Маджхима Никая 81
Гхатикара Сутта
Гончар Гхатикара

1. Так я слышал. Однажды Благословенный странствовал по стране Косал вместе с большой Сангхой монахов.

2. И тогда в определённом месте неподалёку от главной дороги Благословенный улыбнулся. Мысль пришла к Достопочтенному Ананде: «Почему Благословенный улыбнулся? Татхагаты не улыбаются без причины». Поэтому он закинул верхнее одеяние за плечо, сложил руки в почтительном приветствии Благословенного и спросил его:

«Достопочтенный, почему Благословенный улыбнулся? Татхагаты не улыбаются без причины».

3. «Однажды, Ананда, в этом месте был процветающий людный торговый город под названием Вебхалинга, с многочисленными жителями, с множеством людей. И в то время Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, жил рядом с торговым городом Вебхалингой. И именно здесь у Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого, находился его монастырь. В действительности, именно на этом самом месте Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, сидел и давал наставления Сангхе монахов».

4. И тогда Достопочтенный Ананда сложил вчетверо свою сшитую из лоскутов накидку, расстелил её и сказал Благословенному: «В таком случае, Достопочтенный, пусть Благословенный присядет. Таким образом это место будет использовано [сразу] двумя совершенными, полностью просветлёнными». Благословенный сел на подготовленное сиденье и обратился к Достопочтенному Ананде так:

5. «Однажды, Ананда, в этом месте был процветающий людный торговый город под названием Вебхалинга, с многочисленными жителями, с множеством людей. И в то время Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, жил рядом с торговым городом Вебхалингой. И именно здесь у Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого, находился его монастырь. В действительности, именно на этом самом месте Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, сидел и давал наставления Сангхе монахов.

6. В Вебхалинге у Благословенного Кассапы был жертвователь, его главный жертвователь, гончар по имени Гхатикара. У гончара Гхатикары был друг, близкий друг, браминский ученик по имени Джотипала*.

Однажды гончар Гхатикара обратился к браминскому ученику Джотипале: «Дорогой Джотипала, пойдём навестим Благословенного Кассапу, совершенного и полностью просветлённого. Я говорю тебе, что было бы очень хорошо повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого». Браминский ученик Джотипала ответил: «Довольно, дорогой Гхатикара. Какой толк в том, чтобы видеть этого бритоголового духовного странника?»

«И во второй и в третий раз гончар Гхатикара сказал: «Дорогой Джотипала, пойдём навестим Благословенного Кассапу, совершенного и полностью просветлённого. Я говорю тебе, что было бы очень хорошо повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого». И во второй и в третий раз браминский ученик Джотипала ответил: «Довольно, дорогой Гхатикара. Какой толк в том, чтобы видеть этого бритоголового духовного странника?»

«Тогда, дорогой Джотипала, возьмём мочало и мыло и пойдём к реке искупаться».

«Отлично», – ответил Джотипала.

7. И вот гончар Гхатикара и браминский ученик Джотипала взяли мочало и мыло и отправились к реке искупаться. Затем Гхатикара сказал Джотипале: «Дорогой Джотипала, вон там, неподалёку, монастырь Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого. Я говорю тебе, что было бы очень хорошо повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого». Джотипала ответил: «Довольно, дорогой Гхатикара. Какой толк в том, чтобы видеть этого бритоголового духовного странника?»

И во второй раз и в третий раз Гхатикара сказал: «Дорогой Джотипала, вон там, неподалёку, монастырь Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого. Я говорю тебе, что было бы очень хорошо повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого». И во второй и в третий раз Джотипала ответил: «Довольно, дорогой Гхатикара. Какой толк в том, чтобы видеть этого бритоголового духовного странника?»

8. Тогда гончар Гхатикара схватил браминского ученика Джотипалу за пояс и [опять] сказал: «Дорогой Джотипала, вон там, неподалёку, монастырь Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого. Я говорю тебе, что было бы очень хорошо повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого». Тогда браминский ученик Джотипала развязал свой пояс и сказал: «Довольно, дорогой Гхатикара. Какой толк в том, чтобы видеть этого бритоголового духовного странника?»

9. И потом, когда браминский ученик Джотипала вымыл свою голову, гончар Гхатикара схватил его за волосы и [опять] сказал: «Дорогой Джотипала, вон там, неподалёку, монастырь Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого. Я говорю тебе, что было бы очень хорошо повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого».

Тогда браминский ученик Джотипала подумал: «Удивительно, поразительно, что этот гончар Гхатикара, который более низкого рождения, отважился схватить меня за волосы, когда мы вымыли наши головы! Воистину, здесь что-то не так». И он сказал гончару Гхатикаре: «Вот как далеко ты готов зайти, дорогой Гхатикара?!»

«Да, вот как далеко я готов зайти, дорогой Джотипала, вот насколько это, я говорю тебе, было бы хорошо – повидать этого Благословенного, совершенного и полностью просветлённого!»

«Ну что ж, дорогой Гхатикара, отпусти меня. Пойдём повидаем его».

10. Так гончар Гхатикара и браминский ученик Джотипала отправились к Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому. Гхатикара, поклонившись ему, сел рядом, тогда как Джотипала обменялся с ним вежливыми приветствиями и, после обмена вежливыми приветствиями и любезностями, также сел рядом. Тогда Гхатикара сказал Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому: «Господин, это браминский ученик Джотипала, мой друг, близкий друг. Пусть Благословенный научит его Дхамме».

И тогда Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, наставлял, призывал, воодушевлял и радовал гончара Гхатикару и браминского ученика Джотипалу изложением Дхаммы. По завершении изложения, восхитившись и порадовавшись словам Благословенного Кассапы, они встали со своих сидений, поклонились Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому, и, обойдя его с правой стороны, ушли.

11. И тогда Джотипала спросил Гхатикару: «И теперь, когда ты услышал эту Дхамму, дорогой Гхатикара, почему ты не оставишь жизнь мирскую жизнь ради жизни бездомной?»

«Дорогой Джотипала, разве ты не знаешь, что я содержу своих слепых состарившихся родителей?»

«Тогда, дорогой Гхатикара, я оставлю жизнь мирскую ради жизни бездомной».

12. Так гончар Гхатикара и браминский ученик Джотипала отправились к Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому. Поклонившись ему, они сели рядом, и гончар Гхатикара сказал Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому: «Господин, это браминский ученик Джотипала, мой друг, близкий друг. Пусть Благословенный даст ему монашеское посвящение». И браминский ученик Джотипала получил младшее монашеское посвящение от Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого, а затем получил он и высшее монашеское посвящение.

13. И вскоре после того, как браминский ученик Джотипала получил полное посвящение, – [а именно] через полмесяца после того, как он получил полное посвящение, – Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, побыв в Вебхалинге столько, сколько считал нужным, отправился в странствие в направлении Варанаси. Странствуя переходами, со временем он прибыл в Варанаси, где остановился в Оленьем Парке в Исипатане.

14. И тогда царь Кики из Каси услышал: «Похоже, Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, дошёл до Варанаси и остановился в Оленьем Парке в Исипатане». Поэтому он снарядил несколько царских экипажей, взобрался в царский экипаж и выехал из Варанаси со всем царским великолепием, чтобы повидать Благословенного Кассапу. Он ехал, пока дорога была проходимой для экипажей, затем спешился и пошёл пешком к Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому. Поклонившись ему, он сел рядом, и Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, наставлял, призывал, воодушевлял и радовал царя Кики из Каси изложением Дхаммы.

15. По завершении изложения царь Кики из Каси сказал: «Господин, пусть Благословенный вместе с Сангхой монахов согласится принять приглашение от меня на завтрашний обед». Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, молча согласился. И тогда, осознав, что Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, согласился, он встал со своего сиденья, поклонился ему и, обойдя его с правой стороны, ушёл.

16. И когда минула ночь, царь Кики из Каси приготовил в своём доме различные виды превосходной еды – красный рис с выбранными чёрными зёрнами, хранившийся в снопах, вместе с многочисленными соусами и карри – и объявил Благословенному Кассапе, совершенному и полностью просветлённому, о том, что всё готово: «Время пришло, Господин, кушанье готово».

17. И тогда, утром, Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, оделся, взял чашу и верхнее одеяние и отправился с Сангхой монахов к дому царя Кики из Каси, где сел на подготовленное сиденье. Затем царь Кики из Каси собственноручно обслужил Сангху монахов во главе с Буддой различными видами превосходной еды. Когда Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, поел и убрал чашу в сторону, царь Кики из Каси выбрал более низкое сиденье, сел рядом и сказал:

«Господин, пусть Благословенный согласится принять от меня приглашение провести сезон дождей в Варанаси. Там будет такое же услужение Сангхе».

«Довольно, царь, мне уже обеспечено проживание на сезон дождей».

И во второй раз и в третий раз царь Кики из Каси сказал: «Господин, пусть Благословенный согласится принять от меня приглашение провести сезон дождей в Варанаси. Это будет полезно для Сангхи».

«Довольно, царь, мне уже обеспечено проживание на сезон дождей».

Царь подумал: «Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, не соглашается принять моё приглашение провести сезон дождей в Варанаси», – и сильно огорчился.

18. Тогда он сказал: «Господин, неужели у вас есть лучший жертвователь, нежели я?»

«Это так, великий царь. Есть торговый город под названием Вебхалинга, и там проживает гончар по имени Гхатикара. Он мой жертвователь, мой главный жертвователь. И вот ты, великий царь, подумал: «Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, не соглашается принять моё приглашение провести сезон дождей в Варанаси», – и ты сильно огорчился. Но гончар Гхатикара не стал бы, и не станет. Гончар Гхатикара принял прибежище в Будде, Дхамме и Сангхе. Он воздерживается от убийства живых существ, от взятия того, что не было дано, от неблагого поведения в чувственных удовольствиях, от лжи, от вина, спиртного и одурманивающих веществ, что являются основой для беспечности. Он имеет непоколебимое доверие к Будде, Дхамме и Сангхе, и он обладает нравственными качествами, которые ценимы Благородными. Он не имеет сомнений в отношении страданий, в отношении источника страданий, в отношении прекращения страданий и в отношении пути к прекращению страданий. Он ест только один раз в день, он соблюдает целомудрие, он соблюдает нравственные предписания, обладает хорошим характером. Он не прикасается к самоцветам и золоту, не прикасается к золоту и серебру. Он не копает землю ради добычи глины киркой или же своими руками. [Ту глину,] что отломилась с берегов реки или же выброшена [на поверхность земли] крысами, он собирает и несёт домой в коробе. Когда [из этой глины] он изготовил горшок, он говорит: «Пусть тот, кто хочет, положит отборный рис, или отборные бобы, или отборную чечевицу, и пусть заберёт любой [горшок], который пожелает»[, – живя натуральным обменом]. Он содержит своих слепых состарившихся родителей. Уничтожив пять нижних оков, он является тем, кто переродится спонтанно [в мире Чистых Обителей] и там достигнет окончательной Ниббаны, никогда более не возвращаясь из того мира [в этот].

19. Однажды, когда я жил в Вебхалинге, утром я оделся, взял чашу и верхнее одеяние, подошёл к родителям гончара Гхатикары и спросил их: «Не подскажете, куда ушёл гончар?»

«Почтенный, твой жертвователь отлучился. Но бери из чана рис и соус из котелка и кушай».

Я сделал так и ушёл. Затем гончар Гхатикара пришёл к родителям и спросил: «Кто взял рис из чана и соус из котелка, съел и ушёл?»

«Дорогой, это был Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый».

Тогда гончар Гхатикара подумал: «Какое благо для меня, какое великое благо для меня, что Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, обладает ко мне таким доверием!» И восторг и счастье ни на миг не оставляли его в течение двух недель, а его родителей – в течение недели.

20. В другой раз, когда я проживал в Вебхалинге, утром я оделся, взял чашу и верхнее одеяние, подошёл к родителям гончара Гхатикары и спросил их: «Не подскажете, куда ушёл гончар?»

«Почтенный, твой жертвователь отлучился. Но бери из сосуда кашу и соус из котелка и кушай».

Я сделал так и ушёл. Затем гончар Гхатикара пришёл к родителям и спросил: «Кто взял из кашу из сосуда и соус из котелка, съел и ушёл?»

«Дорогой, это был Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый».

Тогда гончар Гхатикара подумал: «Какое благо для меня, какое великое благо для меня, что Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, обладает ко мне таким доверием!» И восторг и счастье ни на миг не оставляли его в течение двух недель, а его родителей – в течение недели.

21. В другой раз, когда я проживал в Вебхалинге, [крыша] в моей хижине прохудилась. Тогда я обратился к монахам так: «Идите, монахи, и узнайте, есть ли какая-нибудь трава у дома гончара Гхатикары».

«Учитель, у дома гончара Гхатикары нет травы, но крыша его дома — соломенная».

«Идите, монахи, и возьмите солому из крыши дома гончара Гхатикары».

И так они и поступили. Тогда родители гончара Гхатикары спросили монахов: «Кто берёт солому из крыши дома?»

«Сестра, [крыша] хижины Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого, прохудилась».

«Берите, достопочтенные, берите, дорогие!»

Затем гончар Гхатикара пришёл к родителям и спросил: «Кто взял солому из крыши дома?»

«Дорогой, это были монахи. [Крыша] хижины Благословенного Кассапы, совершенного и полностью просветлённого, прохудилась».

Тогда гончар Гхатикара подумал: «Какое благо для меня, какое великое благо для меня, что Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, обладает ко мне таким доверием!» И восторг и счастье ни на миг не оставляли его в течение двух недель, а его родителей – в течение недели. И тогда дом гончара Гхатикары оставался целых три месяца с [открытым] небом вместо крыши, но всё же дождь не ни разу не выпал на него.

Вот каков гончар Гхатикара».

«Какое благо для гончара Гхатикары, какое великое благо для него, что Благословенный Кассапа, совершенный и полностью просветлённый, так на него полагается».

22. И тогда царь Кики из Каси отправил гончару Гхатикаре множество телег красного риса, собранного в снопах, а также специи для соусов. И затем люди царя отправились к гончару Гхатикаре и сказали ему: «Почтенный, вот множество телег красного риса, собранного в снопах, а также специи для соусов. Всё это царь Кики из Каси отправил для тебя. Будь добр, прими их».

«Царь слишком добр ко мне. Мне всего хватает. Пусть это останется у царя».

И теперь, Ананда, ты можешь подумать так: «Вне сомнений, этим браминским учеником Джотипалой был кто-то другой». Но тебе не следует так считать. Тем браминским учеником Джотипалой был я».

Так сказал Благословенный. Достопочтенный Ананда был доволен и восхитился словами Благословенного.

 

___________

* См. также СН 1.50.