Маджхима Никая 95
Чанки Сутта
К Чанки

1. Так я слышал. Однажды Благословенный странствовал по стране Косала вместе с большой Сангхой монахов и со временем прибыл в косальскую браминскую деревню под названием Опасада. Там Благословенный остановился в Роще Божеств, саловой роще к северу от Опасады.

2. И в то время брамин Чанки правил Опасадой — царским имуществом, царским даром, священным даром, что был подарен ему царём Пасенади Косальским, — с живыми существами, лугами, лесами, водоканалами, зерном.

3. И брамины-миряне из Опасады услышали: «Духовный странник Учитель Готама, сын Сакьев, ушедший из рода Сакьев в бездомную жизнь, странствовал по стране Косалов с большой Сангхой монахов и прибыл в Опасаду. И об этом Учителе Готаме распространилась славная молва: «Благословенный исполнен блага, полностью просветлён, совершенен в истинном знании и в поведении, возвышен, знаток миров, несравненный предводитель смиренных, учитель богов и людей, пробуждённый, благословенный. Он прямо познал этот мир с его богами, Марами, Брахмами, с его человечеством, включающим духовных странников и браминов, правителей и народ. Он обучает Дхамме — прекрасной в начале, прекрасной в середине и прекрасной в конце, гармоничной в духе и в букве. Он раскрывает святую жизнь — всецело совершенную и чистую». Хорошо повстречать таких арахантов».

4. И тогда брамины-миряне Опасады вышли из Опасады группами и компаниями и отправились на север, в Рощу Божеств, в саловую рощу.

5. И в то время брамин Чанки взошёл на верхний этаж своего дворца для полуденного отдыха. И тогда он увидел, как брамины-миряне Опасады выходят из Опасады группами и компаниями и направляются к северу, в Рощу Божеств, в саловую рощу. Когда он увидел их, он спросил своего министра: «Дорогой министр, почему эти брамины-миряне Опасады вышли из Опасады группами и компаниями и отправились на север, в Рощу Божеств, в саловую рощу?»

6. [Министр ответил:]

«Господин, духовный странник Готама, сын Сакьев, ушедший из клана Сакьев в бездомную жизнь, странствовал по стране Косалов с большой Сангхой монахов и прибыл в Опасаду. И об этом Учителе Готаме распространилась славная молва: «Благословенный исполнен блага, полностью просветлён, совершенен в истинном знании и в поведении, возвышен, знаток миров, несравненный предводитель смиренных, учитель богов и людей, пробуждённый, благословенный. Он прямо познал этот мир с его богами, Марами, Брахмами, с его человечеством, включающим духовных странников и браминов, правителей и народ. Он обучает Дхамме — прекрасной в начале, прекрасной в середине и прекрасной в конце, гармоничной в духе и в букве. Он раскрывает святую жизнь — всецело совершенную и чистую». Хорошо повстречать таких арахантов. Поэтому они идут увидеться с духовным странником Готамой».

[На это Брамин Чанки сказал:]

«Тогда, дорогой министр, отправляйся к браминам-мирянам Опасады и скажи им: «Почтенные, брамин Чанки говорит: «Пожалуйста, подождите, почтенные. Брамин Чанки также идёт повидать духовного странника Готаму»»».

«Да, господин», — ответил министр, отправился к браминам-мирянам Опасады и донёс им послание.

7. И в то время большая группа браминов из различных стран пребывали в Опасаде по неким делам. Они услышали: «Брамин Чанки, как говорят, собирается повидать духовного странника Готаму». Тогда они пошли к брамину Чанки и спросили его: «Господин, истина ли, что Вы собираетесь повидать духовного странника Готаму?»

«Так и есть, почтенные, — [ответил брамин Чанки,] — Я собираюсь повидать духовного странника Готаму».

8. [Тогда брамины сказали:]

«Господин, не ходите к духовному страннику Готаме. Не подобает Вам, Учитель Чанки, видеться с духовным странником Готамой. Наоборот, это духовному страннику Готаме подобает прийти, чтобы увидеться с Вами. Ведь Вы, господин, чистой крови по обеим линиям — как по материнской, так и по отцовской. У Вас чистейшая родословная, неопровержимая и безупречная в отношении происхождения до седьмого колена. Поскольку это так, Учитель Чанки, то не подобает Вам, Учитель Чанки, видеться с духовным странником Готамой. Наоборот, это духовному страннику Готаме подобает прийти, чтобы увидеться с Вами. Ведь Вы, господин, богаты, обладаете большим богатством и имуществом. Вы, господин, знаток Трёх Вед в их словарях, литургии, фонологии, этимологии и вдобавок с историческими сведениями. Вы хорошо знаете филологию, грамматику и прекрасно сведущи в натурфилософии и в знаках Великого Человека. Вы, господин, изящны, красивы, привлекательны, облик Ваш возвышенно прекрасен, утончённо прекрасен, Вас приятно лицезреть. Вы, господин, нравственны, зрелы в нравственности, обладаете зрелой нравственностью. Вы, господин, хороший оратор с прекрасной манерой подачи. Вы говорите слова, которые изысканны, чисты, отчётливы, хорошо выражают суть. Вы, господин, учитель многих, Вы обучаете триста браминских учеников декламации гимнов. Вы, господин, чтимы, уважаемы, ценитесь и почитаетесь, держитесь в почёте царём Пасенади Косальским. Вы, господин, чтимы, уважаемы, ценитесь и почитаетесь, держитесь в почёте брамином Поккхарасати. Вы, господин, правите Опасадой — царским имуществом, царским даром, священным даром, что был подарен Вам царём Пасенади Косальским, — с живыми существами, лугами, лесами, водоканалами, зерном. Поскольку это так, Учитель Чанки, не подобает Вам видеться с духовным странником Готамой. Наоборот, это духовный странник Готаме подобает прийти, чтобы увидеться с Вами».

9. На это брамин Чанки сказал тем браминам: «А теперь, почтенные, услышьте от меня, почему мне подобает повидаться с Учителем Готамой и почему Учителю Готаме не подобает приходить, чтобы видеться со мной. Почтенные, духовный странник Готама чистой крови по обеим линиям — как по материнской, так и по отцовской. У него чистейшая родословная, неопровержимая и безупречная в отношении происхождения до седьмого колена. Поскольку это так, почтенные, не подобает Учителю Готаме приходить, чтобы видеться со мной. Но мне подобает идти, чтобы повидаться с Учителем Готамой. Почтенные, духовный странник Готама оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной, отбросив много золота и слитков, что хранятся на чердаках и в погребах. Почтенные, духовный странник Готама оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной ещё юным, черноволосым молодым человеком, наделённым благословением молодости на первом этапе жизни. Почтенные, духовный странник Готама обрил свои волосы и бороду, надел жёлтые одежды и оставил жизнь мирскую ради жизни бездомной, хотя его отец и мать желали иного и рыдали, с лицами, полными слёз. Почтенные, духовный странник Готама изящен, красив, привлекателен, облик его возвышенно прекрасен, утончённо прекрасен, его приятно лицезреть. Почтенные, духовный странник Готама добродетелен, обладает благородной добродетелью, благой добродетелью, наделён благой добродетелью. Почтенные, духовный странник Готама хороший оратор с прекрасной манерой изложения. Он говорит слова изысканные, чистые, ясные, точно выражающие смысл. Почтенные, духовный странник Готама — учитель многих. Почтенные, духовный странник Готама свободен от чувственной влечения и тщеславия. Почтенные, духовный странник Готама придерживается доктрины нравственной действенности поступка, доктрины нравственной значимости деяний. Он не ищет вреда деятельности браминов. Почтенные, духовный странник Готама ушёл в бездомную жизнь из аристократической семьи, одной из древнейших благородных семей. Почтенные, духовный странник Готама ушёл в бездомную жизнь из богатой семьи, из семьи, обладающей большим богатством и имуществом. Почтенные, люди из других далёких царств и удалённых областей приезжают, чтобы задать вопросы духовному страннику Готаме. Почтенные, многие тысячи божеств приняли прибежище в духовном страннике Готаме. Почтенные, о духовном страннике Готаме распространилась славная молва: «Благословенный исполнен блага, полностью просветлён, совершенен в истинном знании и в поведении, возвышен, знаток миров, несравненный предводитель смиренных, учитель богов и людей, пробуждённый, благословенный». Почтенные, духовный странник Готама обладает тридцатью двумя знаками Великого Человека. Почтенные, царь Сения Бимбисара из Магадхи, его жена и дети приняли окончательное прибежище в духовном страннике Готаме. Почтенные, царь Пасенади Косальский, его жена и дети приняли окончательное прибежище в духовном страннике Готаме. Почтенные, брамин Поккхарасати, его жена и дети приняли окончательное прибежище в духовном страннике Готаме. Почтенные, духовный странник Готама прибыл в Опасаду и проживает в Роще Божеств Опасады, в саловой роще к северу от Опасады. А любые духовные странники и брамины, которые пришли в наш город, являются нашими гостями, а гостей мы должны чтить, уважать, ценить и почитать. Так как духовный странник Готама прибыл в Опасаду, он — наш гость, и мы должны чтить, уважать, ценить и почитать его как гостя. Поскольку это так, почтенные, не подобает Учителю Готаме приходить, чтобы видеться со мной. Но мне подобает идти, чтобы повидаться с Учителем Готамой.

Почтенные, всё это восхваление Учителя Готамы — это то, что узнал я, но похвала Учителя Готамы не ограничивается только лишь этим, ведь похвала Учителю Готаме не может быть достаточной. Поскольку Учитель Готама обладает каждым из этих качеств, не подобает Учителю Готаме приходить, чтобы видеться со мной. Но мне подобает идти, чтобы повидаться с Учителем Готамой. Поэтому, почтенные, пойдёмте все вместе повидать духовного странника Готаму».

10. И тогда брамин Чанки вместе с большой группой браминов отправился к Благословенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом.

11. В это время Благословенный сидел, завершая дружескую беседу с некими старейшими браминами. И в то время браминский ученик по имени Капатхика сидел в том собрании. Юный, с обритой головой, шестнадцатилетний, он был знатоком Трёх Вед в их словарях, литургии, фонологии, этимологии и вдобавок с историческими сведениями. Он хорошо знал филологию, грамматику и был прекрасно сведущ в натурфилософии и в знаках Великого Человека. Когда старейшие брамины беседовали с Благословенным, он постоянно встревал и перебивал их разговор. И тогда Благословенный сделал замечание браминскому ученику Капатхике: «Почтенный Бхарадваджа , пожалуйста, не вступай в беседу старейших браминов, не перебивай её. Почтенный Бхарадваджа, тебе следует подождать, пока разговор закончится».

После этих слов брамин Чанки обратился к Благословенному: «Учитель Готама, пожалуйста, не делай замечаний браминскому ученику Капатхике. Браминский ученик Капатхика — представитель благородного рода, он учёный, хороший оратор, и он обладает мудростью. Он способен принять участие в беседе с тобой, Учитель Готама».

12. Тогда Благословенный подумал: «Вне сомнений, раз брамины так уважают его, браминский ученик Капатхика, должно быть, в совершенстве знает Три Веды». А браминский ученик Капатхика подумал: «Когда духовный странник Готама встретится со мной взглядом, я задам ему вопрос».

И тогда, познав своим умом мысль браминского ученика Капатхики, Благословенный направил свой взор к нему. Тогда браминский ученик Капатхика подумал: «Духовный странник Готама повернулся ко мне. Что, если я задам ему вопрос?» И тогда он сказал Благословенному: «Учитель Готама, что касается древних браминских гимнов, которые дошли до нас посредством священной передачи, сохранились в виде собраний текстов, то брамины пришли к такому однозначному заключению: «Только это истина, а всё остальное ошибочно». Что ты скажешь на это, Учитель Готама?»

13. [Благословенный ответил вопросом:]

«Скажи, Бхарадваджа, среди браминов есть ли хоть один брамин, который говорит так: «Я знаю это, я вижу это: только это истина, а всё остальное ошибочно»?»

«Нет, Учитель Готама», — [ответил браминский ученик Капатхика].

[Тогда Благословенный спросил:]

«Скажи, Бхарадваджа, среди браминов есть ли хоть один учитель, или учитель учителя до седьмого колена в линии учителей, который говорит так: «Я знаю это, я вижу это: только это истина, а всё остальное ошибочно»?»

«Нет, Учитель Готама», — [ответил браминский ученик Капатхика].

[Тогда Благословенный спросил:]

«Скажи, Бхарадваджа, древние браминские провидцы, создатели гимнов, сочинители гимнов, чьи древние гимны, которые прежде декламировались вслух, произносились, составлялись и которые брамины поныне всё ещё декламируют вслух и повторяют то, что говорилось, и декламируя то, что декламировалось, — то есть Аттхака, Вамака, Вамадэва, Вессамитта, Яматагги, Ангираса, Бхарадваджа, Васеттха, Кассапа и Бхагу, — даже эти древние браминские провидцы говорили ли так: «Мы знаем это, мы видим это: только это истина, а всё остальное ошибочно»?»

«Нет, Учитель Готама», — [ответил браминский ученик Капатхика].

[Тогда Благословенный сказал:]

«Итак, Бхарадваджа, выходит, что среди браминов нет даже и одного брамина, который говорит так: «Я знаю это, я вижу это: только это истина, а всё остальное ошибочно». И среди браминов нет даже и одного учителя или учителя учителя до седьмого колена в линии учителей, который говорит так: «Я знаю это, я вижу это: только это истина, а всё остальное ошибочно». И древние браминские провидцы, создатели гимнов, сочинители гимнов, чьи древние гимны, которые прежде декламировались вслух, произносились, составлялись и которые брамины поныне всё ещё декламируют вслух и повторяют, повторяя то, что говорилось, и декламируя то, что декламировалось, — то есть Аттхака, Вамака, Вамадэва, Вессамитта, Яматагги, Ангираса, Бхарадваджа, Васеттха, Кассапа и Бхагу, — даже эти браминские провидцы не говорили так: «Мы знаем это, мы видим это: только это истина, а всё остальное ошибочно».

Представь колонну из слепцов, каждый из которых держался бы за следующего: первый не видит, средний не видит, последний не видит. Точно так же, Бхарадваджа, так оно и в отношении их утверждения. Брамины похожи на колонну из слепцов: первый не видит, средний не видит, последний не видит. Как ты думаешь, Бхарадваджа, если это так, не выходит ли, что вера браминов беспочвенна?»

14. [Браминский ученик Капатхика ответил:]

«Брамины чтят это не только из-за веры, Учитель Готама. Они также чтят это как священную традицию [передачи]».

[На это Благословенный сказал:]

«Бхарадваджа, вначале ты настаивал на вере, а теперь говоришь об священной традиции. Бхарадваджа, есть пять вещей, которые могут оказаться двоякими [- либо истинными, либо ложными]. Какие пять?

    • вера,
    • принятие,
    • священная традиция,
    • умозаключение, сделанное посредством обдумывания,
    • принятие воззрения после обдумывания.

Эти пять вещей могут оказаться двоякими [- либо истинными, либо ложными].

Что-то может быть полностью принятым на веру и при этом быть пустым, ложным, ошибочным. Но что-то иное может не быть полностью принятым на веру, но при этом быть действительным, истинным, безошибочным.

Далее, что-то может быть полностью принимаемым и при этом быть пустым, ложным, ошибочным. Но что-то иное может не быть полностью принимаемым, но при этом быть действительным, истинным, безошибочным.

Далее, что-то может быть хорошо переданным священной традицией и при этом быть пустым, ложным, ошибочным. Но что-то иное может не быть хорошо переданным священной традицией, но при этом быть действительным, истинным, безошибочным.

Далее, какое-то умозаключение может быть тщательно обдуманным, но при этом быть пустым, ложным, ошибочным. Но какое-то иное умозаключение может не быть тщательно обдуманным, но при этом быть действительным, истинным, безошибочным.

Далее, какое-то воззрение может быть принято после тщательного обдумывания и при этом оно будет пустым, ложным, ошибочным. Но с каким-то иным воззрением можно не согласиться даже после тщательного его обдумывания, и оно при этом будет действительным, истинным, безошибочным.

В связи с этим мудрому человеку, блюдущему истину, не подобает приходить к однозначному заключению: «Только это истина, а всё остальное ошибочно»».

15. [Тогда браминский ученик Капатхика спросил:]

«Но, Учитель Готама, каким образом тогда происходит соблюдение истины? Как кто-либо может блюсти истину? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о соблюдении истины».

[Благословенный ответил:]

«Если у человека есть вера, Бхарадваджа, он соблюдает истину, когда говорит: «Моя вера такая-то», — но при этом не говорит: «Только это истина, а всё остальное ошибочно». Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит соблюдение истины. Вот каким образом кто-либо блюдёт истину. И вот каким образом мы описываем соблюдение истины. Но в этом случае истина ещё не открыта.

Если человек что-то принимает, Бхарадваджа, он соблюдает истину, когда говорит: «Я принимаю то-то», — но при этом не говорит: «Только это истина, а всё остальное ошибочно». Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит соблюдение истины. Вот каким образом кто-либо блюдёт истину. И вот каким образом мы описываем соблюдение истины. Но в этом случае истина ещё не открыта.

Если человек принимает некую священную традицию, Бхарадваджа, он соблюдает истину, когда говорит: «Я принимаю такую-то священную традицию», — но при этом не говорит: «Только это истина, а всё остальное ошибочно». Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит соблюдение истины. Вот каким образом кто-либо блюдёт истину. И вот каким образом мы описываем соблюдение истины. Но в этом случае истина ещё не открыта.

Если человек приходит к некоему умозаключению после тщательного обдумывания, Бхарадваджа, он соблюдает истину, когда говорит: «После тщательного обдумывания я пришёл к такому-то заключению», — но при этом не говорит: «Только это истина, а всё остальное ошибочно». Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит соблюдение истины. Вот каким образом кто-либо блюдёт истину. И вот каким образом мы описываем соблюдение истины. Но в этом случае истина ещё не открыта.

Если человек соглашается с неким воззрением после тщательного обдумывания, Бхарадваджа, он соблюдает истину, когда говорит: «После тщательного обдумывания я соглашаюсь с таким-то воззрением», — но при этом не говорит: «Только это истина, а всё остальное ошибочно». Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит соблюдение истины. Вот каким образом кто-либо блюдёт истину. И вот каким образом мы описываем соблюдение истины. Но в этом случае истина ещё не открыта».

16. [Браминский ученик Капатхика сказал:]

«Таким образом, Учитель Готама, происходит соблюдение истины. Таким образом кто-либо блюдёт истину. И таким образом мы признаём соблюдение истины. Но каким образом, Учитель Готама, происходит открытие истины? Каким образом кто-либо открывает истину? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, об открытии истины».

17. [На это Благословенный сказал:]

«Вот, Бхарадваджа, некий монах живёт на попечении той или иной деревни, того или иного города. И мирской человек или его сын приходит к нему и изучает его в отношении трёх видов состояний: в отношении состояний, основанных на жажде; в отношении состояний, основанных на злобе; в отношении состояний, основанных на заблуждении: «Есть ли в этом достопочтенном какие-либо состояния, основанные на жажде, из-за которых он, с умом, охваченным этими состояниями, не зная, мог бы сказать: «Я знаю», или, не видя, мог бы сказать: «Я вижу», или мог бы побуждать других поступать так, что это привело бы к их длительному вреду и страданию?» По мере того как он изучает его, он приходит к пониманию: «В этом достопочтенном нет состояний, основанных на жажде. Телесное поведение и словесное поведение этого достопочтенного не такое, как у тех, кто подвержен жажде. А Дхамма, которой обучает этот достопочтенный, глубока, её трудно увидеть и трудно понять, она мирна и возвышенна, не познаётся простым лишь рассуждением, утончённая, переживается мудрыми. Тому, кто подвержен жажде, было бы трудно учить такой Дхамме».

18. После того как он изучил его и увидел, что он свободен от состояний, основанных на жажде, далее он изучает его в отношении состояний, основанных на злобе: «Есть ли в этом достопочтенном какие-либо состояния, основанные на злобе, из-за которых он, с умом, охваченным этими состояниями, не зная, мог бы сказать: «Я знаю», или, не видя, мог бы сказать: «Я вижу», или мог бы побуждать других поступать так, что это привело бы к их длительному вреду и страданию?» По мере того как он изучает его, он приходит к пониманию: «В этом достопочтенном нет состояний, основанных на злобе. Телесное поведение и словесное поведение этого достопочтенного не такое, как у тех, кто подвержен злобе. А Дхамма, которой обучает этот достопочтенный, глубока, её трудно увидеть и трудно понять, она мирна и возвышенна, не познаётся простым лишь рассуждением, утончённая, переживается мудрыми. Тому, кто подвержен злобе, было бы трудно учить такой Дхамме».

19. После того как он изучил его и увидел, что он свободен от состояний, основанных на злобе, далее он изучает его в отношении состояний, основанных на заблуждении: «Есть ли в этом достопочтенном какие-либо состояния, основанные на заблуждении, из-за которых он, с умом, охваченным этими состояниями, не зная, мог бы сказать: «Я знаю», или, не видя, мог бы сказать: «Я вижу», или мог бы побуждать других поступать так, что это привело бы к их длительному вреду и страданию?» По мере того как он изучает его, он приходит к пониманию: «В этом достопочтенном нет состояний, основанных на заблуждении. Телесное поведение и словесное поведение этого достопочтенного не такое, как у тех, кто подвержен заблуждению. А Дхамма, которой обучает этот достопочтенный, глубока, её трудно увидеть и трудно понять, она мирна и возвышенна, не познаётся простым лишь рассуждением, утончённая, переживается мудрыми. Тому, кто подвержен заблуждению, было бы трудно учить такой Дхамме».

20. После того как он изучил его и увидел, что он свободен от состояний, основанных на заблуждении, он начинает доверять ему. Полный доверия, он посещает его, испытывая к нему уважение. Испытывая к нему уважение, он внимает ему. Внимая ему, он слушает Дхамму. Слушая Дхамму, он запоминает её. Он изучает смысл учений, которые он запомнил. Изучая их смысл, он приходит к сознательному принятию тех учений. Придя к сознательному принятию учений, он обретает рвение. Обретя рвение, он прикладывает волю. Приложив волю, он тщательно исследует учения. Тщательно исследуя учения, он старается. Решительно стараясь, он испытывает истину в непосредственном опыте и видит её, проникая в неё с помощью мудрости.

Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит открытие истины. Вот каким образом кто-либо открывает истину. И вот каким образом мы описываем открытие истины. Но всё же и в этом случае истина ещё не до конца достигнута».

21. [Браминский ученик Капатхика сказал:]

«Таким образом, Учитель Готама, происходит открытие истины. Таким образом кто-либо открывает истину. И таким образом мы признаём открытие истины. Но каким образом, Учитель Готама, происходит окончательное достижение истины? Каким образом кто-либо окончательно достигает истины? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, об окончательном достижении истины».

[На это Благословенный сказал:]

«Окончательное достижение истины, Бхарадваджа, происходит через повторение, развитие, взращивание того же самого. Вот каким образом, Бхарадваджа, происходит окончательное достижение истины. Вот каким образом кто-либо окончательно достигает истины. И вот каким образом мы описываем окончательное достижение истины».

22. «Таким образом, Учитель Готама, происходит окончательное достижение истины. Таким образом кто-либо окончательно достигает истины. И таким образом мы признаём окончательное достижение истины. Но что, Учитель Готама, наиболее полезно для окончательного достижения истины? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для окончательного достижения истины».

«Старание наиболее полезно для окончательного достижения истины, Бхарадваджа. Ведь если человек не старается, не будет и окончательного достижения истины. Но только если человек старается, он может окончательно достигнуть истины. Вот почему старание наиболее полезно для окончательного достижения истины».

23. «Но что, Учитель Готама, наиболее полезно для старания? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для старания».

«Тщательное исследование учений наиболее полезно для обретения старания, Бхарадваджа. Ведь если человек не исследует учения с тщательностью, старание невозможно. Но только если он исследует тщательно, он будет стараться. Вот почему тщательное исследование наиболее полезно для старания».

24. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для тщательного исследования? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для тщательного исследования».

«Приложение воли наиболее полезно для тщательного исследования, Бхарадваджа. Ведь если человек не прилагает свою волю, тщательное исследование невозможно. Но только если он прилагает свою волю, он может тщательно исследовать. Вот почему приложение воли наиболее полезно для тщательного исследования».

25. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для приложения воли? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для приложения воли».

«Рвение наиболее полезно для приложения воли, Бхарадваджа. Ведь если человек не обретает рвения, приложение воли невозможно. Но только если он обретает рвение, он может приложить свою волю. Вот почему рвение наиболее полезно для приложения воли».

26. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для обретения рвения? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для обретения рвения».

«Сознательное принятие учений наиболее полезно для обретения рвения, Бхарадваджа. Ведь если человек не пришёл к сознательному принятию учений, то обретение рвения невозможно. Но только если он приходит к сознательному принятию учений, он может обрести рвение. Вот почему сознательное принятие учений наиболее полезно для обретения рвения».

27. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для сознательного принятия учений? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для сознательного принятия учений».

«Изучение смысла этих учений наиболее полезно для их сознательного принятия, Бхарадваджа. Ведь если человек не изучает смысл учений, он не сможет сознательно их принять. Но только если он изучает их смысл, он может прийти к сознательному их принятию. Вот почему изучение смысла учений наиболее полезно для сознательного их принятия».

28. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для изучения смысла учений? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для изучения смысла учений».

«Запоминание учений наиболее полезно для изучения их смысла, Бхарадваджа. Ведь если человек не запоминает учения, он не сможет изучать их смысл. Но только если он запоминает учения, он может изучать их смысл. Вот почему запоминание учений наиболее полезно для изучения их смысла».

29. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для запоминания учений? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для запоминания учений».

«Слушание Дхаммы наиболее полезно для запоминания учений, Бхарадваджа. Ведь если человек не слушает Дхамму, он не может запомнить этих учений. Но только если он слушает Дхамму, он запоминает эти учения. Вот почему слушание Дхаммы наиболее полезно для запоминания учений».

30. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для слушания Дхаммы? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для слушания Дхаммы».

«Внимать [учителю] наиболее полезно для слушания Дхаммы, Бхарадваджа. Ведь если человек не внимает [учителю], он не услышит Дхамму. Но только если он внимает [учителю], он может услышать Дхамму. Вот почему внимать [учителю] наиболее полезно для слушания Дхаммы».

31. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для того, чтобы внимать [учителю]? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для того, чтобы внимать [учителю]».

«Испытывать уважение [к учителю] наиболее полезно для того, чтобы внимать ему, Бхарадваджа. Ведь если человек не испытывает уважения [к учителю], он не станет внимать ему. Но только если он испытывает уважение [к учителю], он может внимать ему. Вот почему испытывать уважение [к учителю] наиболее полезно для того, чтобы внимать ему».

32. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для того, чтобы начать испытывать уважение [к учителю]? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для того, чтобы начать испытывать уважение [к учителю]».

«Посещение [учителя] наиболее полезно для того, чтобы начать испытывать уважение к нему, Бхарадваджа. Ведь если человек не посещает [учителя], он не сможет начать испытывать уважение к нему. Но только если он посещает [учителя], он может начать испытывать уважение к нему. Вот почему посещение [учителя] наиболее полезно для того, чтобы начать испытывать уважение к нему».

33. «Но, Учитель Готама, что наиболее полезно для того, чтобы начать посещать [учителя]? Я бы хотел услышать твоё мнение, Учитель Готама, о том, что является наиболее полезным для того, чтобы начать посещать [учителя]».

«Доверие [к учителю] наиболее полезно для того, чтобы начать посещать его, Бхарадваджа. Ведь если доверие [к учителю] не возникает, человек не станет посещать его. Но только если доверие [к учителю] возникает, он может начать посещать его. Вот почему доверие [к учителю] наиболее полезно для того, чтобы начать посещать его».

34. [Тогда браминский ученик Капатхика сказал:]

«Я спросил тебя, Учитель Готама, о соблюдении истины, и ты, Учитель Готама, ответил о соблюдении истины. Я согласился с твоим ответом и одобрил его, и я доволен [твоим ответом, Учитель Готама].

Я спросил тебя, Учитель Готама, об открытии истины, и ты, Учитель Готама, ответил об открытии истины. Я согласился с твоим ответом и одобрил его, и я доволен [твоим ответом, Учитель Готама].

Я спросил тебя, Учитель Готама, об окончательном достижении истины, и ты, Учитель Готама, ответил об окончательном достижении истины. Я согласился с твоим ответом и одобрил его, и я доволен [твоим ответом, Учитель Готама].

Я спросил тебя, Учитель Готама, о том, что наиболее полезно для окончательного достижения истины, и ты, Учитель Готама, ответил о том, что наиболее полезно для окончательного достижения истины. Я согласился с твоим ответом и одобрил его, и я доволен [твоим ответом, Учитель Готама].

На всё, о чём мы спрашивали Учителя Готаму, он нам ответил. Я согласился с твоим ответом и одобрил его, и я доволен [твоим ответом, Учитель Готама].

Прежде, Учитель Готама, мы привыкли думать так: «Кто такие эти бритоголовые духовные странники, эти худородные отпрыски ступней Владыки, чтобы понимать Дхамму?» Но Учитель Готама воистину пробудил во мне любовь к духовным странникам, доверие к духовным странникам, почтение к духовным странникам.

35. Великолепно, Учитель Готама! Великолепно, Учитель Готама! Как если бы кто-то поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий мог видеть, точно так же ты, Учитель Готама, всесторонне прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в тебе, Учитель Готама, в Дхамме и в Сангхе монахов. Пусть Учитель Готама помнит меня как своего мирского последователя, принявшего в нём окончательное прибежище».