Вопрос. Не понимаю, что значит, что у анагами пропадает желание и в частности сексуальное влечение. Например, что он чувствует при виде красивой женщины (если это мужчина). Сутта МН82 описывает, как арахант назвал красивых девушек, которые его пытались соблазнить, разряженными куклами. Хоть что-то привлекает такого человека? Как вообще так можно жить, ничего не желая?

Ответ. Нам в нашем обычном состоянии очень трудно смоделировать состояние анагами (да что там анагами — сотапанны). Раттхапала, герой сутты МН82, выразился на самом деле довольно мягко, назвав тех девушек разряженными куклами.

У анагами (анагами магга познаёт это состояние на какое-то время, а анагами пхала утверждается в нём окончательно) действительно полностью угасает желание, связанное с чувственными удовольствиями, а также всё что, наоборот, связано с отторжением — гнев, страх и прочее. Это — две оковы, дополнительные к тем трём, что отваливаются у сотапанны.

В том числе это выражается в том, что красоты этого мира больше никак не трогают его. Красота перестаёт быть для него красотой, а становится просто игрой дхамм, такой же, как и всё остальное. То же и с «отвратительным». Для такого человека самые красивые женщины выглядят примерно как для обычного взрослого человека выглядели бы, скажем, разукрашенные обезьянки или дети, которые бы пытались изображать соблазнительность. Это может выглядеть для него немного неловко, он может испытать сострадание, но страсть никак не касается этого человека. Более того, это для него даже не смешно но, с другой стороны, и не, скажем, недопустимо или не «греховно». И в этом состоянии нет также ощущения эгоической отделённости (по типу «вы мелкие человечишки, а мне всё человеческое чуждо»).

То же касается и других соблазнов этого мира. Больше нет ничего, что могло бы взволновать и зацепить такого человека. Это может прозвучать не очень-то вдохновляюще, но всё дело в том, что такой человек познаёт более высокое и тонкое удовольствие, которое затмевает всё остальное: удовольствие полной, сияющей, безмятежности, внутреннего покоя. Неизменной, что бы ни происходило. На фоне этой безмятежности всё, что может предложить этот мир, кажется искусственным, мимолётным и грубым, и никоим образом не может нас затронуть. В этом состоянии всё бытие оказывается пронизано тонкой любовью, радостью и спокойствием, которые ничто не может поколебать.

Что чувствует анагами?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *