Маджхима Никая 83
Макхадэва Cутта
Царь Макхадэва

1. Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал близ Митхилы, в Манговой Роще Макхадэвы.

2. И тогда в некоем месте Благословенный улыбнулся. Мысль пришла к Достопочтенному Ананде: «Какова причина улыбки Благословенного? Татхагаты не улыбаются без причины». Поэтому он закинул верхнее одеяние за плечо, сложил руки в почтительном приветствии Благословенного и спросил его:

«Учитель, какова причина твоей улыбки? Татхагаты не улыбаются без причины».

3. «Однажды, Ананда, в этой самой Митхиле жил царь по имени Макхадэва. Он был праведным царём, который правил согласно Дхамме, – великий царь, утверждённый в Дхамме. Он вёл себя в соответствии с Дхаммой, наряду с браминами и мирянами, горожанами и селянами, и он соблюдал Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца.

4. По истечении многих лет царь Макхадэва обратился к своему цирюльнику так: «Дорогой цирюльник, когда увидишь седые волосы на моей голове, скажи мне».

«Да, Ваше Величество», – ответил он. И через много лет цирюльник увидел седые волосы, растущие на голове царя Макхадэвы. Когда он увидел их, он сказал царю: «Небесные посланники появились, Ваше Величество. Седые волосы растут на голове Вашего Величества».

«Хорошо, дорогой цирюльник, тщательно вырви пинцетом эти седые волосы и положи мне на ладонь».

«Да, Ваше Величество», – ответил тот, тщательно вырвал пинцетом эти седые волосы и положил их на ладонь царя.

Тогда царь Макхадэва в качестве вознаграждения подарил своему цирюльнику [целую] деревню, позвал принца, своего старшего сына, и сказал: «Дорогой принц, появились небесные посланники[, предвестники старения и смерти]. Седые волосы растут на моей голове. Я наслаждался человеческими чувственными удовольствиями, а теперь пришла пора искать божественные чувственные удовольствия. Ну же, дорогой принц, принимай царствование. Я обрею волосы и бороду, надену жёлтые одежды и оставлю жизнь мирскую ради жизни бездомной. А когда, дорогой принц, ты так же увидишь, что седые волосы растут на твоей голове, то тогда, в качестве вознаграждения подарив своему цирюльнику [целую] деревню, дав принцу, твоему старшему сыну, тщательные наставления по царствованию, обрей волосы и бороду, надень жёлтые одежды и оставь жизнь мирскую ради жизни бездомной. Продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним. Дорогой принц, когда живут два человека, тот, при ком происходит нарушение этой благой практики, и является последним из них. Поэтому, дорогой принц, я говорю тебе: продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним».

5. И затем, подарив в качестве вознаграждения своему цирюльнику [целую] деревню, тщательно наставив принца, своего старшего сына, в царствовании, в Манговой Роще Макхадэвы он обрил свои волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным любящей добротой, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным любящей добротой, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным состраданием, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным состраданием, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным восприимчивой радостью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным восприимчивой радостью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным равностностью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным равностностью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

6. Много лет царь Макхадэва играл в детские игры. Много лет он был наместником. Много лет он правил царством. Много лет он вёл святую жизнь в этой роще Макхадэвы после того, как обрил волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной. Развив четыре божественных обители, с распадом тела после смерти он перешёл в мир Брахмы.

7. И по истечении многих лет сын царя Макхадэвы обратился к своему цирюльнику так: «Дорогой цирюльник, когда увидишь седые волосы на моей голове, скажи мне».

«Да, Ваше Величество», – ответил он. И через много лет цирюльник увидел седые волосы, растущие на голове сына царя Макхадэвы. Когда он увидел их, он сказал царю: «Небесные посланники появились, Ваше Величество. Седые волосы растут на голове Вашего Величества».

«Хорошо, дорогой цирюльник, тщательно вырви пинцетом эти седые волосы и положи мне на ладонь».

«Да, Ваше Величество», – ответил тот, тщательно вырвал пинцетом эти седые волосы и положил их на ладонь царя.

Тогда сын царя Макхадэвы в качестве вознаграждения подарил своему цирюльнику [целую] деревню, позвал принца, своего старшего сына, и сказал: «Дорогой принц, появились небесные посланники, [предвестники старения и смерти]. Седые волосы растут на моей голове. Я наслаждался человеческими чувственными удовольствиями, а теперь пришла пора искать божественные чувственные удовольствия. Ну же, дорогой принц, принимай царствование. Я обрею волосы и бороду, надену жёлтые одежды и оставлю жизнь мирскую ради жизни бездомной. А когда, дорогой принц, ты так же увидишь, что седые волосы растут на твоей голове, то тогда, в качестве вознаграждения подарив своему цирюльнику [целую] деревню, дав принцу, твоему старшему сыну, тщательные наставления по царствованию, обрей волосы и бороду, надень жёлтые одежды и оставь жизнь мирскую ради жизни бездомной. Продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним. Дорогой принц, когда живут два человека, тот, при ком происходит нарушение этой благой практики, и является последним из них. Поэтому, дорогой принц, я говорю тебе: продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним».

8. И затем, подарив в качестве вознаграждения своему цирюльнику [целую] деревню, тщательно наставив принца, своего старшего сына, в царствовании, в Манговой Роще Макхадэвы он обрил свои волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным любящей добротой, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным любящей добротой, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным состраданием, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным состраданием, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным восприимчивой радостью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным восприимчивой радостью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным равностностью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным равностностью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

9. Много лет сын царя Макхадэвы играл в детские игры. Много лет он был наместником. Много лет он правил царством. Много лет он вёл святую жизнь в этой роще Макхадэвы после того, как обрил волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной. Развив четыре божественных обители, с распадом тела после смерти он перешёл в мир Брахмы.

10. Множество потомков царя Макхадэвы в линии преемственности, сбрив волосы и бороду, надев жёлтые одежды, оставляли жизнь мирскую ради жизни бездомной в этой Манговой Роще Макхадэвы.

Они пребывали, наполняя одну сторону света умом, насыщенным любящей добротой, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, они наполняли весь мир умом, насыщенным любящей добротой, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Они пребывали, наполняя одну сторону света умом, насыщенным состраданием, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, они наполняли весь мир умом, насыщенным состраданием, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Они пребывали, наполняя одну сторону света умом, насыщенным восприимчивой радостью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, они наполняли весь мир умом, насыщенным восприимчивой радостью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Они пребывали, наполняя одну сторону света умом, насыщенным равностностью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, они наполняли весь мир умом, насыщенным равностностью, – щедрым, возвышенным, безмерным, не имеющим враждебности и недоброжелательности.

11. Много лет они играли в детские игры. Много лет они были наместниками. Много лет они правили царством. Много лет они вели святую жизнь в этой роще Макхадэвы после того, как обрили волосы и бороду, надели жёлтые одежды и оставили жизнь мирскую ради жизни бездомной. Развив четыре божественных обители, с распадом тела после смерти они перешли в мир Брахмы.

12. Ними был последним из тех царей. Он был праведным царём, который правил согласно Дхамме, – великий царь, утверждённый в Дхамме. Он вёл себя в соответствии с Дхаммой, наряду с браминами и мирянами, горожанами и селянами, и он соблюдал Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца.

13. Однажды, Ананда, когда боги мира Тридцати Трёх собрались вместе и сидели в Судхамме, зале собраний, между ними случилась такая беседа: «Какое благо, почтенные, для людей из Видехи, какое великое благо для людей из Видехи, что их царь Ними – праведный царь, который правит согласно Дхамме, – великий царь, утверждённый в Дхамме. Он ведёт себя в соответствии с Дхаммой, наряду с браминами и мирянами, горожанами и селянами, и он соблюдает Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца».

И тогда Сакка, царь богов, обратился к богам мира Тридцати Трёх: «Почтенные, хотите ли вы повидать царя Ними?»

«Почтенный, мы хотели бы повидать царя Ними».

И в то время на Упосатху, на пятнадцатый день, царь Ними вымыл голову и спустился в нижние апартаменты дворца, где и сидел, соблюдая Упосатху. И тогда, подобно тому как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, Сакка, царь богов, исчез из мира Тридцати Трёх и возник перед царём Ними. Он сказал: «Какое благо для тебя, великий царь, какое великое благо для тебя, великий царь. Когда боги мира Тридцати Трёх собрались вместе и сидели в Судхамме, зале собраний, между ними случилась такая беседа: «Какое благо, почтенные, для людей из Видехи, какое великое благо для людей из Видехи, что их царь Ними – праведный царь, который правит согласно Дхамме, – великий царь, утверждённый в Дхамме. Он ведёт себя в соответствии с Дхаммой, наряду с браминами и мирянами, горожанами и селянами, и он соблюдает Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца». Великий царь, боги хотят тебя видеть. Я отправлю за тобой, великий царь, колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов. Без опасений, великий царь, взбирайся на божественную колесницу».

Царь Ними молча согласился. И тогда, подобно тому как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, Сакка, царь богов, исчез перед царём Ними и возник среди богов мира Тридцати Трёх.

14. И тогда Сакка, царь богов, обратился к своему колесничему Матали: «Ну же, дорогой Матали, приготовь колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов, отправляйся к царю Ними и скажи: «Великий царь, эту колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов, послал за тобой царь богов Сакка. Без опасений, великий царь, взбирайся на божественную колесницу».

«Ваше слово священно», – ответил колесничий Матали. И, приготовив колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов, он отправился к царю Ними и сказал: «Великий царь, эту колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов, послал за тобой царь богов Сакка. Без опасений, великий царь, взбирайся на божественную колесницу. Но, великий царь, каким путём мне везти тебя: тем, посредством которого делатели зла переживают результаты своих злых деяний, или же тем, посредством которого делатели блага переживают результаты благих деяний?»

«Вези меня обоими путями, Матали».

15. Матали привёз царя Ними в Судхамму, зал собраний. Сакка, царь богов, увидел царя Ними издали и сказал: «Идём, великий царь! Добро пожаловать, великий царь! Боги мира Тридцати Трёх, великий царь, сидят в Судхамме, зале собраний, и говорят так: «Какое благо, почтенные, для людей из Видехи, какое великое благо для людей из Видехи, что их царь Ними – праведный царь, который правит согласно Дхамме, – великий царь, утверждённый в Дхамме. Он ведёт себя в соответствии с Дхаммой, наряду с браминами и мирянами, горожанами и селянами, и он соблюдает Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца». Великий царь, боги мира Тридцати Трёх желают тебя видеть. Великий царь, наслаждайся небесным могуществом среди богов».

«Довольно, почтенный. Пусть колесничий отвезёт меня обратно в Митхилу. Там я буду вести себя в соответствии с Дхаммой среди браминов, мирян, горожан и селян. Там я буду соблюдать Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца».

16. И тогда Сакка, царь богов, сказал колесничему Матали: «Ну же, дорогой Матали, подготовь колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов, и вези царя Ними обратно в Митхилу».

«Ваше слово священно», – ответил колесничий Матали. И, подготовив колесницу, запряжённую тысячей чистокровных скакунов, он отвёз царя Ними обратно в Митхилу. И там, действительно, царь Ними вёл себя в соответствии с Дхаммой среди браминов, домохозяев, горожан и селян. Там он соблюдал Упосатху на четырнадцатый, пятнадцатый и восьмой день половины месяца.

17. По истечении многих лет царь Ними обратился к своему цирюльнику так: «Дорогой цирюльник, когда увидишь седые волосы на моей голове, скажи мне».

«Да, Ваше Величество», – ответил он. И через много лет цирюльник увидел седые волосы, растущие на голове царя Ними. Когда он увидел их, он сказал царю: «Небесные посланники появились, Ваше Величество. Седые волосы растут на голове Вашего Величества».

«Хорошо, дорогой цирюльник, тщательно вырви пинцетом эти седые волосы и положи мне на ладонь».

«Да, Ваше Величество», – ответил тот, тщательно вырвал пинцетом эти седые волосы и положил их на ладонь царя.

Тогда царь Ними в качестве вознаграждения подарил своему цирюльнику [целую] деревню, позвал принца, своего старшего сына, и сказал: «Дорогой принц, появились небесные посланники[, предвестники старения и смерти]. Седые волосы растут на моей голове. Я наслаждался человеческими чувственными удовольствиями, а теперь пришла пора искать божественные чувственные удовольствия. Ну же, дорогой принц, принимай царствование. Я обрею волосы и бороду, надену жёлтые одежды и оставлю жизнь мирскую ради жизни бездомной. А когда, дорогой принц, ты так же увидишь, что седые волосы растут на твоей голове, то тогда, в качестве вознаграждения подарив своему цирюльнику [целую] деревню, дав принцу, твоему старшему сыну, тщательные наставления по царствованию, обрей волосы и бороду, надень жёлтые одежды и оставь жизнь мирскую ради жизни бездомной. Продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним. Дорогой принц, когда живут два человека, тот, при ком происходит нарушение этой благой практики, и является последним из них. Поэтому, дорогой принц, я говорю тебе: продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним».

18. И затем, подарив в качестве вознаграждения своему цирюльнику [целую] деревню, тщательно наставив принца, своего старшего сына, в царствовании, в Манговой Роще Ними он обрил свои волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным любящей добротой, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным любящей добротой, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным состраданием, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным состраданием, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным восприимчивой радостью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным восприимчивой радостью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

Он пребывал, наполняя одну сторону света умом, насыщенным равностностью, равно как и другую сторону, третью сторону и четвёртую сторону. Так, вверху, внизу, вокруг и всюду, ко всем, как к самому себе, он наполнял весь мир умом, насыщенным равностностью, – щедрым, возвышенным, безмерным, свободным от враждебности и недоброжелательности.

19. Много лет царь Ними играл в детские игры. Много лет он был наместником. Много лет он правил царством. Много лет он вёл святую жизнь в этой роще Ними после того, как обрил волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной. Развив четыре божественных обители, с распадом тела после смерти он перешёл в мир Брахмы.

20. И вот у царя Ними был сын по имени Калараджанака. Он не оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной. Он нарушил эту благую практику. Он был последним из них.

21. И теперь, Ананда, ты можешь подумать так: «Вне сомнений, в том случае этим царём Макхадэвой, который установил эту благую практику, был кто-то другой». Но тебе не следует так считать. Я был этим царём Макхадэвой. Я установил эту благую практику, и последующие поколения продолжали эту благую практику, установленную мной. Но тот вид практики не ведёт к освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане, но [ведёт] только к перерождению в мире Брахмы.

Но есть этот вид благой практики, который был установлен мной сейчас и который ведёт к полному освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане.

И что это за вид практики? Это этот самый Восьмеричный Благородный Путь, а именно: правильное воззрение, правильное намерение, правильная речь, правильное поведение, правильный образ жизни, правильное усилие, правильное памятование, правильная собранность ума. Этот вид благой практики был установлен мной сейчас, и он ведёт к полному освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане.

Ананда, я говорю тебе: продолжай эту благую практику, которая была установлена мной. Не будь последним. Ананда, когда живут два человека, тот, при ком происходит нарушение этой благой практики, и является последним из них. Поэтому, Ананда, я говорю тебе: продолжи эту благую практику, установленную мной, не будь последним».

Так сказал Благословенный. Достопочтенный Ананда был доволен и восхитился словами Благословенного.