это не вершина. Вскоре мы продолжим своё путешествие.

А продолжение пути означает, что мы применяем 6Р к нимитте. Она возникает лишь потому, что мы достигли определённой степени расслабления. И она продолжается лишь потому, что ещё есть некоторое тонкое напряжение, поддерживающее нимитту. Расслабляя это напряжение, мы двигаемся дальше по маршруту, вверх, и нимитта исчезает.

Прошлые жизни и иные миры

Будда описывал собственное пробуждение, упоминая при этом видение прошлых жизней и посещение существ в неземных мирах. В первом случае он видел, как он жил, что он сделал, какие последствия в последующих жизнях повлекли эти действия. В неземных мирах он видел других существ, как они жили и какие результаты это производило.28 Видение прошлых жизней и других миров может многое прояснить по поводу того, как работает карма. Это настолько полезно, что Будда считал подобные практики достойными, чтобы ими заниматься. Но их не нужно пробовать до тех пор, пока мы не утвердимся в четвёртой джхане.

Мне было довольно интересно провести определённую часть ретрита под руководством Бханте, посещая сотни прошлых жизней и несколько иных миров. В одной из историй я видел себя полусумасшедшим, убивающим тысячи людей мечом. В другой я размазал чью-то голову о стену. После этого я поклялся не делать подобного. Ощущение этой клятвы помогло мне более глубоко понять природу некоторых из своих блоков, встретившихся мне на пути, когда я не мог отпустить определённые аспекты своей жизни. Теперь я смог расслабить напряжение, порождённое этой клятвой.

Большая часть увиденного мной не было настолько драматичным и беспокоящим. Но все мы делали ужасные вещи. Поэтому очень важно хорошо утвердиться в равностности, прежде чем углубляться в эти практики. Равностность нужна для того, чтобы смотреть на всё это бесстрастно и извлекать уроки с мудростью.

В итоге я всё равно вернулся к работе над джханами, оставив эти практики. Будда говорил, что они могут быть полезны, но не являются основными. Поэтому я не работал над ними сколь-нибудь долго и не уверен, что готов написать об этих практиках подробно.

Воспоминания и образы могут возникнуть и спонтанно. Они отличаются от «нормальных» образов и воображения своей необычайной живостью, хотя бы на секунду. И они часто начинаются, казалось бы, с незначительных деталей. Если наше пребывание в четвёртой или более высокой джхане стабильно и мы чувствуем, что эти образы нужно рассмотреть, мы можем сделать это мысленно, даже если это не является частью нашей основной практики.

Нет нужды говорить, что для людей, выросших в парадигме западного научного материализма, концепции о существовании других миров и прошлых жизней выглядят не слишком правдоподобно. Искусство работы с этими образами состоит в том, чтобы не цепляться за свои взгляды, но и не отвергать их, а также чтобы не цепляться за возникающие образы и не отталкивать их. Если мы действуем так, то, независимо от того, являются ли эти истории правдой или они лишь метафоры, мы можем получить от них пользу, поскольку в результате наше понимание укрепится. А затем применяем 6Р к этому процессу и расслабляемся в настоящем моменте.

Слова Будды

Посмотрим, что говорит о четвёртой джхане сам Будда. Стих 9 Анупада Сутты:

(9) Далее, монахи, с оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и недовольства, Сарипутта вошёл и пребывал в четвёртой джхане, которая ни-приятна-ни-болезненна, характерна чистейшей осознанностью из-за невозмутимости.

(10) И те состояния в четвёртой джхане — невозмутимость, ни-приятное-ни-болезненное чувство, умственная невзволнованность из-за безмятежности, чистота осознанности и единение ума; контакт, чувство, восприятие, намерение и ум; рвение, решимость, усердие, осознанность, невозмутимость и внимание — эти состояния были определены им одно за другим… …и с развитием этого [медитативного достижения] он подтвердил [для себя] то, что оно есть.

Заметим, что равностность («исчезновение радости и печали») с потерей телесных ощущений становится глубже («ни-боль-ни-удовольствие, внутренняя невовлечённость благодаря безмятежности» и «чистоте ума»). Остальная часть стиха 10 совпадает с описанием более ранних джхан. По-прежнему ещё есть отвлечения, кхандхи и много всего прочего. Мы не пытаемся избавиться от этого или погрузиться в состояние поглощения. Вместо этого мы просто наблюдаем, как они возникают и проходят: «не были — и вот есть; были — и вот исчезли». По мере того как мы видим это возникновение и исчезновение на всё более тонких уровнях, поток Зависимого Возникновения становится ещё яснее.

Множественность жизней

Во многих суттах Будда рассказывает о практиках посещения прошлых жизней и других миров. Например, типичный пассаж приведён в Кандарака Сутте (Мадджхима Никая 51):

(23) И опять, с оставлением удовольствия и боли и с предшествующим исчезновением радости и горя, он входит в четвёртую джхану и остаётся в ней, в которой имеет место ни-боль-ни-удовольствие, а также в чистоту ума, возникающую благодаря равностности.

(24) Когда ум был так сконцентрирован, очищен, ярок, незапятнан, лишён нечистоты, гибок, покорен, устойчив и погружён в неколебимость, он направляет его на Знание о воспоминании своих прошлых жизней. Он вспоминает множество своих прошлых жизней — одну, две… пять… десять… пятьдесят, сто, тысячу, сто тысяч, за многие эпохи сжатия мира, за многие эпохи расширения мира, за многие эпохи сжатия и расширения мира: «здесь я носил такое-то имя, принадлежал к такому-то сословию, таковой была моя внешность. Таковой была моя пища, таковой был мой опыт удовольствия и боли, таковым было окончание той моей жизни. Покинув это состояние, затем я появился тут. Тут тоже я носил такое-то имя, принадлежал к такому-то сословию, таковой была моя внешность. Таковой была моя пища, таковой был мой опыт удовольствия и боли, таковым было окончание той моей жизни. Покинув это состояние, затем я появился тут». Так он вспоминает множество своих жизней во всех их вариациях и деталях.

(25) Когда ум был так сконцентрирован, очищен, ярок, незапятнан, лишён нечистоты, гибок, покорен, устойчив и погружён в неколебимость, он направляет его на Знание о перерождении существ. Посредством божественного видения, очищенного и превосходящего человеческое, он видит, как существа покидают жизнь и перерождаются, и он различает, как они становятся низменными и высокими, прекрасными и уродливыми, удачливыми и неудачливыми в соответствии с их каммой: «Эти существа, которые придерживались плохого поведения в поступках, речах и мыслях, оскорбляли благородных, были привержены неверным воззрениям, предпринимая действия на основе неверных воззрений, с остановкой жизнедеятельности тела, после смерти, возрождаются на уровне лишений, с плохой участью, в нижних мирах, в аду. А эти существа, которые придерживались хорошего поведения в поступках, речах и мыслях, которые не оскорбляли благородных, были привержены верным воззрениям, предпринимая действия на основе верных воззрений, с остановкой жизнедеятельности тела, после смерти, возрождаются в хороших участях, в небесных мирах». Так, посредством божественного видения, очищенного и превосходящего человеческое, он видит, как существа покидают жизнь и перерождаются, и он различает, как они становятся низменными и высокими, прекрасными и уродливыми, удачливыми и неудачливыми в соответствии с их каммой.

Заметим, что в стихе 23 устанавливается четвёртая джхана как предварительное условие для рассмотрения прошлых жизней и иных миров. Стих 24 описывает вспоминание прошлых жизней и, очень бегло, то, что именно Будда видел. Стих 25 повествует, как он использовал «божественное око» (интуицию), чтобы наблюдать результаты жизней, проведённых «нездоровым образом» или «здоровым образом», и дальнейшее перерождение в адских или райских мирах вследствие этого.

Карта, составленная Буддой

Подпишитесь на рассылку о будущих ретритах, новых переводах Сутт, вопросах по Дхамме и важных новостях.

Метки:    

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *