Маджхима Никая 22
Аналогия со змеёй

Адаптированная версия сутты МН 22

Случилось так, что некий монах по имени Ариттха, бывший соколиный охотник, сказал, что, насколько он понял Учение, чувственным наслаждениям можно предаваться безо всякого для себя вреда, если делать это осознанно, не имея при этом чувственной страсти.

Несколько монахов, услышав эту точку зрения, попытались убедить Ариттху, что Учитель никогда подобного не говорил, но напротив, всегда утверждал, что чувственные удовольствия при любых обстоятельствах не приносят того удовлетворения, которое обещают, что они являются препятствием, несут великую опасность и чреваты страданием.

Поскольку эти монахи, как ни старались, не смогли переубедить Ариттху, они отправились к Учителю и обо всём ему рассказали. Тогда Учитель позвал Ариттху к себе и спросил его, правда ли он придерживается таких воззрений, как о том говорят. Ариттха подтвердил сказанное монахами. Тогда Учитель сказал:

«Заблудший ты человек, Ариттха. Откуда же ты взял, что я учу именно так? Много раз, используя множество аналогий, я твердил, что чувственные удовольствия действительно и при всех обстоятельствах являются помехой, что они не приносят того удовлетворения, которое обещают, что они несут великую опасность и чреваты страданием».

Затем он обратился к присутствующим монахам:

«Действительно ли всё так, как я говорю, монахи?»

Монахи подтвердили. После этого Ариттха сник и сидел сам не свой.

«Заблудший ты человек, Ариттха, — проговорил Учитель, — Из-за этого своего заблуждения ты претерпишь большой вред, а имя твоё запомнят в веках, и будут связывать его с этим заблуждением».

«Монахи, — продолжал Учитель, — не бывает такого, чтобы кто-либо мог потакать чувственным удовольствиям, не имея при этом страсти, желания и мыслей, связанных с чувственными желаниями.

АНАЛОГИЯ СО ЗМЕЁЙ

Монахи, некоторые заблудшие люди изучают слова Учения, не стараясь выяснить их изначальный истинный смысл, а лишь ища подтверждения собственным заблуждениям. На самом деле они не приняли это Учение, а лишь используют его для продвижения собственных идей и критики в адрес других, жонглируя словами Учения чтобы победить в спорах, не пытаясь выяснить истину, но так, будто уже знают её.

Это подобно тому, как если бы кто-то ухватил змею за хвост. В этом случае змея изогнётся и ужалит этого человека. Точно так же и эти люди понесут большой вред из-за того, что неправильно ухватили суть Учения.

Благородные же люди изучают слова Учения, всеми силами стараясь выяснить их изначальный истинный смысл, после чего, обдумав его, они принимают Учение как руководство в своей жизни. Они изучают Учение не для продвижения собственных идей и критики в адрес других, они не жонглируют словами Дхаммы чтобы победить в спорах, но стараются выяснить истину.

Это подобно тому, как если бы кто-то прижал змею к земле рогатиной и после этого крепко ухватил бы её за шею около самой головы. Тогда змея не сможет ужалить его, как бы она ни извивалась. Точно так же и эти люди найдут в Учении то благо, которое в нём содержится.

Поэтому, монахи, необходимо выяснять смысл преподаваемого мной Учения. Если вам что-то не понятно, вы должны немедленно расспросить меня или опытных монахов.

АНАЛОГИЯ С ПЛОТОМ

Но с другой стороны, монахи, Учение подобно плоту, назначение которого лишь в том, чтобы преодолеть водную преграду, а не в том, чтобы всюду таскать с собой.

Зная это, монахи, вы должны быть готовы оставить даже благотворные умственные объекты, что уж говорить о неблаготворных.

ЛИЧНОСТНЫЕ ВОЗЗРЕНИЯ

Монахи, это цепляние происходит из-за того, что обычный человек рассматривает форму, чувство, распознавание, активность, сознание*, и в целом всё, что составляет его опыт, как связанное со «мной», как «моё» или как желаемое «мной», или как являющееся частью «меня», или как то, частью чего «я» являюсь. В нём укореняется воззрение о том, что есть «я» и «не-я», что есть постоянное, неизменное, вечное «я», которое сохранится и после смерти.

Ученик Благородных же рассматривает форму, чувство, распознавание, активность, сознание и всё, что составляет его опыт, как то, в чём нет никакого «я». Воззрение о том, что есть «я» и есть «не-я», о существовании постоянного, неизменного, вечного «я» теряет в нём силу.

Благодаря этому ученик Благородных перестаёт беспокоиться относительно того, чего на самом деле нет».

БЕСПОКОЙСТВО

После этого один из монахов спросил:

– Учитель, а может ли вообще человек беспокоиться о том, чего в этом мире не существует?»

– Может, монах, ― ответил Учитель. ― Например, человек беспокоится о каких-то событиях прошлого или о том, что он имел раньше, но потерял. Он сожалеет об этом, печалится, мучается. Поскольку то, что было раньше, сейчас в этом мире не существует, то это беспокойство о том, чего нет в этом мире. Оно может даже свести человека с ума.

– Но бывает ли так, чтобы человек не беспокоился о таких вещах? – спросил монах.

– Бывает, монах, ― ответил Учитель. ― Человек может не беспокоиться, не сожалеть, не печалиться, не мучиться о том, что было в прошлом.

– А может ли человек беспокоиться о том, чего на самом деле нет у него внутри?

– Допустим, человек уверен, что есть «я», и есть «не-я», что существует постоянное, неизменное, вечное «я». И вот он слышит, что Татхагата или его ученик излагает Учение, которое ведёт к уничтожению цепляния за какие бы то ни было воззрения, убеждения, пристрастия, скрытые склонности; которое ведёт к успокоению активности; которое ведёт к окончанию страстного желания; которое ведёт к бесстрастию, к Ниродхе и Ниббане. И тогда этот человек начинает беспокоиться. Он думает: «Они говорят, что я буду уничтожен, что я исчезну, что я перестану существовать!» Эти мысли мучают его. Таким образом, он беспокоится о том, чего на самом деле в нём нет.

– Но возможно ли, чтобы человек не беспокоился о таких вещах?

– Конечно, монах. Если человек не привержен воззрениям о том, что есть «я» и есть «не-я», что есть некое постоянное, неизменное, вечное «я», то когда он слышит изложение Учения от Татхагаты или его ученика, он не испытывает по этому поводу беспокойства. Он не думает, будто мы утверждаем, что некое «я» исчезнет, что оно перестанет существовать.

НЕПОСТОЯНСТВО И ОТСУТСТВИЕ «Я»

«Монахи, не существует чего-либо постоянного, вечного, неизменного, такого, что будет длиться вечно. Не существует какого-либо представления о существовании «я», приверженность к которому не вела бы к страданию. Не существует какого-либо воззрения, опора на которое не вела бы к страданию. Если есть «я», то есть и то, что принадлежит «мне». Если есть то, что принадлежит «мне», то есть «я».

Но поскольку невозможно наблюдать ни «я», ни то, что принадлежит «мне», то воззрения о том, что есть «я» и «не-я», что существует некое постоянное, неизменное, вечное «я» — не имеет под собой никаких оснований.

Монахи, любая форма, любое чувство, любое распознавание, любая активность, любое сознание, всё это – непостоянно. То, что непостоянно – связано со страданием. То, что непостоянно, связано со страданием, подвержено изменениям к худшему – не может считаться «я» или «моим».

Поэтому, монахи, любую форму, любое чувство, любое распознавание, любую активность, любое сознание – в прошлом, будущем или настоящем, внутреннюю или внешнюю, грубую или утончённую, далёкую или близкую – всё это следует видеть ясно, трезво и объективно как то, в чём нет никакого «я», нет никакого «моё», как то, что не имеет никакого отношения к какому-либо «я».

Когда ученик Благородных видит всё таким образом, он освобождается от очарованности формой, чувством, распознаванием, активностью, сознанием.

Освободившись от очарованности, он освобождается от страсти. Освободившись от страсти, он обретает окончательное просветление и ясно понимает это. Он понимает, что больше не будет вовлечения в какие-либо миры существования.

ОСВОБОДИВШИЙСЯ

У того, кто обрёл освобождение, монахи, неведение полностью отброшено. Уничтожен сам корень неведения. Он перестаёт скитаться в поисках нового существования, в поисках новой вовлечённости. Страстное желание полностью искоренено в араханте. Пять низших оков его разрушены безвозвратно. Вера в «я» отброшена.

Когда боги пытаются найти такого человека, они не в силах сделать это, потому что нет ничего, на что его сознание опиралось бы. Поэтому такого человека невозможно отследить.

НЕПРАВИЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ТАТХАГАТЕ

Некоторые люди неправильно истолковывают моё Учение, полагая, что я сбиваю народ с толку, провозглашая разрушение, уничтожение, истребление существа. Это не так.

Монахи, я учу лишь тому, что такое страдание и как его прекратить. Меня не волнует, оскорбляют ли меня люди или наоборот восхваляют, потому что я не вижу никакого «я», которое можно было бы оскорбить или восхвалить.

Вам следует относиться к оскорблениям или восхвалениям так же.

НЕ ВАШЕ

Поэтому, монахи, отпустите то, что вам не принадлежит. Так вы обретёте великую безмятежность. И что же именно вам не принадлежит?

Форма, чувство, распознавание, активность, сознание – всё это вам не принадлежит. Отпустите это. Так вы обретёте великую безмятежность.

Во всём этом нет никакого «я» точно так же как в вот этих ветках и траве. Если бы кто-то поджёг всё это, вы бы не стали воспринимать это так, будто подожгли вас.

Так что, монахи, форма, чувство, распознавание, активность, сознание – всё это вам не принадлежит. Отпустите это. Так вы обретёте великую безмятежность.

В ЭТОМ УЧЕНИИ

Учение изложено мной точно и верно. Оно чисто, открыто, очевидно, цельно, не сшито из лоскутов. И в этом Учении есть араханты, достигшие полного освобождения. В этом Учении есть анагами, отбросившие пять нижних оков, те, кто больше не переродится в мирах чувственных желаний. В этом Учении есть сакадагами, которые отбросили три нижних оковы и ослабившие влечение, отторжение и неведение. В этом Учении есть также сотапанна**, освободившиеся от трёх нижних оков, вступившие в поток, непреклонные, неподверженные более рождению в низших мирах, неотвратимо идущие к просветлению. В этом Учении также есть те, кто следует ему за счёт доверия и продвигающиеся к просветлению. В этом Учении также есть те, кто, имея достаточно веры в меня и любви ко мне, продвигаются к перерождению в райских мирах».

—————————

* Форма, чувство, распознавание, активность и сознание – это так называемые пять совокупностей, составляющий весь опыт человека. Иными словами, когда перечисляются эти пять совокупностей, имеется в виду «всё», в субъективном смысле этого слова.

** Сотапанна, сакадагами, анагами, арахант – четыре ступени просветления в Учении Благородных.