Вопрос. «И что такое, монахи, правильное усилие? Вот, монахи…»

Разве усилие (даже если оно правильное) не противоположность расслаблению?

Ответ. Это во многом проблема перевода. «Правильное усилие» — это общепринятый европейский перевод, идущий от первых иезуитских переводов буддистских текстов. Но на языке оригинала речь идёт скорее о старании, прилежании, приложении практики. Слово «правильное» тоже по смыслу слишком рестриктивно, оно слишком «чёрно-белое». Поэтому, например, Бханте Вималарамси предпочитает переводить этот пункт — аспект Восьмеричного Пути — как «Гармоничная практика».

В целом речь идёт примерно об усилии такого рода, которое требуется, чтобы, скажем, сознательно расслабить тело. Усилие ли это в общепринятом смысле? Трудно сказать. Но это определённо некий внутренний акт. Акт, который снижает уровень напряжённости.

Впрочем, на определённой стадии практики нам придётся научиться отпускать даже такое усилие-не-усилие, так как даже в нём присутствует толика страстной активности, страстного желания. Этот этап в практике, пожалуй, самый трудный, потому что то, что мы называем «я», по сути, есть стремление контролировать. А тут оказывается, что нужно отказаться от этого стремления, с которым мы жили всю жизнь, которое составляет самую суть нашей жизни.

Нужно добавить, что в практике правильного усилия имеется в виду не столько расслабление вообще, сколько расслабление напряжённости, связанной со страстным желанием, успокоение страстной активности.

Так усилие или не усилие?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *