Маджхима Никая 122
Махасуньята Сутта
Большая беседа о пустотности

1. Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в стране Сакьев, в Капилаваттху, в Парке Нигродхи.

2. И тогда утром Благословенный оделся, взял свою чашу и одеяние и отправился в Капилаваттху за подаяниями. Вернувшись из Капилаваттху с подаяниями, после принятия пищи он отправился в жилище Калакхемаки из клана Сакьев, чтобы провести там остаток дня. И в то время в жилище Сакья Калакхемаки было приготовлено множество мест для отдыха. Когда Благословенный увидел это, он подумал: «В жилище Сакья Калакхемаки приготовлено множество мест для отдыха. Разве здесь проживает много монахов?»

И в то время Достопочтенный Ананда вместе с этими многими монахами был занят приготовлением одеяний в жилище Гхаты из клана Сакьев. И тогда вечером Благословенный вышел из затворничества и отправился в жилище Сакья Гхаты. Там он сел на подготовленное сиденье и спросил Достопочтенного Ананду:

«Ананда, в жилище Сакья Калакхемаки приготовлено множество мест для отдыха. Разве там проживает много монахов?»

«Достопочтенный, в жилище Сакья Калакхемаки приготовлено множество мест для отдыха. Там проживает много монахов. Сейчас время изготовления одеяний [и потому все собрались вместе], Достопочтенный».

3. «Ананда, монах не сияет, когда он наслаждается компанией, находит наслаждение в компании, предаётся наслаждению компанией; когда он наслаждается обществом, находит наслаждение в обществе, радуется обществу. Воистину, Ананда, не может быть такого, чтобы монах, который наслаждается компанией, находит наслаждение в компании, предаётся наслаждению компанией; когда он наслаждается обществом, находит наслаждение в обществе, радуется обществу, обретёт по желанию, без сложностей и проблем, блаженство отречения, блаженство затворничества, блаженство покоя, блаженство просветления. Но можно ожидать, что, когда монах проживает в уединении, отдельно от общества, он обретёт по желанию, без сложностей и проблем, блаженство отречения, блаженство затворничества, блаженство покоя, блаженство просветления.

4. Воистину, Ананда, не может быть такого, чтобы монах, который наслаждается компанией, находит наслаждение в компании, предаётся наслаждению компанией; когда он наслаждается обществом, находит наслаждение в обществе, радуется обществу, когда-либо войдёт и будет пребывать либо в освобождении ума временном и восхитительном, либо в [освобождении ума] постоянном и непоколебимом. Но можно ожидать, что когда монах проживает в уединении, отдельно от общества, он будет пребывать либо в освобождении ума временном и восхитительном, либо в [освобождении ума] постоянном и непоколебимом.

5. Ананда, я не вижу ни одной формы, из-за изменения и перемены которой не возникала бы печаль, стенание, боль, уныние и отчаяние в том, кто жаждет её и находит в ней наслаждение.

6. Однако, Ананда, есть следующее пребывание, открытое Татхагатой: войти и пребывать внутренне в пустотности, уведя внимание от всех объектов. Если, когда Татхагата пребывает так, его посещают монахи или монахини, миряне или мирянки, цари или царские министры, учителя других учений или их ученики, то тогда – с умом, склоняющимся к уединению, стремящимся и тянущимся к уединению, замкнутым, наслаждающимся отречением, а также всецело избавившимся от всего, что является основанием для помрачений, – он неизменно беседует с ними так, чтобы побыстрее отпустить их.

7. Поэтому, Ананда, если монаху следует стремиться к тому, чтобы войти в пустотность и пребывать в ней, ему нужно внутренне утвердить свой ум, успокоить его, подвести к единению и собранности. И как он внутренне утверждает свой ум, успокаивает его, подводит к единению и собранности?

8. Вот, Ананда, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от нездоровых состояний ума, монах входит в первую джхану и пребывает в ней, которая сопровождается думанием об объекте медитации и вглядыванием в него, с радостью и удовольствием, которые возникли из-за этой отстранённости.

С угасанием думания об объекте медитации и вглядывания в него монах входит во вторую джхану и пребывает в ней, в которой наличествуют внутренняя уверенность и единение ума, в которой нет думания и вглядывания, но есть радость и удовольствие, которые возникли посредством сосредоточения.

С угасанием радости монах пребывает невозмутимым, осознанным, бдительным и ощущает удовольствие в теле. Он входит в третью джхану и пребывает в ней, о которой Благородные говорят так: «Он невозмутим, осознан, пребывает в удовольствии».

С оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и недовольства, монах входит в четвёртую джхану и пребывает в ней, которая ни-приятна-ни-болезненна, характерна чистейшей осознанностью из-за равностности.

9. Затем он внутренне уделяет внимание пустотности. И хотя он внутренне уделяет внимание пустотности, его ум не входит в пустотность внутренне и не обретает уверенности, устойчивости, решимости. Когда это так, он понимает: «Хотя я внутренне уделяю внимание пустотности, мой ум не входит в пустотность внутренне и не обретает уверенности, устойчивости, решимости». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Он внешне уделяет внимание пустотности. И хотя он внешне уделяет внимание пустотности, его ум не входит в пустотность внешне и не обретает уверенности, устойчивости, решимости. Когда это так, он понимает: «Хотя я внешне уделяю внимание пустотности, мой ум не входит в пустотность внешне и не обретает уверенности, устойчивости, решимости». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Он внутренне и внешне уделяет внимание пустотности. И хотя он внутренне и внешне уделяет внимание пустотности, его ум не входит в пустотность внутренне и внешне и не обретает уверенности, устойчивости, решимости. Когда это так, он понимает: «Хотя я внутренне и внешне уделяю внимание пустотности, мой ум не входит в пустотность внутренне и внешне и не обретает уверенности, устойчивости, решимости». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Он уделяет внимание непоколебимости. И хотя он уделяет внимание непоколебимости, его ум не входит в непоколебимость и не обретает уверенности, устойчивости, решимости. Когда это так, он понимает: «Хотя я уделяю внимание непоколебимости, мой ум не входит в непоколебимость и не обретает уверенности, устойчивости, решимости». Подобным образом он полностью осознаёт это.

10. Тогда этому монаху следует внутренне утвердить свой ум, успокоить его, подвести к единению, собрать его на этом же самом объекте медитации, что и прежде.

Затем он внутренне уделяет внимание пустотности. Когда он внутренне уделяет внимание пустотности, его ум входит в пустотность внутренне и обретает уверенность, устойчивость, решимость. Когда это так, он понимает: «Когда я уделяю внимание пустотности, мой ум входит в пустотность внутренне и обретает уверенность, устойчивость, решимость». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Он внешне уделяет внимание пустотности. Когда он внешне уделяет внимание пустотности, его ум входит в пустотность внешне и обретает уверенность, устойчивость, решимость. Когда это так, он понимает: «Когда я уделяю внимание пустотности, мой ум входит в пустотность внешне и обретает уверенность, устойчивость, решимость». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Он внутренне и внешне уделяет внимание пустотности. Когда он внутренне и внешне уделяет внимание пустотности, его ум входит в пустотность внутренне и внешне и обретает уверенность, устойчивость, решимость. Когда это так, он понимает: «Когда я уделяю внимание пустотности, мой ум входит в пустотность внутренне и внешне и обретает уверенность, устойчивость, решимость». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Он уделяет внимание непоколебимости. Когда он уделяет внимание непоколебимости, его ум входит в непоколебимость и обретает уверенность, устойчивость, решимость. Когда это так, он понимает: «Когда я уделяю внимание непоколебимости, мой ум входит в непоколебимость и обретает уверенность, устойчивость, решимость». Подобным образом он полностью осознаёт это.

11. Когда монах пребывает так, то, если его ум склоняется к ходьбе, он ходит, понимая: «Когда я хожу так, злотворные нездоровые состояния алчности и уныния не одолевают меня». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Когда монах пребывает так, то, если его ум склоняется к стоянию, он стоит, понимая: «Когда я стою так, злотворные нездоровые состояния алчности и уныния не одолевают меня». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Когда монах пребывает так, то, если его ум склоняется к сидению, он сидит, понимая: «Когда я сижу так, злотворные нездоровые состояния алчности и уныния не одолевают меня». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Когда монах пребывает так, то, если его ум склоняется к лежанию, он лежит, понимая: «Когда я лежу так, злотворные нездоровые состояния алчности и уныния не одолевают меня». Подобным образом он полностью осознаёт это.

12. Когда монах пребывает так, то, если его ум склоняется к разговорам, он решает так: «Разговоры низкие, вульгарные, грубые, постыдные, неполезные, которые не ведут к освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане, то есть разговоры о царях, о ворах, о министрах, об армиях, об опасностях, о сражениях, о еде, о питье, об одежде, о постелях, о гирляндах, о благовониях, о родственниках, о средствах передвижения, о деревнях, о поселениях, о городах, о странах, о женщинах, о героях, об улицах, о колодцах, об усопших, о всяких мелочах, о происхождении мира, о возникновении моря, о том, являются ли вещи такими или иными, – в таких разговорах я не буду участвовать». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Но также он решает так: «Разговоры, которые связаны со стиранием помрачений, которые способствуют освобождению ума, которые ведут к полному освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане, то есть разговоры о том, чтобы сводить желания к минимуму, о довольствовании [тем, что есть], об уединении, о невовлечённости в дела людей, о взращивании усердия, о нравственности, о собирании ума, о мудрости, об освобождении, о знании и видении освобождения – в таких разговорах я буду участвовать». Подобным образом он полностью осознаёт это.

13. Когда монах пребывает так, то, если его ум склоняется к думанию, он решает так: «Мысли низкие, вульгарные, грубые, постыдные, неполезные, которые не ведут к освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане, то есть мысли о царях, о ворах, о министрах, об армиях, об опасностях, о сражениях, о еде, о питье, об одежде, о постелях, о гирляндах, о благовониях, о родственниках, о средствах передвижения, о деревнях, о поселениях, о городах, о странах, о женщинах, о героях, об улицах, о колодцах, об усопших, о всяких мелочах, о происхождении мира, о возникновении моря, о том, являются ли вещи такими или иными, – такие мысли я питать не буду». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Но также он решает так: «Мысли, которые связаны со стиранием помрачений, которые способствуют освобождению ума, которые ведут к полному освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане, то есть мысли о том, чтобы сводить желания к минимуму, о довольствовании [тем, что есть], об уединении, о невовлечённости в дела людей, о взращивании усердия, о нравственности, о собирании ума, о мудрости, об освобождении, о знании и видении освобождения – такие мысли я буду питать». Подобным образом он полностью осознаёт это.

14. Ананда, есть следующие пять пут чувственного удовольствия, а именно:

Формы, познаваемые глазом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть.

Звуки, познаваемые ухом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть.

Запахи, познаваемые носом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть.

Вкусы, познаваемые языком, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть.

Телесные ощущения, познаваемые телом, – желанные, желаемые, приятные, привлекательные, связанные с чувственным желанием, вызывающие страсть.

Таковы пять пут чувственного удовольствия.

15. Монаху следует постоянно пересматривать свой собственный ум так: «Возникает ли когда-либо во мне какое-либо умственное возбуждение, связанное с той или иной сферой среди этих пяти пут чувственного удовольствия?» Если, пересматривая свой ум, монах понимает: «Во мне возникает умственное возбуждение, связанное с той или иной сферой среди этих пяти пут чувственного удовольствия», то он понимает: «Желание и страсть к пяти путам чувственного удовольствия не отброшены во мне». Подобным образом он полностью осознаёт это.

Но если, пересматривая свой ум, монах понимает: «Во мне не возникает какое-либо умственное возбуждение, связанное с той или иной сферой среди этих пяти пут чувственного удовольствия», то он понимает: «Желание и страсть к пяти путам чувственного удовольствия отброшены во мне». Подобным образом он полностью осознаёт это.

16. Ананда, есть следующие пять совокупностей, искажённых цеплянием, в отношении которых монах может созерцать происхождение и исчезновение так:

«Такова материальная форма, таково её происхождение, таково её исчезновение;

таково чувство, таково его происхождение, таково его исчезновение;

таково восприятие, таково его происхождение, таково его исчезновение;

таковы формации, таково их происхождение, таково их исчезновение;

таково сознание, таково его происхождение, таково его исчезновение».

17. Когда он созерцает происхождение и исчезновение в этих пяти совокупностях, искажённых цеплянием, то самомнение «Я есть», основывающееся на этих пяти совокупностях, искажённых цеплянием, отбрасывается в нём. Когда так происходит, то монах понимает: «Самомнение «Я есть», основывающееся на этих пяти совокупностях, искажённых цеплянием, отброшено во мне». Подобным образом он полностью осознаёт это.

18. Эти состояния имеют здоровое основание. Они благородные, сверхмирские, недоступные для Зла.

19. Как ты думаешь, Ананда, ради какого блага ученику следует искать компании Учителя, даже если его прогоняют?»

«Достопочтенный, наши учения укоренены в Благословенном, направляемы Благословенным, находят пристанище в Благословенном. Было бы хорошо, если бы Благословенный [сам] прояснил значение этих слов. Услышав это из его уст, монахи запомнят это».

20. «Ананда, монаху не следует искать компании Учителя ради бесед, стихов и толкований. И почему? Уже долгое время, Ананда, вы заучивали разного рода учения, запоминали их, повторяли вслух [по памяти], изучали их, проникали в них мысленным взором. [Много ли это вам дало?]

Но что касается таких разговоров, которые связаны со стиранием помрачений, которые способствуют освобождению ума, которые ведут к полному освобождению от чар, к бесстрастию, к прекращению, к покою, к прямому знанию, к просветлению, к ниббане, то есть разговоры о том, чтобы сводить желания к минимуму, о довольствовании [тем, что есть], об уединении, о невовлечённости в дела людей, о взращивании усердия, о нравственности, о собирании ума, о мудрости, об освобождении, о знании и видении освобождения – именно ради таких разговоров ученику следует искать компании Учителя, даже если его прогоняют.

21. И вот, Ананда, в связи с этим возможно падение учителя, возможно падение ученика ученика, возможно падение того, кто живёт святой жизнью.

22. И каким образом наступает падение учителя? Вот учитель некоего учения затворяется в уединённом обиталище: в лесу, у подножья дерева, на горе, в узкой горной долине, в пещере на склоне холма, на кладбище, в лесной роще, на открытом пространстве, у стога соломы. По мере того как он проживает там в уединении, брамины и миряне из города или сельской местности навещают его, и в итоге он сбивается с пути, переполняется желанием, поддаётся жажде, возвращается к роскоши. Говорится, что этот учитель претерпел падение учителя. Его сразили злотворные нездоровые состояния, которые загрязняют, ведут к новому существованию, создают проблемы, созревают в страдании, ведут к будущему рождению, старению и смерти. Вот как происходит падение учителя.

23. И каким образом происходит падение ученика? Ученик этого учителя, подражая затворничеству учителя, затворяется в уединённом обиталище: в лесу, у подножья дерева, на горе, в узкой горной долине, в пещере на склоне холма, на кладбище, в лесной роще, на открытом пространстве, у стога соломы. По мере того как он проживает там в уединении, брамины и миряне из города или сельской местности навещают его, и в итоге он сбивается с пути, переполняется желанием, поддаётся жажде, возвращается к роскоши. Говорится, что этот ученик претерпел падение ученика. Его сразили злотворные нездоровые состояния, которые загрязняют, ведут к новому существованию, создают проблемы, созревают в страдании, ведут к будущему рождению, старению и смерти. Вот как происходит падение ученика.

24. И каким образом происходит падение того, кто живёт святой жизнью? Вот в мире возникает Татхагата – совершенный, полностью просветлённый, совершенный в знании и поведении, высочайший, знаток миров, непревзойдённый предводитель смиренных, учитель богов и людей, просветлённый, благословенный. Он затворяется в уединённом обиталище: в лесу, у подножья дерева, на горе, в узкой горной долине, в пещере на склоне холма, на кладбище, в лесной роще, на открытом пространстве, у стога соломы. По мере того как он проживает там в уединении, брамины и миряне из города или сельской местности навещают его, но он не сбивается с пути, не переполняется желанием, не поддаётся жажде, не возвращается к роскоши.

Но ученик этого учителя, подражая затворничеству учителя, затворяется в уединённом обиталище: в лесу, у подножья дерева, на горе, в узкой горной долине, в пещере на склоне холма, на кладбище, в лесной роще, на открытом пространстве, у стога соломы. По мере того как он проживает там в уединении, брамины и миряне из города или сельской местности навещают его, и в итоге он сбивается с пути, переполняется желанием, поддаётся жажде, возвращается к роскоши. Говорится, что этот человек, живущий святой жизнью, претерпел падение того, кто живёт святой жизнью. Его сразили злотворные нездоровые состояния, которые загрязняют, ведут к новому существованию, создают проблемы, созревают в страдании, ведут к будущему рождению, старению и смерти. Вот как происходит падение того, кто живёт святой жизнью.

И в этом отношении, Ананда, падение того, кто живёт святой жизнью, имеет более болезненный результат, более горький результат, чем падение учителя [некоего учения] или падение [его] ученика, и даже ведёт в ад.

25. Поэтому, Ананда, будьте внимательны к тому, что я говорю вам, не отвергайте это. Это приведёт к вашему благополучию и счастью на долгое время.

И каким образом ученики отвергают то, что говорит Учитель, а не внимательны к этому? Вот, Ананда, сострадательный и желающий им благополучия, Учитель из сострадания обучает Дхамме учеников: «Это ради вашего благополучия, это ради вашего счастья». Его ученики не желают слушать или слушают вполуха и не пытаются познать на практике сказанное. Они отклоняются и отворачиваются от Учения Учителя. Вот каким образом ученики отвергают то, что говорит Учитель, а не внимательны к этому.

26. И каким образом ученики внимательны к тому, что говорит Учитель, а не отвергают это? Вот, Ананда, сострадательный и желающий им благополучия, Учитель из сострадания обучает Дхамме учеников: «Это ради вашего благополучия, это ради вашего счастья». Его ученики желают слушать и уделяют сказанному всё своё внимание, стремятся познать на практике сказанное. Они не отклоняются и не отворачиваются от Учения Учителя. Вот как ученики внимательны к тому, что говорит Учитель, а не отвергают это.

Поэтому, Ананда, будьте внимательны к тому, что я говорю вам, не отвергайте это. Это приведёт к вашему благополучию и счастью на долгое время.

27. Я стану обращаться с вами не как гончар обращается с грубой сырой глиной[, а как он обращается с обожжёнными горшками. Подобно тому как он испытывает горшки на прочность и наличие правильного звука, откладывая в сторону те, что имеют трещины, [так и] я буду снова и снова сдерживать и наставлять вас, Ананда. Я буду снова и снова делать вам замечания и наставлять вас, Ананда. Те, у кого прочная сердцевина, выдержат это испытание».

Так сказал Благословенный. Достопочтенный Ананда был доволен и восхитился словами Благословенного.

Pin It on Pinterest

X
Поделиться